Сам себя удивил

Говорили, что берсеркеры могут, если в этом есть необходимость, принимать даже привлекательный вид. Но здесь не было такой необходимости. Летящий через миллионнозвездное молчание берсеркер был массивным, темным и чисто функциональным c виду. Это был разрушитель планет, направляющийся к миру, называемому Корлано, где он собирался превратить города в булыжник — уничтожить все живое. Он мог сделать это без особого труда. Не требовалось ни коварства, ни вероломства, ни уверенности в ошибочности жизни. Он имел задание, он имел оружие. Он никогда не удивлялся, почему все

должно быть именно так. Он никогда не запрашивал указаний. Он никогда не считал себя, хотя это могло бы быть, формой жизни, хотя бы и искусственной. Это была машина-убийца, и если верность цели может рассматриваться как добродетель, в этом смысле он был добродетельным.

Его датчики сканировали пространство далеко вперед, хотя в этом не было необходимости. Он знал, что на Корлано нет серьезной защиты. Он не предвидел каких-либо трудностей.

Кто решится надеть цепь на льва?

Он вышел на курс к Корлано и привел все системы вооружения в полную готовность.

Вайд Келман почувствовал беспокойство, как только открыл глаза. Он перевел свой взгляд на Мак-Фарланда и Дорфи.

— Вы позволили мне спать, когда преследовали этот утиль, подбирались к нему, зацепляли его? Вы понимаете, сколько времени потеряно?

— Тебе был нужен отдых, — ответил маленький темный мужчина — Дорфи, глядя в сторону.

— Черт побери! Вы знали, что я скажу нет!

— Это может иметь какую-то цену, Вайд, — заметил Мак-Фарланд.

— Это контрабандный рейс, а не сбор утильсырья. Важно время.

— Ну, что есть, то есть, — ответил Мак-Фарланд. — Нет смысла спорить о том, что сделано.

Вайд сдержал резкость. Он мог вести себя только таким образом. Он не был капитаном в обычном смысле слова. Все трое на равных участвовали в этом деле — равные вклады, равный риск. Но он знал, как управлять их маленьким кораблем лучше, чем каждый из них. Это и их уважение к нему восстанавливало рефлекс подчинения как в хорошие, так и в неудачные дни. Если бы они его разбудили и проголосовали за эту операцию, он был бы, очевидно, против. Однако он знал, что они позаботились бы о нем в случае крайней необходимости.

Он резко кивнул.

— Ну ладно, у нас это есть. И что бы это могло быть?

— Черт меня побери, если я знаю, Вайд, — ответил Мак-Фарланд, коренастый светловолосый мужчина со светлыми глазами и искривленным ртом. Он смотрел через шлюз внутрь наскоро сцепленного устройства. — Когда мы засекли его, я думал, что это пассажирский корабль. Он как раз подходящих размеров.

— И?

— Мы просигналили, но ответа не было.

— Ты хочешь сказать, что нарушил молчание в эфире ради этого куска утиля?

— Если бы это был пассажирский корабль, на борту могли быть люди, терпящие бедствие.

— Не похоже, чтобы слишком окровавленные, судя по его состоянию. Хорошо, — вздохнул он. — Ты прав. Продолжай.

— Не было никаких признаков электрической активности.

— Поэтому вы и охотились за ним?

Дорфи кивнул.

— Похоже, что так.

— Итак, он полон сокровищ?

— Я не знаю, чем он полон. Хотя ясно,

что это не пассажирский корабль.

— Да уж, я это вижу.

Вайд вглядывался в темноту открытого шлюза. Он взял фонарь у Дорфи, прошел вперед и провел лучом по сторонам. Среди странного оборудования не было помещений для пассажиров.

— Давайте выкинем его, — сказал он. — Я не знаю, что там за чепуха внутри, но ясно, что она повреждена. Я сомневаюсь, что эту дрянь стоит тащить куда-либо.

— Держу пари, что профессор могла бы разгадать это, — сказал Дорфи.

— Оставь бедную леди в покое. В конце концов, она пассажир, а не член команды. В конце концов, что ей до этой штуки?

— Предположим, только предположим — что это ценное оборудование. Скажем, что-нибудь экспериментальное. Кто-нибудь может захотеть купить это.

— А предположим, что это замечательная бомба?

Дорфи отпрянул от люка.

— Я никогда не думал об этом.

— Я сказал первое, что пришло в голову.

— Даже не посмотрев получше?

— Да. Я даже не думаю, что ты смог бы выжать что-нибудь из этого.

— Я? Да ты знаешь намного больше о машинах, чем любой из нас.

— Именно поэтому вы разбудили меня, да?

— Ну, раз ты сейчас здесь…

Вайд вздохнул. Затем медленно кивнул.

— Это может быть сумасшедшим и рискованным и совершенно бесполезным.

Он посмотрел на экзотическое оборудование внутри.

— Передай мне этот чертов фонарь.

Он взял фонарь и направил свет через люк.

— Давление держится нормально?

— Ага. Мы налепили заплату на дыру в его корпусе.

— Ну ладно, черт побери.

Он прошел через люк, опустился на колени, наклонился вперед. Он держал свет перед собой, поводя им из стороны в сторону. Его беспокойство не проходило. Было что-то очень чуждое во всех этих кубах и выпуклостях, в их соединении… И эта ниша…

Он потянулся и постучал по корпусу. Чужой.

— У меня такое чувство, что он не из нашей системы, — сказал он.

Он вошел в небольшое открытое пространство перед ним. Затем был вынужден наклонить голову и двигаться на четвереньках. Он начал ощупывать все, что попадалось под руки — переключатели, провода, небольшие устройства неизвестного назначения. Почти все казалось предназначенным для поворотов, вращения, движения вдоль траектории. В конце-концов он лег и пополз вперед.

— Я полагаю, большинство из этих устройств-оружие, — сообщил он после того, как некоторое время знакомился с ними.

Он достиг большой ниши. Панель частично открылась, когда он прошелся пальцами по ее поверхности. Он нажал посильнее и она открылась больше.

— Проклятье! — сказал он, так как устройство начало нежно тикать.

— Что-нибудь не в порядке? — позвал его Дорфи.

— Ты! — сказал он, начиная отодвигаться. — И твой товарищ! Вы не в порядке!

Он повернулся так быстро, как смог и проделал весь путь обратно.

— Выкинь его! Немедленно!

Тут он увидел Джуну, стройную женщину в сером и палевом, стоящую прислонившись к переборке с чашкой чая в руках.