С Чувством...
Шрифт:
— Нет. Где бритва?
— В первом ящике справа.
Достаю «супер» бритву с тремя лезвиями.
— Ого, а десять есть? Десятая, наверное, кости полирует?
Он улыбается. Я хорошенько смазываю его пеной, а сама едва сдерживаю смех. Беру бритву и начинаю от висков. Разобравшись с одной щекой, перехожу на другую.
— И где ты этому научилась?
— Ноги каждую неделю брею.
— Да и не только ноги.
Я прищуриваюсь.
— Помолчи лучше у меня острая бритва в руке.
— Дай сюда,
Он отбирает у меня бритву и быстрыми четкими движениями заканчивает процедуру. Я протираю кожу полотенцем и смазываю гелем пахнувшим, так же как и его духи.
— Вот такой ты мне больше нравишься.
Раинер изгибает бровь и требует откатить его к кровати. Пока он берется за книги, я забрасываю все его вещи в машинку.
— Где твои футболки?
— В гардеробной.
Достаю ему чистую черную футболку и помогаю надеть.
— Спасибо, — буркает он.
— Тебе еще что-нибудь нужно?
— Нет.
— Тогда я после обеда поеду домой.
Он кивает. Собираю на балконе его чистую одежду и иду гладить. Кстати, кто ему делает уборку в доме? Может, приходящие уборщицы? Через час Джози зовет меня обедать.
— Кушать хочешь? Может, в этот раз сядешь за стол? — спрашиваю Раинера.
— Пока не хочу, — он что-то печатает в ноутбуке. Я оставляю его и прохожу на кухню. В этот раз Джози приготовила утку по-пекински. Мясо сочное, нежное, мягкое, ароматное. Грех отказываться от такого вкусного обеда. Снова захожу к Раинеру.
— Точно не хочешь? А может тебя с вилочки покормить?
— Я же сказал ничего не хочу.
— Решил сесть на диету?
— Да, — рявкает он. Паразит вредный. Собираю его выглаженные рубашки, футболки и брюки. Слышу за спиной тяжелые шаги. Оглядываюсь. Высокий мужчина двадцати трех или четырех с игривой улыбкой на губах оценивающе смотрит на меня, держа руки в карманах черных брюк. — Добрый день.
— Добрый. А вы кто? — спрашивает он любезно. Что-то в его лице мне знакомо.
— Я Софи, временная сиделка, но уже и уборщица, и гладильщица и почти нянька капризному большому мальчику. А вы?
— Нил, я его кузен.
— А-а-а.
Вспомнила, это Раинер с ним был в Тибете. С охапкой вещей я подхожу к двери в спальню.
— Как он?
— Злой как черт.
Нил улыбается, голубые глаза блестят. Я открываю дверь и пропускаю мужчину.
— Я смотрю, ты время не теряешь, — повышает он голос. Раинер морщится.
— Ты мог бы так не орать. Башка болит.
Убираю вещи Раинера по полкам в гардеробной. Одежды у него навалом, я себе такое позволить никак не могу.
— Машинку конечно жалко, — слышу голос Нила.
— А меня значит, не жаль?
— Тебя нет. Месяц и ты встаешь на ноги, а машину на утилит осталось отправить. Хорошо, что никого не сбил иначе тюрьма.
— Умеешь же ты морально поддержать.
— Права
— На год.
— Хорошо, что не на все пять.
Я возвращаюсь в комнату. Нил ловит мой взгляд.
— С такой, как у тебя сиделкой я живо бы встал на ноги.
— Она мне не сиделка, а подруга.
— Подруга? Это даже хорошо, — улыбается Нил и задумчиво смотрит на мою грудь. Я хлопаю глазами и перевожу взгляд на Раинера. Он ревностно смотрит на брата, затем на меня.
— Куда ты пялишься черт тебя возьми?
— А? Что? Ты что-то сказал?
— Ты зачем приехал?
— Тебя повидать. Посочувствовать. Пожалеть, спросить может, ты чего хочешь?
Раинер хмурит брови.
— Только попробуй, моя правая рука еще не забыла хруст разбиваемой челюсти.
— Да я слышал о твоей драке с Марком. Зачем ты так с ним?
— Ты не переживай он пластический хирург и вправит себе все, что захочет. А по роже получил за дело.
Что? Он дрался с Марком? Когда? Почему он мне не рассказал? Интересно, что еще он от меня скрыл?
— Раинер, — зову его надрывно. — Мне пора домой.
— Тебе надо домой? — спрашивает Нил. — Я тебя подвезу.
— Да нет, я могу сама…
— Она может сама, — добавляет Раинер.
— Да мне несложно, я уже собирался сам отчаливать. А ты не торопись, выздоравливай.
Он хлопает Раинера по груди, встает и идет к двери, я следом. Раинер меня окрикивает и просит подойти. Нил задерживается в дверях. Я подхожу к кровати.
— Ты ведь не намерена садится к нему в машину?
— Ты не слышал? Твой брат любезно предложил подвезти меня. Не беспокойся, я уже имею достаточный опыт с Альфонсами.
— Ты придешь завтра?
— Только после учебы.
Уже у двери он снова обращается ко мне.
— Софи… ты все еще моя девушка?
Я посылаю ему воздушный поцелуй и захлопываю дверь. Нил усмехается.
— Это правда? Ты его девушка? — спрашивает он, открывая для меня дверь спортивного автомобиля.
— Нет, мы только друзья. Знаете, я лучше пойду на автобус.
Нил ловит меня за руку, толкает в машину и захлопывает дверь. Он садится за руль и заводит рычащий мотор.
— Не бойся меня, хороших девочек я не обижаю.
Он круто разворачивается, я едва успеваю пристегнуться. Он несется по дорогам, игнорируя все знаки дорожного движения. На каждом повороте мои ноги чуть ли не до ушей взлетают. Мамочки родные, вот же Шумахер. Черт, он меня так угробит. Интуиция подсказывала не садиться к нему.
— Вы, наверное, постоянно получаете штрафы за превышение?
— Да, — брякает он. — Каждый день. Так бесят, что прямо чешется снова их нарушить.
Он злорадно смеется и прямо под знаком «сорок» разгоняется до восьмидесяти, попадая под все камеры.