Сафари
Шрифт:
Дорран нахмурился.
– Тогда... Хммм...
– Вот отличное место. На берегу моря. Рядом джунгли, неподалёку маленький городок.
– Мне нужны не дикари с луками, а белые охотники с ружьями.
Торнадо оскалился.
– Ты такой крутой, пард? К твоему сведению, в этот период истории, зулусы например за год убивают больше львов, чем все белые охотники за пять лет. У них свои методы, весьма и весьма действенные.
Дорран с трудом удержал рычание.
– Капитан, не стоит напоминать о судьбе моих прямых родичей. Именно поэтому и было получено
Торнадо сразу стал серьёзен.
– Прости. Просто мы очень не любим охоту, и я не удержался от колкости.
– Это не охота, капитан. Это сафари. Поединок на равных.
Инопланетянин отвернулся, заметив:
– Люди несколько иначе трактуют это слово.
– Я не человек.
– Только потому я и согласился пустить тебя на свой корабль.
Дорран задумался. Он пытался понять, оскорбил ли его капитан Торнадо, или сделал комплимент?...
Ароматы ночной саванны ударили в Доррана, как молот. Он задохнулся, схватил себя за грудь, пытась сдержать громовое рычание. За его спиной послышался могучий вздох капитана.
– Да, малыш. Ощути, что такое – вернуться домой.
– Домой? Земля – не мой дом.
– О нет, пард. Возможно ты забыл, но вы родом с Земли. Вы предки всех больших кошек этой планеты. Ты например – прямой предок львов. Как сейчас помню те годы, когда мы помогли вам переселится с гибнущих материков на Ферр... Знатное было дело, много доставило нам радости.
Дорран резко повернулся к Торнадо.
– Что ты имеешь в виду?
– Тебя не должны волновать слова старого ящера, не обращай на меня внимания.
– Ты же никакой не ящер, Торнадо.
– Так похож ведь. Ну ладно. Оборудование выгружено, аварийный зондер-маяк – тоже. Медицинский модуль вот здесь. Карта лежит в верхнем ящике. Там же, на всякий случай – боевой полускафандр и пара бластеров.
Дорран вздрогнул.
– Забери их.
– Нет. И не спорь – я тебя живого привёз, я хочу тебя живого увезти. – огромное крыло инопланетянина мягко прошлось по шерсти Доррана. Горящие жёлтые глаза опустились к его лицу.
– Смотри, малыш. Не надо быть героем без смысла. Ты и так делаешь глупость, но не стоит возводить её в степень. Чуть что – жми на вызов. Я буду на орбите, подхвачу.
Пард едва не фыркнул при слове «малыш». Однако забота капитана его тронула.
– Спасибо, Торнадо.
Тот вздохнул и взмыл в чёрное небо, где парил дисковидный посадочный модуль. Дорран проводил взглядом мерцание сверкающей чешуи. И зарычал от избытка ощущений.
Первым делом он сбросил с себя всю одежду. В небольшой яме у одиноко стоящей акации нашлось место для контейнера с оборудованием. Дорран тщательно замаскировал тайник, оставив на поверхности только необходимые вещи.
Руку привычно охватил тонкий шнур унибора. Он служил маяком, ретранслятором, индикатором жизнедеетельности, компасом и часами одновременно. На голову, под гриву, Дорран одел миниатюрные наушники, связанные с микрокомпьютером в браслете на второй
Вдохнув поглубже, пард проглотил капсулу нейровизора. Аппаратик, задержавшись в желудке при помощи тончайших усов-креплений, станет своеобразным «чёрным ящиком» – всё что увидит Дорран, будет передано в тайник, где запишется на кристаллы. Именно эти записи позволили смонтировать легендарный фильм «Кровавое Солнце», послуживший для Доррана главным стимулом к принятию решения.
Разумеется, все мыслимые и немыслимые прививки были сделаны ещё на корабле. Дорран был готов к сафари. Как и все настоящие охотники из его рода, он не признавал такой вещи как оружие. Оружие – аттрибут войны, но не охоты. Для охоты должно хватать когтей и зубов. Ну и подготовки, конечно. Иначе ты недостоин быть охотником.
Тем не менее, меры предосторожности он принял. На все когти Доррана были нанесены токопроводящие дорожки с миниатюрными иголочками на концах. Радиевые элементы на запястьях по размеру не превышали почтовую марку, однако производили свыше 25000V постоянного тока. Управлялись разрядники от биотоков. Дарран не собирался использовать подобное оружие, но гибнуть, скажем, от бивней бешенного слона он хотел куда меньше.
Подготовка к охоте заняла примерно час. После чего пард растворился во тьме африканской саванны, присоединив свой рык к голосу десятков отдалённых родичей, и втягивая аромат сотен живых существ – аромат добычи.
Он искал цель три дня, и за это время дважды убивал антилоп и один раз едва не попался под ноги носорогу. Дорран не просто наслаждался – он жил своим сафари. С ужасом думал он о времени, когда не знал что такое охота. В момент, когда клыки впивались в плоть добычи, а тёплая кровь потоком рвалась в горло, Дорран забывал обо всём. Он был хищником. Он охотился и ел. Иногда пил.
На второй день (вернее, ночь – разумеется, дни Дорран проводил в тени акаций, лениво жмурясь на солнце), он почуял близость цели. Дым. Отдалённый, слабый запах дыма.
Пард стремительно бросился по следу. Он бежал по саванне, обгоняя львов словно черепах – как-никак, Дорран был только дальним родственником кошек Земли. Бежал он на четвереньках, хотя очень хотел встать на ноги. Но неписанные правила заставляли его терпеть все неудобства. Сейчас он был львом, который гнался за человеком. Значит, он должен вести себя как лев.
Три часа спустя после начала погони, он обнаружил кострище. Рядом валялись кучи костей, а в стороне – освежёванные тела двух львиц. Гиены уже трудились над ними.