Сам себе клан
Шрифт:
– А какие варианты? – поинтересовался Крестовский. – Что мы можем решить прямо сейчас? Отель?
– Персонал, – подсказал Ломтев. – Другие гости. Вряд ли в отеле безопаснее, чем здесь.
– До утра я не смогу найти других решений, – сказал Крестовский.
– Я могу пригласить Александра к себе, – сказал Танеев. – Дом большой, семья на водах, лишних вопросов не возникнет.
– А охрана?
– Свяжемся с Путилиным, – сказал Танеев. – Они и логистику на себя возьмут.
– Да, возможно, это вариант, – согласился Крестовский. – Но мне все равно надо его
Он вытащил из кармана прямоугольник мобильного телефона и отправился в спальню, разгонять эсбэшников и разговаривать в одиночестве.
Ломтев сделал очередную мысленную пометку. Он с самого начала подозревал, что Крестовский здесь не главный, но теперь это стало очевидно.
Не графское это дело – князьям ямы копать. Крестовский – такая же марионетка, а ниточки от него идут куда-то выше.
И неплохо было бы выяснить, куда.
Интриги – это не шахматы. Интриги – это покер, а в покер ты играешь не против других раскладов, а против других людей. И порой для того, чтобы выиграть, тебе даже в карты смотреть не надо.
– А Путилин – это…?
– Частное охранное бюро, – сказал Танеев. – Самое дорогое в империи, и в этом его главный плюс. Перекупить путилинцев невозможно.
– Понятно, – сказал Ломтев.
Он даже не стал спрашивать, сколько это будет стоить и кто будет за все платить, потому что не сомневался, что итоговый счет выставят все равно ему. И будет он, скорее всего, не в рублях.
Впрочем, они – тайное общество, пусть и трясут мошной. Бюджеты-то у них явно немаленькие.
Крестовский вернулся, на ходу убирая телефон в карман.
– Я все согласовал, – сказал он. – Путилинцам позвонил, они уже выслали транспорт. Теперь надо устроить выписку.
– Я, как его адвокат, этим займусь, – сказал Танеев. – Главврач, как я полагаю, на месте и будет этому только рад.
Это да, подумал Ломтев, в этом я даже не сомневаюсь. У них тут в связи с моим пребыванием показатели смертности в стенах заведения сильно повысились. Пусть и не среди пациентов…
Танеев жил в особняке в местности, где в мире Ломтева находились Мытищи, и Ломтев настроился на долгую и увлекательную поездку по ночному подмосковью, но ожидания, как обычно, сильно разошлись с реальностью.
Поездка действительно была долгой, но увлекательной она не стала. Ломтеву даже в окно посмотреть не удалось, поскольку за ними заехал не автомобиль, а броневик, и окон в отсеке для пассажиров предусмотрено не было. Помимо Ломтева и Танеева в салоне сидели трое бойцов в легкой городской броне и увешанные оружием, как будто они только что из Бейрута, так что и поговорить, не выдав себя, тоже было нельзя.
Так что все полтора часа поездки Ломтев просто сидел в кресле, вдыхал прохладный кондиционированный воздух, пялился на навороченных ЧОПовцев и боролся со сном.
В итоге сон все-таки победил, и под конец поездки Ломтев задремал. Возраст ли брал свое, измененная ли физиология, или просто старая армейская привычка – спать при любой возможности, потому что никогда не знаешь, когда тебе представится следующая такая возможность.
Подобные
Ломтев осознавал, что за последние годы он размяк. Он был немолод, он был богат, ему больше не надо было ничего ни у кого выгрызать, и он позволил себе расслабиться, что и привело его… вот сюда.
В старые времена черта с два он бы оставил какого-то незнакомого типа, имеющего отношение к похищению дочери, у себя за спиной. В старые времена он бы начал стрелять еще на дороге, и тогда неизвестно, чем бы все это закончилось.
Но предаваться сожалениям было бессмысленно. Ошибки надо держать в уме, чтобы не допустить их повторения, но и не зацикливаться на них, иначе это путь в никуда.
Броневик заехал в подземный гараж адвокатского особняка, где Ломтева с Танеевым встретила еще дюжина «путилинцев», которые осматривали дом, подключались в местным охранным системам и распределяли посты и огневые позиции. Адвокат проводил Ломтева в предназначенную ему гостевую спальню, объяснил, как вызвать прислугу, и поинтересовался, не нужно ли Ломтеву еще чего-нибудь.
– Устройство для выхода в сеть, – сказал Ломтев. – Хочу почитать кое-чего.
– Гостевые не оборудованы стационарными компьютерами, – сказал Танеев. – Возьмите мой планшет. Знаете, как пользоваться?
– В общих чертах.
– Приложите большой палец к сканеру отпечатка, – сказал Танеев. – Войдете сразу во все свои профили.
– А как насчет анонимайзеров? – поинтересовался Ломтев. – Прокси?
– Как ваш адвокат, я сделаю вид, что я этого не слышал, – сказал Танеев. – Киберпреступления находятся в юрисдикции СИБ и караются быстро, жестоко и по упрощенному протоколу.
– Который, зачастую, составляется задним числом? – уточнил Ломтев.
– Вам сейчас надо думать не об этом, – сказал Танеев, но планшет все-таки оставил.
Ломтев, прямо как был, в халате и домашних туфлях, в которых его забрали из приюта, завалился на кровать и активировал устройство.
Очередное ЧП случилось уже утром, и оно было настолько стихийным и неотвратимым, что с ним ничего не смогли бы поделать ни СИБ, ни «путилинцы», ни Танеев с Крестовским, и даже по поводу истинного начальства Крестовского возникали сомнения.
Ломтем проснулся около одиннадцати – в конце концов, торопится ему было особенно некуда, и лежал под одеялом, размышляя, стоит ли ему вызвать прислугу, чтобы заказать кофе, или лучше прогуляться до кухни самостоятельно, когда в дверь коротко постучали. Не дожидаясь разрешения войти, на пороге возник взволнованный хозяин особняка.
– Вставайте, князь, – сказал он. – Его императорское величество решил удостоить нас своим визитом.
– Когда? – поинтересовался Ломтев.
Вместо ответа Танеев подошел к окну и раздернул занавески. На аккуратно подстриженную лужайку перед домом заходил на посадку вертолет с начертанной на его борту золотой единицей.