Сабрина
Шрифт:
— Но вдова говорила, что не в состоянии простить неверности, — заметила Сабрина. — Если слабость Баллантайна — женщины, она бы давно уже с ним развелась.
— Ладно. Посмотрим на проблему иначе, — пробормотал Дерек. — Итак, Баллантайн любил женщин, а его жена, узнай она о его слабости, сразу бы с ним развелась. А это скандал, шум в средствах массовой информации — короче, сплошной ужас. Да тут попахивает шантажом!
— Если Баллантайн питал слабость к женщинам, но в средства массовой информации ничего об этом не просочилось, стало быть, он
— Прежде всего нужно доказать, что в его жизни были женщины. Я говорю во множественном числе, потому что одна-единственная устоявшаяся связь вряд ли способна стать причиной большого скандала, которым мог бы запугивать Баллантайна Грир.
Сабрина скептически скривила губы.
— Мне кажется, что даже легион женщин не мог бы вызвать такого уж невероятного скандала. Мы живем не в средние века, а во времена сексуальной революции. Неужели Гриру достаточно было знать, что Баллантайн — бабник, чтобы держать его в руках?
— Не забывай, что Баллантайн был членом Верховного суда, а верховные судьи просто обязаны иметь кристально чистую репутацию. И у Баллантайна такая репутация была. В случае скандала ему наверняка пришлось бы выйти в отставку. — Вздохнув, он сказал: — Но, быть может, ты права и я преувеличиваю значение этих связей. Как бы то ни было, нам надо найти хотя бы одну из его знакомых женщин. В худшем случае мы больше узнаем о слабостях и грешках Баллантайна, а в лучшем — выясним, где может храниться его досье.
— Если оно существует.
— Оно существует, — убежденно сказал Дерек. — И находится у одной из женщин. Я лично другого варианта не вижу.
В его глазах был вызов, но Сабрина промолчала. Ничего другого ей в голову тоже не приходило.
— И как же мы будем искать этих женщин?
Дерек отстегнул ремень безопасности, потянулся и, выглянув в проход, скользнул взглядом по сидевшим спереди и сзади от него пассажирам. Лицо мужчины, сидевшего через два ряда у него за спиной, показалось знакомым. Дерек был уверен, что именно этот человек так же сидел у них с Сабриной за спиной, когда они летели в Чикаго. Вообще-то, это могло ничего не значить: мало ли бизнесменов летает в Чикаго, а оттуда в Бостон?
Откинувшись на спинку кресла, он сказал Сабрине на ухо:
— Предположим — только предположим, что Баллантайн встречался с женщинами в то время, когда его жена уезжала в Чикаго. Мы знаем, что его дом в Вашингтоне находится на Эмбэси Роу. Что, если…
— Он не стал бы водить женщин к себе домой, это слишком рискованно. Скорее всего он встречался с ними в каком-нибудь отеле.
Дерек кивнул в знак согласия.
— Да, это прием известный. Судья снимает комнату под вымышленным именем, звонит своей подруге, называет номер комнаты, и она к нему приезжает. И все шито-крыто, и никто ничего не знает. Я заметил, что, в отличие
— Это может создать определенные трудности. Итак, с чего мы начнем? С поисков отеля? — спросила Сабрина.
— С женщины, Сабрина, с женщины.
— Но как мы ее найдем?
— Копнем девочек из эскортной службы, высокооплачиваемых девушек по вызову, дорогих проституток. Возможно, Баллантайн использовал вымышленное имя, поэтому запасемся его фото и будем всем показывать. — Он нахмурился и посмотрел в иллюминатор на начинавшее темнеть небо. — Три года назад я бы заглянул в один из своих файлов и уже через минуту имел бы на руках фото Баллантайна.
— Ну, это займет у нас немногим больше, — сказала Сабрина. — В одной из купленных мной биографий Баллантайна есть целая подборка его фотографий. Их можно скопировать, а можно возить с собой книгу.
Дерек взял ее за руку. Ее пальцы показались ему более тонкими, чем прежде. Проведя большим пальцем по золотому ободку обручального кольца, он спросил, стараясь не выдать свою тревогу:
— Ты хорошо себя чувствуешь?
— Да.
— А вид у тебя усталый.
— У меня всегда усталый вид.
— Неправда. Только в последнее время. — Он поцеловал ее в кончик носа. — Ты красивая, но усталая. Похоже, я совсем тебя загонял.
Сабрина тихонько рассмеялась.
— Вот это мило. За последние две недели я пальцем о палец не ударила— а ты все волнуешься…
Сабрина была совершенно права. Дерек потому и волновался, что в последнее время она ничего не делала, а это было так на нее не похоже. Ее снедало какое-то внутреннее беспокойство. Не такое сильное, конечно, как то было при Ники, но тем не менее…
А еще она постоянно утомлялась. Дерек решил, что, если в ближайшее время ее состояние не улучшится, он обязательно отвезет ее к врачу.
Прежде чем отправиться в очередное путешествие, они провели в Вермонте десять дней. Дерек хотел предоставить Сабрине возможность как следует отдохнуть. Кроме того, он и сам был не прочь немного пожить в спокойной обстановке. Выяснилось, что чем дольше он живет в Вермонте, тем реже его тревожат мысли о необходимости воздать по заслугам Гриру.
Еще не так давно ему казалось, что месть — главное в его жизни. Она по-прежнему представлялась ему важной. Но мог ли он теперь назвать ее главным делом своей жизни? Конечно же, нет. Существовали куда более важные вещи. Его взаимоотношения с Сабриной, к примеру, ее здоровье, покой, благополучие, их совместные прогулки и поездки к Ники.
Нельзя, однако, сказать, что все эти десять дней Дерек бездельничал. Он часами просиживал с Джастином и Энн, внося в их работу коррективы, делая замечания, давая им указания. Кроме того, с помощью Джастина, Джей Би и местного сантехника он отгородил в сарае два закутка и оборудовал в них кухню и ванную.