Самба
Шрифт:
— Змеюка, а ну отползи от милорда!
— Юто, она запрещает мне учится, нано.
— Химари, не отвлекайся. Сдашь экзамены Айкава-сенсей, тогда и будем заниматься вместе.
— Бе-е.
— Моя лоли, хватит ей свой длинный язык показывать.
— Ксо! Ня-уе… (блин…) — девушка пронзила учебник в своих руках пылающим взглядом. — Если бы тебя можно было победить в честной схватке!
По правде говоря, я был солидарен с Багровым клинком, но показывать ей дурной пример никак нельзя. Никогда не был ботаником, но сейчас от этих знаний может зависеть не просто мое благосостояние, а моя жизнь или жизнь моих близких.
— А, ня-уе! (блин!) — высказал я. Химари была слишком увлечена учебником, поэтому не заметила моей попытки скопировать одно из ее любимых выражений. — Генри!
— Да, сэр? — появился из воздуха книжный дух.
— Сможешь срастить страницу?
— Да, это займет не более минуты.
Постепенно и к Химари все привыкли. Вела себя Багровый клинок на людях сдержанно, изображая преданного вассала. За исключением некоторых случаев моего общения… с противоположным полом. Девушки пугались неожиданно появившейся темной кошачьей ауры рядом и спешили покинуть меня. Только Мейко и Аяко нэко хоть как-то терпела. За Минами и сестрами Кавахару следила, будто они мои самые страшные враги. Самое удивительное, что и к Седзо-сан бакэнэко относилась более чем прохладно. Неужто и в "ледяной королеве" усмотрела конкурентку?
Я же хоть и пытался оказывать знаки внимания разным девушкам, но мысли мои постоянно возвращались к Химари. Это словно наваждение какое-то. Ну ладно, если не принимать во внимание ее выходку с Чеширом, я был бы не прочь начать отношения. По правде говоря, я давно уже склонялся к мысли, что хозяин Подмирья что-то сделал с бакэнэко — слишком сильно ее поведение изменилось. Нет, не так. Я хотел бы поступать сам, без влияния извне. То есть, если бы "выбора" не было, но я бы все равно влюбился в нее — что ж, так тому и быть. Сейчас же я хотел освободиться от магических псевдо-чувств. После Седзо-сан я подошел к пожилому сенсею, который вел у нас защиту сознания. Вредный старикашка, который не особо ко мне благосклонен, однако в псимантии весьма искусен. Учитель удивился моей просьбе и задумался:
— Думаю, это возможно, Амакава-кун. То, что ты сам желаешь избавиться от "выбора" очень поможет при лечении.
— Вот как.
— Я вижу, ты еще сомневаешься. Приходи ко мне, когда определишься.
— Да, спасибо, сенсей.
Молодой парень в невзрачной осенней куртке решительно толкнул калитку, ведущую во двор частного дома в пригороде Токио. Лужайка заросла высоким бурьяном, забор покосился, а в одном месте так и вовсе зияла дыра. Юноша поправил кепку и прошествовал по единственной тропинке. Заколоченные окна, грязь, запустение — жилище Вакамацу знавало не лучшие времена. Гость хотел было постучать во входную дверь, но она оказалась не заперта.
— Эй, я вхожу.
Парень толкнул дверь и прошел внутрь.
— Тьфу, что за вонь?! — воскликнул вошедший, достал из кармана платок и прижал ко рту. — Вакамацу, ты тут?
— Да-да! Дорогие клиенты, сейчас я поднимусь! — послышалось откуда-то со стороны и снизу.
Вскоре из-за двери, ведущей в подвал, показалась неряшливая физиономия с припухшими
— О-я, кто ко мне пожаловал? Ходжо-кохай? — молодой человек вытянул свой длинный язык и провел по руке от начала ладони до кончиков пальцев, после чего пригладил слюной назад свои волосы и расплылся в мерзкой улыбке. — Для меня честь принимать в своем доме представителя великого клана.
— Мы пока не являемся великими, — поиграл желвакам Гарудо. — И я тебе больше не кохай. Тебя исключили из школы, ты не более чем мусор.
— Ху-ху, но тебе ведь что-то надо от такого мусора?
— Ты прав. Прошел слух, что ты можешь незаметно провести людей на территорию школы. Это правда?
— Да-да! Я сделал себе запасной ход на всякий случай.
— Тогда у тебя есть возможность подзаработать.
— Что есть деньги? Всего лишь бумажки, ху-ху. Я хочу участвовать в той операции, что вы задумали.
Гарудо удивленно приподнял бровь, не забывая прикрывать нос и рот платком. Вакамацу совсем не походил на адекватного помощника.
— Зачем тебе это?
— Скажем так, у меня остались кое-какие счеты к Оммедзи Гакуэн.
— В первую очередь задание, уже потом личные дела.
— Конечно-конечно. Не извольте беспокоиться, Ходжо-сама.
От елейной улыбки бывшего ученика Оммедзи Гакуэн тянуло блевать. Ужасная вонь не добавляла ему привлекательности. Но Гарудо вынужден был признать, что охранные барьеры школы им не по зубам. Да и в любом случае за Вакамацу присмотрят его люди.
— Хорошо. Надеюсь, ты понимаешь, что о моем визите ты должен будешь забыть?
— Разумеется, ху-ху. Стирайте память, раз так хотите. Меры предосторожности никогда не бывают излишними.
— Откуда эта чертова вонь?!
— О, не обращайте внимания. В холодильнике кое-что испортилось. Ху-ху-ху!
Обговорив детали, Ходжо Гарудо поспешил покинуть жилище исключенного ученика, не в силах более находиться здесь. Уж лучше дальнейшую притирку с командой проводить на своей территории. Вакамацу же подождал немного, думая о предстоящем с кривой ухмылкой. Далее молодой человек прошел на кухню и открыл дверцу холодильника. С верхней полки он вытащил отрубленную по локоть человеческую руку в черных гниющих разводах. Тщательно обнюхал:
— Восхитительно! Что бы вы понимали в запахах.
Раскрыв челюсть, Вакамацу обнажил мощные заостренные желтые зубы и разом отхватил солидный кусок мяса. Во все стороны брызнула отвратительная темная субстанция. Прожевав кусок, парень в халате положил закуску обратно в холодильник и утер рот рукавом.
— Амакава, значит. Это должно быть интересно.
На выходных подвели первые итоги поисковых мероприятий в Ноихаре. Кротами было найдено около полукилограмма лунного железа и сто пятьдесят грамм меди. Обнаружено два накопителя в начальной стадии развития. То есть, смысла изымать их сейчас рано, вот через несколько лет можно попробовать. Саса споро обработал руду и сразу принялся за доработку Хаганэ. Одноногий кузнец планировал сделать каноничный вакидзаси длиной в два сяку или около шестидесяти сантиметров. Длинную катану мне лично не хотелось — привык к относительно компактному клинку.