Салют динозаврам!

Действующие лица:

ВАСЯ

АННА АНДРЕЕВНА

Хорошо обставленная комната в московской квартире. Особое внимание привлекают две электрогитары, электроорган и установка ударных инструментов.

ВАСЯ(по

телефону).

Ах, так? Ладно, Евсикова. Тогда кино побоку.

(Достает билеты из кармана, читает.)

Бельэтаж, первый ряд, середина. Рву на клочки.

(Кладет билеты обратно в карман и на несколько частей возле трубки разрывает газету.)

Вот, вот и вот. В Москве 148 кинотеатров. Мало ему? Чего он ходит за нами, будто прикованный? Евсикова, это печально, а не смешно. Коню понятно: влюблен. Из-за меня? Из-за меня может не ходить. В группу его не возьму. Как председатель совета дружины устраивает. Как гитара-бас – нет. Чего несешь-то, Евсикова, сообрази! У нас не президиум, причем тут общественный резонанс. Твой Славик не ощущает. С ним на первом же туре хана. Вынесут ногами вперед. Не уговаривай… не уго… Я не ссорюсь. Недоумеваю.

Как только Славика обидят – у тебя слезы текут. А на истинных моих друзей тебе наплевать. На кого наплевать? На Коржикова, например. Он гитарист-гений, а ты хочешь, чтобы я его на Славку сменял… Погоди, звонят в дверь.

(Кладет трубку рядом с телефоном, выходит в прихожую.)

Слышны голоса:

– Это квартира Воскресенских?

– Да, проходите.

Вслед за Васей в комнату входит АННА АНДРЕЕВНА. В одной руке чемодан, в другой спортивная сумка. Плащ, под которым строгий черный костюм. Нелепый, почти сиреневого цвета, парик.

АННА АНДРЕЕВНА(радостно). Должна признаться, шестой этаж – это для меня уже высоко.

(Опускается на стул.)

ВАСЯ(удивленно разглядывает Анну Андреевну). У нас лифт.

АННА АНДРЕЕВНА. Когда-то, когда я еще жила в Москве, у лифтов были тяжелые, железные, зарешеченные двери – как в тюрьме. А у вас они сами то сдвигаются, то раздвигаются, то сдвигаются, то раздвигаются! Будто челюсти аллигатора. Я испугалась: а вдруг они вознамерились меня перекусить.

(Смеется, затем с неожиданной серьезностью.)

Ты красивый и вполне взрослый мальчик. Почти юноша. Высокий лоб. Крупные уши, форма ушей – признак музыкальности. Во всяком случае, у Рахманинова были именно такие уши.

(Не замечая, что Вася смотрит на нее со все более возрастающим удивлением.)

Знаешь, о чем я твердила себе всю дорогу? "Не забудь о подарке, не забудь о подарке". У вас есть холодильник?

ВАСЯ(вежливо и отчужденно). У нас есть холодильник. У нас есть телевизор, стиральная машина и пылесос. К тому же мы не принимаем дорогие подарки.

АННА АНДРЕЕВНА(смеется, вдруг

обрывает смех). Прости, я не поняла.

ВАСЯ. Не надо дарить холодильник. У нас уже есть. Вы ошиблись квартирой. Профессор-невропатолог на восьмом этаже.

АННА АНДРЕЕВНА. Позволь, причем здесь профессор? И причем холодильник? Разве я собираюсь его подарить?

ВАСЯ. У меня создалось именно такое впечатление.

(Делает шаг в сторону, как бы предлагая гостье подняться и покинуть квартиру.)

АННА АНДРЕЕВНА. У тебя странная манера шутить. Но я привыкну и научусь понимать. Соседский мальчишка вчера поймал тайменя и подарил его мне. (Показывает на сумку, торжественно.) Он здесь. Вечером у нас будет пир на весь мир. Ты не догадался, кто я? Но ведь это же очень просто. Очень. Ты Воскресенский-младший, так?

ВАСЯ. Так.

АННА АНДРЕЕВНА. Твою бабушку зовут Соней. Софьей Андреевной. А меня Аней. Анной Андреевной. Я сестра твоей бабушки. Из этого вовсе не следует, что нам непременно надо кидаться в объятья. Суть человеческой близости не в генеалогическом родстве, а в духовном. Но руки друг другу нам следует пожать.

Рукопожатие.

А теперь – немедленно сумку в холодильник. Для нежной рыбы нет ничего губительнее жары.

Вася, забрав сумку, выходит.

Судя по тишине, в доме никого, да?

ВАСЯ(возвращается, сухо). Да, я в доме один. (Помолчав.) Почему вы не сообщили о приезде?

АННА АНДРЕЕВНА. О, это нелепая история. (Осматривая комнату.) Полгода назад, после огромного перерыва, я написала Соне. В ответной открытке она пригласила меня пожить у вас. Три дня назад, когда у меня уже был билет на самолет, я дала телеграмму. Об остальном ты, конечно, догадываешься.

ВАСЯ. Вы дали телеграмму на наш старый адрес.

АННА АНДРЕЕВНА. Естественно. Откуда мне было знать, что дом снесли. Я приехала на развалины. Пришлось разыскивать вас через справочное бюро. В газетах пишут о реконструкции города в связи с надвигающейся олимпиадой. Но, мне казалось, то был такой крепкий дом. Дом на века. Возможно, это впечатление детства. Я не была в Москве почти шестьдесят лет. Шестьдесят лет! А? Целая жизнь. Как тебя зовут?

ВАСЯ. Вася.

АННА АНДРЕЕВНА. Вася. Прекрасное имя. Простое и замечательное. Так звали легендарного Чапаева. А меня вся знакомая детвора называет тетей Аней. Я привыкла. Прошу и тебя: никакого отчества. Тетя Аня – и все. (Возле окна.) Тихая улица. Прекрасная квартира. Солнечная сторона. Сонина комната не там?

ВАСЯ. Там родительская комната. Бабушкина комната из прихожей направо.

АННА АНДРЕЕВНА(вдруг). Позволь, разве ты не знал, что бабушка пригласила меня в гости?