Сафари на…

Алексеев Вячеслав

— Стас, а может пальнуть по ним? — спросил занервничавший Валентин.

— Чего? — грозно рыкнул гаишник.

— Тебя как звать-то? Алексей? — перебил Стас. — А то все лейтенант, да лейтенант. Так вот, Алексей, эти хлопцы, если догонят — церемониться не будут, башку снесут саблей и все дела. А кишки на колеса намотают. Поверь, я у них в плену был и чудом выкарабкался. Так что, лучше автомат приготовь.

— Стас, — опять раздался голос Кокоря в динамике, — Кабы попутчики автомат дали или Женька — ружье, я бы через верхний люк стрельнул… Так не дают, ты уж скажи им…

— Кокорь,

не лезь в люк, тебя ж стрелой снимут в один миг.

— Правильно, Стас, — подключился Женька, — Вам, небось не слышно, а тут стрелы уже вовсю барабанят по будке. Не фиг лазать под стрелы, жми давай, отрывайся. А тряску мы потерпим. Стас повернулся к Валентину:

— Ну, Валя, жми. Отрывайся. Сдается мне — ошиблись мы веком чуток.

— Почему? — Переспросил Валентин, прибавляя ходу. — Те же хунны, на лошадях и со стрелами…

— Машины не боятся. Значит и не видели и не слышали ничего про наши позапрошлогодние бои… Так что. Жми, Валя.

3

Натоптанная скотиной дорога как-то незаметно растворилась в бескрайних снегах, замелась поземкой да сугробами, но Валентин по прежнему держал курс по льду, не уходя далеко от берега. Снегов, как впрочем и вообще осадков, в Поволжье — во все времена выпадало не так уж и много, потому автомобиль, хоть и урчал натужно, но шел довольно ходко. А отмотав почти 200 километров по нетронутой целине, Валентин вдруг увидел, что ближе к середине реки параллельно идет санный путь. Когда он возник и откуда взялся — никто не заметил. Хоть и не широка была та дорога, но вездеходу много легче переть по нему, чем по нехоженым местам пусть не с глубокими, но нетронутыми снегами.

Ближе к вечеру, проскочив за разговорами почти 400 километров Стас тормознул Валентина:

— Стойте, ребята. Вот здесь должен быть Волгоград. Дальше Волга поворачивает к Уралу, а нам нужно в противоположную сторону. Есть предложение — выехать на берег, переночевать и мотать к Дону, ибо здесь самое короткое до него расстояние. Как, лейтенант? Или ты хочешь наглядно убедиться в отсутствии Волгограда? Вылезай, пойдем сходим…

Лейтенант и вправду вылез из машины, но не спрыгнул на землю, а наоборот, залез на будку и, приложив руку козырьком от заходящего солнца, стал осматривать окрестности.

— Стас, — закричал он, — глянь-ка, вон там на берегу — никак домики чернеются? И дымки вьются. Кажись деревня, точно — три крыши видны. Ну че? Заглянем познакомиться?

— Давай, чего — собственно? Для того и ехали. Ну вот, лейтенант, хуннов ты уже видел, сейчас с русичами знакомится будем.

Подъехав ближе, путешественникам предстала вовсе не деревня, а маленькая крепостенка — издали островерхие башни и были приняты за крыши домов. Крепостенка совсем крошечная, внутри могло разместиться не более десятка домов, но тем не менее, выглядела вполне внушительно. Она стояла на устье малюсенького волжского притока — почти ручья, но с обрывистой крутой поймой, защищающей крепость с одной стороны, а с другой — материнским крутяком самой Волги. Стенка, из торчащих вверх остроконечных

бревен, и высокие башни с бойницами были как бы продолжением обрыва. Вход если и был где, то не здесь, а с другой стороны. Из крепости раздавался набатный звон — защитники, контролировавшие вход по протоке на стратегический волок из Волги в Дон, намного раньше заметили непонятное сооружение, передвигающееся по реке, и изготовились к отражению нападения.

Санный путь тоже сворачивал к этой крепости и по боковому ручью круто поднимался мимо нее на правый берег, уходя куда-то дальше за поворот. На снегу виднелось несколько пешеходных стежек от санной дороги вверх по обрыву, но не то чтоб автомобиль, даже лошадь не смогла б забраться по таким тропкам.

Путешественники единодушно решили: чтобы попасть внутрь, сначала нужно объехать крепость, поднявшись по боковому ручью, в опасной близости от ее неприступных бойниц — другого пути просто не существовало.

Однако, машина даже не успела войти в устье ручья, как перед ней вонзились в снег три крупных стрелы, с привязанными к ним красными лентами. Конечно, специально, чтоб они выделялись на белом снегу. И Валентин нажал на тормоз.

— Местный гаишник приказал остановиться. — сказал он, обращаясь к лейтенанту. — Что, Алексей, поговоришь со своими коллегами? Или наплюем и дальше поедем?

— Погоди ехать, сиди Леша, дай-ка я сам поговорю. — сказал Стас, пробираясь к двери.

Он вышел на подножку грузовика и заорал воинам на башне крепости.

— Эй, чего стреляете то? Мы ж вас не трогали.

— И мы вас не тронули, — ответил сверху басовитый голос. — Кто такие, куда путь держите?

— На Белую Вожу, путешественники мы.

На башне посовещались, потом тот же бас:

— Каку таку Белу Вожу?

Стас развел руками и заорал, задрав голову. — Ну не знаю, может она сейчас и по другому называется. Поселок такой, там на Дону стоит, в верховьях.

На башне громко заспорили, но слов было не разобрать.

— Вы, кто, гости? Товар везете?

Стас опять развел руками:

— Да нет, не гости, — и тут же пояснил лейтенанту — Гостями тут купцов называют. Но мы ж не купцы.

— А чего едете? — раздалось сверху.

— Ну надо нам, вот пристали — чего да зачем…

— Платитя пошлину. — и сразу другой молодой голос. — А лошадь внутрях повозки спрятана?

Стас не ответил, хотя услышал, что кто-то басом отчитывает спросившего, чтоб не лез поперек батьки.

— Платитя по куне с человека и за товары, что везете. Сейчас тиун спустится посмотрит, что у вас там.

Валентин засмеялся:

— Не, лейтенант, это точно ваш брат — гаишник. Пока в лапу не сунешь, ни за что не проедешь. Только древний, необразованный — не знает, что еврами брать сподручнее, чем кунами какими-то.

— Так нету кун у нас. — прокричал Стас защитникам.

— Это ничо, сейчас посмотрим — что у вас и сами пошлину возьмем — засмеялись сверху.

Стас сел обратно в машину.

— Ну и чего делать будем? Обдерут, ведь как липку.

Валентин завел мотор и стал медленно сдавать назад — обратно на Волгу. А Стас, высунувшись в окно, проорал: