Сахара
Шрифт:
Она сидела спокойно и расслабленно, полагая, что, возможно, пилоты просто ложатся на новый курс и потому меняется высота полета. Но непрекращающееся ощущение тошноты в желудке говорило о том, что самолет продолжает снижаться.
Ева вышла в проход и двинулась в задний конец салона, куда Хоппер добровольно сослал себя, чтобы иметь возможность покуривать свою трубочку. Она приблизилась к его сиденью и осторожно, слегка встряхнув, разбудила.
– Фрэнк, что-то случилось.
Хоппер всегда спал
– Что ты говоришь?
– Самолет снижается. Я думаю, мы приземляемся.
– Ерунда, – фыркнул он. – До Каира еще пять часов лета.
– Да нет же, я слышу, как слабеет шум двигателей.
– Ну, пилоты, вероятно, чуть сбавили мощность, чтобы сэкономить горючее.
– Мы теряем высоту. Я уверена в этом.
Отдавая должное серьезности ее тона. Хоппер встал и, склонив голову, прислушался к рокоту двигателей. Затем перегнулся через подлокотник сиденья и посмотрел вдоль прохода в сторону переборки пассажирского салона.
– Похоже, ты права. Шум слабеет.
Ева кивнула в сторону кабины:
– Как правило, пилоты во время полета оставляют дверь открытой. А сейчас она закрыта.
– Все это, конечно, странно, но я уверен, что мы уж слишком горячо реагируем. – Он откинул одеяло, прикрывающее его большое тело, и встал, готовый действовать. – Однако не помешает взглянуть.
Ева двинулась за ним к двери кабины. Хоппер повернул ручку, и его лицо внезапно омрачилось озабоченностью.
– Эта чертова штука заперта!
Он постучал в дверь, но ответа не последовало и через несколько минут. Кроме того, угол снижения увеличился.
– Происходит что-то подозрительное. Тебе лучше разбудить остальных.
Ева поспешно пошла вдоль прохода, расталкивая других членов группы, погруженных в глубокий сон. Гримз первым оказался рядом с Хоппером.
– Почему мы приземляемся? – спросил он.
– Даже приблизительно не имею понятия. Пилоты не желают общаться.
– Может быть, они совершают вынужденную посадку?
– Если это так, то они посоветовались только сами с собой.
Ева перегнулась через сиденье и уставилась в темноту за иллюминатором. Под носом самолета на расстоянии в несколько километров ночную тьму пронзил снопик тусклых желтых огней.
– Огни впереди, – объявила она.
– Надо вышибить дверь, – предложил Гримз.
– С какой целью? – поинтересовался Хоппер. – Если пилоты решили приземлиться, нам никак не удастся остановить их. К тому же никто из нас не умеет управлять самолетом.
– Ну, тогда нам остается только вернуться на свои места и застегнуть ремни безопасности, – сказала Ева.
Не успели эти слова слететь с ее губ, как вспыхнули посадочные прожектора, освещая безликую пустыню. Выпустив
– Интересно, где же это мы? – пробормотала Ева.
– Должно быть, скоро узнаем, – сказал Хоппер, направляясь к двери кабины, на этот раз настроенный вышибить ее. Но не успел он дойти, как дверь широко распахнулась, и в салон шагнул пилот.
– Что означает эта остановка в пути? – потребовал ответа Хоппер, – Какие-нибудь неисправности?
– Здесь вы выходите, – медленно сказал пилот.
– О чем вы говорите? Вы должны были доставить нас в Каир!
– Мне приказано доставить вас в Тебеццу.
– Это чартерный самолет ООН. И вас наняли, чтобы вы летели туда, куда нам требуется, а Тебецца, или как ее там, вовсе не одно из этих мест.
– Считайте это остановкой вне расписания, – упрямо повторил пилот.
– Не можете же вы просто так высадить нас в пустыне. Как же мы будем добираться отсюда до Каира?
– Все проблемы урегулированы.
– А как же наше оборудование?
– Оно будет под охраной.
– Но наши образцы должны быть доставлены в парижскую лабораторию Всемирной организации здравоохранения как можно быстрее.
– Это не моя забота. А теперь будьте любезны собрать ваши личные вещи и выгрузиться.
– Мы не сделаем ничего подобного! – возмутился Хоппер.
Пилот обошел Хоппера и, не торопясь, двинулся к заднему выходу. Он отомкнул ручки запоров и нажал на большой выключатель. Зашипели гидравлические насосы, и задняя дверь медленно отвалилась, образовав трап к земле. Затем пилот вытащил из-за спины большой револьвер и помахал им перед потрясенным ученым.
– А теперь вон из самолета! – угрюмо приказал он.
Хоппер двинулся к пилоту и остановился, чуть не столкнувшись с ним нос к носу, не обращая внимания на револьвер, упершийся ему в живот.
– Да кто вы такой? И что здесь происходит?
– Я лейтенант Абубакар Бабананди из малийских военно-воздушных сил, и я выполняю приказ моего непосредственного начальства.
– И кто же это такой?
– Глава Верховного военного совета Мали.
– То есть генерал Казим. Здесь ведь он всем распоряжается...
Хоппер хрюкнул от боли, когда лейтенант Бабананди резко ткнул дулом револьвера в пах ученому.