Сам о себе

Ильинский Игорь Владимирович

Поэтому требование целесообразности заключается в том, чтобы актер поменьше отвлекал внимание зрителей чем бы то ни было от своего прямого дела: пропаганды литературного произведения.

Глава XXVII

Первые трудности. Киноактер мешает. Закалка критикой. Ответ заведующему художественной частью. Смешанные концерты, банкеты. Работа над «Старосветскими помещиками». Художественное слово и театр. «Сказка о золотом петушке». Работа над баснями. Расширение репертуара. «Сон Попова». Ритм и «Слон и Моська»

Мой путь чтеца был нелегок. Нелегок он был прежде всего по одной, довольно парадоксальной причине. Этой причиной

была моя кинопопулярность. Правда, на первых порах она помогала привлекать публику на мои концерты, хотя большая часть публики ждала от меня на этих концертах совершенно другого: разных кинотрюков, отрывков из кинофильмов и т. п. Возможно, что эта же публика с удовольствием слушала бы произведения Толстого и Гоголя в исполнении других артистов, но от Игоря Ильинского она ждала иного, а поэтому ее внимание не было обращено на художественное слово.

Вечера художественного чтения в то время почти не культивировались, особенно на периферии.

В столичных и больших городах находился еще круг слушателей и зрителей, которые получали художественное удовлетворение от моих литературных концертов, но этот круг на первых порах был очень ограничен. Если бы не кучка моих друзей, которые уверяли и доказывали, что мое чтение представляет художественный интерес, если бы не поддержка, а порой и восторженное отношение молодежи и студентов, главным образом из театральных и художественных вузов, я бы впал в уныние и, возможно, отказался бы от чтения. Исполнение мое на первых порах было несовершенно и я еще не обрел того мастерства, которое заставляет аудиторию слушать и ведет ее за собой.

Мне приходилось бороться с большой частью публики, не желавшей слушать мною избранный репертуар. Эта борьба иной раз продолжается и теперь, она бывает не так легка, даже после двадцати—тридцати лет работы и отшлифовки многих любимых мною произведений.

Но все же я упорно читал только то, что мне нравилось самому. Я не засаривал репертуар чисто эстрадными произведениями. С первых шагов, как я уже писал, я нес с эстрады лучшие образцы литературы. Чехов, Андерсен, Маяковский, Есенин, Зощенко были первыми моими авторами. Если сейчас у кого-либо возникают сомнения, почему я ставлю в этот ряд Зощенко, то я не буду ссылаться только на собственный вкус и отношение к нему. Я напомню, что в свое время Зощенко высоко оценивали и Горький и Маяковский. Он безусловно стоял в первых рядах советских писателей. Да и теперь возрожден к жизни в лучших своих произведениях.

В начале моей концертной работы меня можно было запутать и сбить с толку. В ту пору когда репертуар мой был невелик, предприимчивые администраторы убедили меня наряду с художественным чтением выступать с какими-либо отрывками из театральных ролей и сцен из кинофильмов. Но очень быстро я стал ярым противником таких вечеров и пришел к простому, но не для всех приемлемому выводу. В театральных ролях надо выступать в театрах. Не следует искусственно пересаживать это большое искусство на концертную эстраду. В киноролях актеров надо смотреть в фильмах, в кинотеатрах, во всеоружии искусства кино. На концертной эстраде надо выступать в концертном репертуаре. Если драматический артист или киноартист не имеет такого концертного репертуара в любом жанре и виде концертного искусства, то ему не надо выступать в концертах.

Перенесение искусства театра и искусства кино на концертную эстраду чревато снижением качества этих искусств, а следовательно, и снижением качества исполнителя.

Мне могут сказать, что лучше увидеть хороших артистов в хороших ролях, хотя бы в отрывках, без грима и костюмов на концертной эстраде, иметь хоть какое-либо представление о них, чем не увидеть их вовсе. Возможно. Но, во всяком случае, такие компромиссы не могут не разжижать то искусство, которому ты служишь, и не снижать качества и степени твоего мастерства.

