С..а - любовь
Шрифт:
— В тот же день. Больше в моей жизни не было наркотиков. Хотя, я чуть было не сорвалась, когда вернулась в Калифорнию. Именно поэтому я оказалась в приюте и познакомилась с Бенито.
Я резко открываю глаза и отстраняюсь от нее. На улице тепло и на пляже никого нет.
— Фейт, открой глаза.
Влажные ресницы медленно разлепляются и на меня смотрят блестящие от слез голубые омуты.
— Ты жила в приюте для бездомных?
Она кивает.
— Срок моей аренды практически закончился. У меня не было
У нее не было выбора? А я?
— Ты могла прийти ко мне. Ты должна была прийти ко мне.
Фейт качает головой и ее взгляд смягчается.
— Ты жил с Мирандой. Хоуп сказала, что вы семья. Теперь я знаю, что неправильно поняла ее, но тогда я не захотела вмешиваться и причинять тебе и детям неприятности.
Мне так и хочется сказать о неправильных решениях и об эффекте домино.
— Миранда. Она как несчастливый «пятак». Ей нужно было где-то жить, и она решила, что мой диван подходит для этого лучше всего. Я был в отчаянии. Мне хотелось вернуть детей, поэтому я разрешил ей остаться на несколько недель.
Фейт кивает; в ее глазах светится понимание.
— Ты не обязан объяснять, Шеймус. Ты все сделал правильно. У тебя все получилось, и дети снова живут с тобой. — Она вздыхает и вытирает слезы. — На самом деле Миранда не такая плохая, как я думала. Бенито она нравится. И Хоуп любит ее. — Я уже несколько недель знаю, что Хоуп мать Фейт, но все еще не могу поверить в это. — Именно Миранда убедила ее начать работать поваром в приюте. Да, деньги небольшие, но это первая настоящая работа Хоуп и она ей очень нравится.
— Я рад, что ты нашла маму и ответы на свои вопросы.
— Я тоже. Жизнь расцветает, если дать ей второй шанс
Мне хочется гладить ее, не переставая. Хочется убедиться, что все это действительно реально.
— Конечно. Ведь ты здесь, со мной.
— А у нас есть второй шанс, Шеймус? — нерешительно спрашивает Фейт. — После того, что ты узнал о моем прошлом, твои чувства изменились?
Я встаю, опираясь на трость и, стряхнув песок с джинсов, подаю ей руку.
— Пошли. Я не могу ответить на этот вопрос здесь.
Она обхватывает мою ладонь, и я помогаю ей встать.
— Почему?
— Потому что мы одеты. А мое тело умоляет меня ответить на твой вопрос…детально...обстоятельно…с помощью прикосновений, а не слов, и за закрытой дверью, в моей спальне.
— Шеймус, ты хоть представляешь, какой ты сексуальный? — возбужденно восклицает она.
Это были последние слова, которые мы произнесли. Ну, не считая «МЫ», которое сказала Фейт, когда мы целовались на коврике с надписью «W…E».
Я исполнил свое обещание: завел ее в спальню, закрыл дверь и снял с нас всю одежду. Следующие несколько часов я обнажал душу: каждым прикосновением…поцелуем…и движением бедер. Я успокаивал ее сомнения и страхи,
Все без слов.
И когда мы уставшие, но удовлетворенные лежим в темноте, Фейт, наконец, нарушает молчание.
— Шеймус?
— Да?
— Я тоже люблю тебя.
На моем лице расцветает улыбка. Она услышала все, что я хотел сказать.
Глава 65
Волшебство – это звучит чертовски вкусно
Миранда
Настоящее
Я мою духовку в отвратительных желтых резиновых перчатках. После попытки самостоятельно приготовить суфле. Оно вытекло из формы и сгорело. Надеюсь, это не признак того, как пройдет мой день.
Раздается звонок в дверь.
Я смотрю на часы. Они пришли на пятнадцать минут раньше. Черт возьми. Я снимаю перчатки и бросаю их в духовку, пытаясь скрыть улики, а потом открываю дверь.
Рори вручает мне букет цветов. Рядом с ним стоят Кай, Кира и Бенито.
— Спасибо, — искренне говорю я. Впервые я поблагодарила человека за цветы. От этого мне становится немного тошно, потому что от Шеймуса я принимала их как должное, иногда даже не удостаивая этим словом. Но, с другой стороны, я только что произнесла его от чистого сердца. Это большой шаг вперед для меня. За шесть месяцев после произошедшего с Каем, я сильно изменилась. Теперь я другой человек. Не совершенно другой, естественно. Я все такая же напористая, нетерпеливая и властная. Но я, наконец, поняла, что является самым главным в жизни. Это мои дети, друзья и люди, с которыми я работаю. Люди — вот, что делает нашу жизнь ценной. Способность жертвовать. Любить. Сострадать. Кто знал, что это может быть чертовски приятно?
— Вот только не стоит растекаться передо мной лужицей, Миранда. — Мое имя больше не звучит как оскорбление, когда Рори произносит его. Он показывает на Бенито. — Это была его идея. — Тот факт, что именно он вручил мне цветы, подтверждает, что наши отношения на правильном пути. Мы с ним многого достигли за короткое время.
Дети заходят и приветствуют меня объятиями. Бенито подмигивает Рори.
— Я предложил купить цветы. Кай и Кира согласились. Рори настоял на барвинках, — шепчет он мне на ухо.
Дети расходятся по своим спальням, а Бенито следует за мной на кухню. Я ставлю цветы в вазу, а он принюхивается.
— Суфле не получилось, — признаюсь я, пока он чего-нибудь не сказал. — Я могу приготовить тосты с высокой вероятностью успеха или можно сходить куда-нибудь поесть. Я пригласила Бенито на ланч, и по дороге он захватил детей из квартиры Шеймуса.
— Тут недалеко есть пекарня, — смеется Бенито. — Слышал, там готовят вкуснейшие круассаны.
— Прямо-таки вкуснейшие? И ты говоришь чистую правду?