Саманта
Шрифт:
— Не надо, Рем, — покачала головой Саманта. — Я должна подумать.
— Думать тут не о чем. Считай, что мы помолвлены. Позволь мне поговорить с твоим братом.
— Нет. Не теперь. — Одинокая слеза скатилась по щеке Саманты. — В данных обстоятельствах я не готова к разговору с Дрэйком.
Где-то поблизости от того места, где стоял экипаж, хлопнула дверь. Саманта встревоженно оглянулась:
— Мне надо идти.
Ремингтон чувствовал полную душевную опустошенность.
— Дорогая, давай встретимся сегодня вечером.
В голосе Ремингтона было столько нежности, что Саманта замедлила шаг, ощутив в горле комок, который она никак не могла проглотить. Она не ошиблась в нем! Его любовь к ней сквозила во всем: в его взглядах, жестах, голосе. Она, несомненно, разузнает, что в его прошлом мешает ему в полной мере быть нежным и любить ее самозабвенно. Она одержит победу над всем, что мешает ей быть счастливой. Потому что ей известно нечто, чего не знает Ремингтон.
Возможно, он и не подозревает, как сильно ее любит.
— В пять пополудни я буду ждать вас, — взяв себя в руки, мягко сказала Саманта. И после этого она почувствовала себя еще в большей степени женщиной, чем когда покидала дом Ремингтона.
— Итак, ты собственными ушами слышал, что Саммерсон сказал, что будет следить за Самантой? — спросил Бойд.
— Да. — Ремингтон нервно мерил комнату тяжелыми шагами. — Совершенно ясно, что Саммерсона и Андерса связывают какие-то темные делишки и что Саманта является для них в некотором смысле угрозой.
— «Атлантис», — протянул Бойд. — Звучит как название корабля.
— Похоже, ты прав, — резко остановился Рем.
— Тебе в голову пришла та же мысль, что и мне, — сказал Бойд. — Что именно Саммерсон и Андерс являются теми негодяями, которые виновны в гибели кораблей и людей.
— Или ответственны, или работают на людей, которые это задумали. Я склоняюсь ко второй версии, во всяком случае в отношении Андерса. Один он был бы не в состоянии разработать и воплотить в жизнь столь тонко задуманное злодеяние. Я недостаточно хорошо знаю Саммерсона, чтобы судить о нем. Однако работают они в одиночку или на кого-то, начинать нужно с них.
— Страховые суммы, — многозначительно произнес Бойд.
— Вот именно, — подтвердил Ремингтон. — Наши люди с Боу-стрит проверили все счета Андерса и Саммерсона. Придраться не к чему.
— Андерс шептал Саммерсону что-то насчет проверок. А это говорит о том, что документы могут быть поддельными.
— Все правильно, — согласился с предположением друга Ремингтон, — но в нашей теории возникла явная дыра: в том списке, который нам дал Бриггс, нет корабля «Атлантис».
— Это может говорить о том, что в министерстве нет сведений об этом судне, о том, что это судно не затонуло, или о том… что оно еще не построено.
— Как, ты думаешь, мы должны действовать? У нас никаких
— Во-первых, я бы обратился к Бриггсу с просьбой проверить, не значится ли в реестре кораблей судно «Атлантис», если значится, кто его владелец, где оно было построено и где находится сейчас. Пока Бриггс поднимает все документы по «Атлантису», мы с тобой займемся Андерсом и Саммерсоном и выясним, кто скрывается за ними, чем они занимаются и почему вынуждены назначать деловые свидания по ночам в саду. — Ремингтон залпом опрокинул в рот кофе из крохотной чашечки. — Если они не позволяют сунуть нос в свою деловую жизнь, давай поинтересуемся их личной жизнью.
— Следует ли мне привлечь к этому Тэмплара и Хэрриса?
— Неплохая мысль. Пусть потрудятся. Что касается меня, то я займусь безопасностью Саманты. Ни одному человеку не удастся причинить ей вред.
Чуткое ухо Бойда уловило беспокойство в тоне Ремингтона.
— Неужели ты связываешь ухаживания Андерса с его незаконной деятельностью? Неужели ты полагаешь, что он хочет стать близким Саманте человеком, чтобы ему легче было выуживать из нее сведения, касающиеся деятельности фирмы, которую возглавляет ее брат?
— Думаю, его интерес к Саманте был изначально вызван именно этими обстоятельствами. Однако… я видел, как жадно он смотрит на нее. Можешь мне поверить, это не имеет ничего общего с судостроением. Я полагаю, что он действительно хочет извлечь максимальную пользу от знакомства с сестрой известного судовладельца, но у него есть и явный личный интерес к Саманте.
— Что, ты полагаешь, я должен открыть Тэмплару и Хэррису?
— Просто назначь им встречу у Энни. Сегодня ночью. К этому времени я набросаю план наших дальнейших действий.
— Хорошо, — согласился Бойд. — А теперь не хочешь ли поговорить о том, что действительно для тебя важно?
— Не хотелось бы мне причинить ей боль, — резко повернувшись к другу, сознался Ремингтон.
Бойд не сомневался, что речь идет о Саманте.
— Почему ты предполагаешь, что заставишь ее страдать?
— Ты лучше других знаешь, что чувства мои неглубоки и недолговечны. Я не могу подарить ей ту любовь, о которой она мечтает.
— Весьма затруднительное положение, — ухмыльнулся Бойд. — И как же ты собираешься из него выходить?
— Я намерен нанести визит герцогу Аллонширскому и просить у него руки сестры. После этого я сделаю все возможное, чтобы Саманта никогда не пожалела, что стала моей женой. А теперь поговорим о тебе. Как прошел твой вечер с Синтией?
— Саманта очень верно описала Синтию. Стену, которую эта женщина возвела вокруг себя, разрушить очень трудно. Поверишь ли, я потратил час времени, чтобы уговорить ее впустить меня в дом. Смиттерз позволил нам побеседовать в гостиной, если уж хозяйка Синтии уехала развлекаться на весь вечер.