Сады Луны
Шрифт:
Серрат не была уверена. После Аномандера Рейка она была самой опасной из Тисте Анди Лунного Семени. Найти этого слугу Опоннов было несложно. Ее господин дал ей всю необходимую информацию о том, как выглядит магический знак Опоннов. Ей помогло и то, что она уже видела это и этого самого мальчишку на крышах две недели назад. Ее агенты той ночью шли за Несущим Монету, пока он не вошел в корчму Феникса, они оставили его по ее команде. Если бы она знала тогда то, что знает теперь, с присутствием Опоннов было бы покончено прямо в ту ночь.
«Мне везет», – улыбнулась Серрат сама
Никаких подозрений у другой женщины, той, что внутри с Несущим Монету, она не вызовет. Серрат кивнула. Да, так она и сделает.
А теперь надо подождать. Терпение всегда вознаграждается.
– Да, – протянул Мурильо, изучая толпу, – их здесь нет. А это значит, что они у Маммота.
Крупп вдохнул пропахший потом и табаком воздух.
– Ах, цивилизация, Крупп верит, что твое суждение верно, друг. Если так, мы можем остаться здесь, выпить и посидеть часок-другой. Вон там, – он вошел в корчму Феникса.
Старые приятели, сидевшие за столиком Крупна, смотрели в полные кружки, переговаривались и весело смеялись чему-то. Крупп поклонился им и со вздохом облегчения уселся на свой стул. Мурильо остался у стойки бара, поговорил со Скурвом, потом неторопливо подошел к Круппу.
Отчищая пыль с рукава, Мурильо невольно нахмурился, оценив вид своей одежды.
– Мечтаю о ванне, – произнес он. – Скурв говорит, что видел недавно Раллика. Он говорил с неизвестным человеком. С тех пор Раллика никто не видел.
Крупп рассеянно замахал рукой.
– Вон идет добрая Салти, – объявил он. Минуту спустя на столе стоял кувшин с элем. Крупп вытер своим шелковым платком кружку, потом наполнил ее пенным напитком.
– А мы не собираемся доложить обо всем Баруку? – спросил Мурильо, не сводя с Круппа глаз.
– Всему свое время, – ответил Крупп. – Сначала мы должны отдохнуть от трудов. Что, если Крупп лишится голоса посреди отчета? Какой Баруку в том толк? – он поднял свою кружку и отхлебнул из нее.
Мурильо рассеянно барабанил пальцами одной руки по столу, глаза его исследовали толпу. Потом он выпрямился и напрягся. Он пододвинул свою кружку.
– Теперь, когда ты знаешь, что замышляем мы с Ралликом, что ты планируешь сделать?
Брови Круппа поползли вверх.
– Крупп? Ничего. Кроме хорошего, разумеется. Помогу. Незачем пугаться, друг. Пусть все идет по плану. Считай, что Крупп просто мудрая дуэнья.
– Дыхание Худа, – простонал Мурильо. – Мы прекрасно справимся и без твоей помощи, Крупп. Лучшее, что ты можешь сделать, это не лезть в это дело. Не суйся сюда.
– И бросить моих друзей на произвол судьбы? Чушь!
Мурильо допил свой эль и встал.
– Я иду домой, – объявил он. – Надеюсь, за неделю ты расскажешь все Баруку. А когда Раллик выяснит, что ты все знаешь о наших планах, тогда, Крупп, не хотел бы я быть на твоем месте.
Крупп нетерпеливо замахал рукой.
– Ты там не видишь Салти? С ужином для Круппа. Поганые кинжалы Раллика
Мурильо уставился на него потом пробурчал.
– Спокойной ночи, Крупп.
Он вышел из бара через кухонную дверь. Как только он спустился в переулок, дорогу ему перешла темная фигура. Мурильо нахмурился.
– Ты, Раллик?
– Нет, – ответил человек, – меня не бойся, Мурильо. У меня для тебя сообщение от Угря. Зови меня Рушащий Круги, – тут человек подошел ближе. – Сообщение касается члена Совета Турбана Орра...
Раллик переходил с крыши на крышу в полной темноте. Его продвижение сильно замедляла необходимость соблюдать полную тишину. Разговора с Оцелотом не будет. Он надеялся хоть на шаг опередить его. Если он упустит возможность, магия главы клана станет решающим фактором. «Если только не...»
Раллик остановился и внимательно осмотрел свои вещи. Много лет тому назад Барук наградил его за хорошо выполненную работу небольшой сумкой, наполненной красным порошком. Барук объяснил тогда его магические свойства, но Раллик не хотел работать, полагаясь на магию порошка. Интересно, сохранились ли его свойства? Может ли он противостоять магии Оцелота? Неизвестно.
Он пересек высокую крышу, подошел к самому краю. Справа под ним находилась восточная городская стена. Вдалеке неясно мерцали огни Ухабов. Убийца полагал, что Оцелот станет ждать возвращения Колла со стороны Трясучки, затаившись где-нибудь в тени с арбалетом. Лучше будет убить человека до того, как он въедет в город.
Вероятность, конечно, невелика. Абсолютно никаких признаков присутствия Оцелота не было, а больше всего ему подошел бы Холм К'рула. Оцелот уже вполне мог воспользоваться магией и лежать теперь надежно укрытым от людских глаз. Раллик запросто может споткнуться об него.
Он подошел к северному краю крыши. Перед ним возвышался храм К'рула. С колокольни было бы очень удобно стрелять по Коллу, въезжающему в ворота. Раллик вынул сумку с порошком. Все, что он покроет, сказал ему Барук, будет защищено от поражения магией. Появится защитная зона. Убийца поморщился. Как велика будет это зона? И когда она перестанет существовать? Очень важно, сказал еще Барук, и он это запомнил, не просыпать его на кожу.
– Яд? – спросил он тогда.
– Нет, – ответил алхимик. – Просто порошок изменяет некоторых людей. И в какую сторону, предугадать нельзя. Лучше не рисковать, Раллик.
Пот заливал его лицо. Найти Оцелота было почти немыслимо. Смерть Колла разрушит все и даже больше, она лишит Раллика последней возможности проявить... что? Человечность. Цена слишком высока. «Справедливость, – зло прошипел он. – Должна она что-то значить? Должна!»
Раллик развязал сумку. Он залез в нее и достал пригоршню порошка. Растер пальцами. Порошок пах ржавчиной. «Это все? – поинтересовался он. – Может, его свойства иссякли? – пожав плечами он начал втирать его в кожу, начав с лица. – Какие изменения? – пробормотал он. – Я не ощущаю никаких изменений!»