Я лично уже давно решил не идти на такие компромиссы и почти никогда не выступаю с отрывками из пьес или кинофильмов в концертном исполнении. Я, актер театра и кино, занимаюсь художественным чтением и выхожу на концертную эстраду как представитель именно этого жанра. И все же, когда я объявляю программу «вечера

художественного чтения» или «литературного концерта», то, несмотря на объявленную программу, многие зрители хотят меня видеть на эстраде как киноартиста или артиста театра. Менее культурная часть зрителей психологически не подготовлена к восприятию художественного чтения, она хочет посмотреть меня на эстраде и познакомиться со мной как с живым киноартистом. Так как эта публика не получает того, чего она ждет, то налицо драматический конфликт. Публика чувствует себя как бы обманутой в своих ожиданиях. В этих обстоятельствах бывает трудно овладеть ее вниманием. Подобного зрителя совершенно не интересует степень моего актерского диапазона, расширение репертуара, знакомство с великолепной русской классикой. Его устраивает разве только то явно смешное, что есть в моем репертуаре. Это знали администраторы и почти требовали (я говорю о начале моей деятельности), чтобы я читал только смешное. Но, убежденный в своей правоте, я не шел на компромиссы, продолжал серьезно работать в новой для меня области художественного слова, не хотел скатываться к такому «базарному» использованию меня на эстраде. Во мне еще теплилась надежда, нет, я был уверен, что найдутся, появятся те слушатели, те зрители, которые будут ценить искусство художественного слова больше, чем случайные, большей частью несовершенные эскизы и пробы в некоторых киноролях. Тяжело было мне, выходя с поднятым воротником пальто на улицу после своего концерта, слышать такие реплики: «Халтура», «Знал бы, лучше пол-литра купил», «Мура», «Дядя, плохая постановка!»

Я с горечью ощущал себя тем артистом, про которого рассказывали, что он никогда не позволял себе проходить через публику после концерта или спектакля. «Почему?» – почтительно спрашивали его. – «Больно ругаются!» – отвечал он.

Как видите, путь был действительно не очень легкий. Но я продолжал бороться с администраторами, с некультурностью и грубостью части публики и даже с... прессой. На этом трудном для меня этапе критика не поддерживала меня. Проходя по улице, я слышал произнесенное пропойным голосом слово «халтура», а утром, открывая местную газету, читал следующее:

«Вечер Игоря Ильинского. Игорь Ильинский – «король экрана» – самый посредственный, самый рядовой рассказчик. Никаким особым мастерством передачи, достойным гастрольного показа, он не владеет, пользуясь давно заштампованными приемами эстрадного ремесла. С репертуаром у Ильинского обстоит еще печальнее... Зачем нужно ему, артисту с именем, с такой солидной маркой, как марка Театра Мейерхольда, так беззастенчиво спекулировать на своей популярности, так цинично обманывать публику, которая ждет от московского артиста и «новых слов и новых песен»?..»

Мудрено ли, что зрители, пришедшие посмотреть и послушать «живого Ильинского», были так разочарованы и огорчены.

«Эх, обманул Ильинский! – Да, обманул. И не только зрителей, но и самого себя! Еще пара таких выступлений и конец любви и популярности Ильинского... – Зритель доверчив, но злопамятен».

«Поволжская правда», Саратов, 1929.

Или вот:

«Концерт Игоря Ильинского в Нардоме текстильщиков 21 февраля носил отпечаток торопливости, работы «с кондачка». Это чувствовалось в большинстве номеров, исполненных московским гастролером... Серафим Огурцов» [5]

«Рабочий край», Иваново, 1929.

5

«Серафим Огурцов?» – спросят удивленно читатели. Почему персонаж «Карнавальной ночи», фильма 1956 года, Серафим Иванович Огурцов подписал рецензию тридцатилетней давности? Может быть, через тридцать лет авторы «Карнавальной ночи» вспомнили об этой фамилии? Я сам удивлен. Я не показывал сценаристам фильма случайно сохранившейся рецензии и давно забыл об ее авторе, и, как они мне сказали, они никогда не знали никакого Огурцова. Только через год после выпуска фильма я вдруг совершенно случайно обнаружил «знакомую подпись» под рецензией. Удивительное совпадение!