Сад теней
Шрифт:
— Оливия, ты порой рассуждаешь, как Малькольм, — вздохнула она.
Мне было жаль, что рядом не оказался Малькольм, которому приятно было бы услышать эти слова.
Я проследила за тем, как она поднялась по винтовой лестнице, а затем собрала свое рукоделие и отправилась в спальню. Я не смогла подняться следом за Алисией, так как слуги расспрашивали меня, куда убрать хрусталь, а миссис Уилсон хотела уточнить меню на завтра.
О том, что произошло наверху, позже рассказала мне сама Алисия, но вначале с ней случилась истерика,
Я поднималась по лестнице, когда услышала крики. Затем я услышала грохот за стенами лебединой комнаты. Взбежала по лестнице, пробежала по коридору и, подойдя к дверям комнаты, увидела, что Гарланд валяется на полу, а руки его судорожно цепляются за ночной халат.
Алисия лежала, растянувшись на кровати, ее ночная сорочка была разорвана от правого плеча и до пояса, грудь была ничем не прикрыта. Малькольм стоял над рухнувшим отцом, его руки были сжаты в кулаки, глаза вылезли из орбит, лицо было свекольного цвета. На правой щеке у него был глубокий шрам.
— Что случилось? — закричала я.
— Быстро вызови врача, — приказал Малькольм, к нему вернулась прежняя уверенность в себе, когда он увидел меня.
Я посмотрела на Алисию, которая теперь истерически рыдала и пыталась прикрыться разорванной ночной сорочкой. Гарланд не шевелился, я побежала к ближайшему телефону, который находился в трофейной комнате, и вызвала доктора Брэкстена.
Когда он приехал, Малькольм вытащил тело Гарлан-да в его собственную спальню и уложил на кровати. Алисия, надев халат поверх разорванной сорочки, наклонилась над Гарландом, рыдая и не отпуская его покалеченную руку.
— Что случилось? — спросил доктор Брэкстен, подбежав к кровати.
Малькольм посмотрел сначала на меня, затем на Алисию, а лишь затем ответил.
— У него был приступ, и отец стал громко кричать. Когда я вошел, он уже был без сознания, — объяснил он.
Доктор приложил стетоскоп к груди Гарланда, прослушал биение сердца и печально произнес:
Должно быть, у него произошел сердечный приступ. Очень жаль, но я ничего не могу поделать. Алисия закричала и бросилась к телу Гарланда.
Нет! Нет! Нет! — закричала она. — Не может быть! Мы только что отметили день рождения нашего сына. Пожалуйста, не надо. Пожалуйста, Гарланд, проснись! Покажи им, что ты не умер! Гарланд! Гарланд!
От ее рыданий и стонов дрожала кровать. Малькольм развернулся и вышел Он даже не взглянул на меня.
Я позвоню в похоронное бюро, — мягко произнес доктор Брэкстен Он взглянул на Алисию.
Лучше, чтобы они поскорее приехали сюда. Да, разумеется, — согласилась я. Он был у меня несколько недель назад, — объяснил доктор Брэкстен, — и я откровенно признался тогда, что не в восторге от его сердца, но он заставил меня поклясться, что я никому не скажу об этом, особенно, Алисии Он был такой человек.
Да, — согласилась я, понимая мотивы Гарланда. Он никогда
Я подошла к Алисии и, поколебавшись, обняла ее. Алисия, доктор Брэкстен хочет знать, не нужно ли тебе успокоительное?
Она покачала головой и затем оторвалась от Гарлан-ца У нее был отсутствующий взгляд, она осматривала комнату словно в бреду Доктор подошел к ней.
— Вам лучше сейчас вернуться к себе в спальню. Сон — лучшее лекарство в таком горе.
Она кивнула и позволила ему поднять ее с пола. Когда он проводил ее до дверей, она обернулась, посмотрела на тело Гарланда и вновь начала истерически плакать. Я пошла за ними и закрыла за собой дверь.
Малькольма нигде не было видно. Он уединился в какой-то дальней комнате, но это меня в тот момент не интересовало. Вместе с доктором мы отвели Алисию в лебединую комнату. Алисия разрешила уложить себя в постель, как маленького ребенка.
— Вам необходимо побыть с ней немного, — сказал он мне.
— Конечно.
Меня саму ошеломили происшедшие события, но я не утратила самообладания и достоинства. Мне было приятно, что доктор отметил мою способность отдавать распоряжения посреди всеобщего хаоса. Алисия же была совершенно потеряна.
— Я приглашу мастера из похоронного бюро, — прошептал он. — Если будет необходимо, позвоните мне.
— Спасибо, доктор Брэкстен.
— Мне жаль, — сказал он. — Он был прекрасным… Мне искренне жаль, — добавил он и вышел.
Я посмотрела на Алисию. Она лежала, уткнувшись лицом в подушку, и тихо плакала. Я подошла к входной двери и закрыла ее на замок. Я не хотела, чтобы нас беспокоили хотя бы некоторое время. Затем я вернулась к лебединой кровати и села рядом с нею.
— Алисия, я должна знать, что произошло до того, как я зашла и увидела эту ужасную сцену. Что Малькольм делал в твоей комнате? — Ее рыдания усилились. — Алисия ты должна мне все рассказать. У тебя никого больше нет, — добавила я, полагая, что это замечание было сейчас наиболее уместно.
Оно достигло своей цели, ее стоны прекратились, и она обернулась ко мне Она снова закрыла лицо руками, словно хотела утереть слезы, а затем натянула одеяло на лицо.
Это было ужасно, ужасно, — начала она.
Что именно?
Я лежала здесь и читала, чувствуя радость от того, что вечер так удался и все были счастливы. Гарланд… — Она снова принялась плакать. — Он был так горд, так счастлив Что же случилось? — настойчиво допытывалась я.
Я не закрыла дверь. Иногда… иногда Гарланд приходит ко мне ночью, — продолжала она. — Когда я услышала, что дверь отворилась, я решила, что это он, но это был Малькольм, — сказала она, посмотрев на дверь. Ее лицо исказилось от боли, словно вся сцена вновь прошла у нее перед глазами. И чего же он хотел?