Самец причесанный
Шрифт:
— Господин?
Он повернул голову.
— Ты сердишься на меня?
Игрр пожал плечами. Слава Богине-воительнице!
— Я сказала, что ты делишь со мной ложе.
Его брови скользнули вверх.
— Иначе Амага потребует тебя себе, — добавила я. — Думаю, ты этого не хочешь.
Он усмехнулся.
— Мне нужно спать в твоей палатке.
Игрр задумался. Я застыла, не зная, как он отреагирует. По пути к Малакке мы ночевали на постоялых дворах, пришлый спал в комнате один, меня отправляли к служанкам. «Кошке» не к лицу делить комнату с какой-то квартой. Палатка у меня есть, но она совсем
— Обещаешь не приставать?
Я закрутила головой: как можно?
— Тогда спи!
— Благодарю, господин!
Игрр улыбнулся. Богиня-воительница, какой он необыкновенный! В Малакке есть мужчины, у нас даже лупанарий имеется, но те пришлые недостойны снять с Игрра обувь. Они капризные и изнеженные, а Игрр — воин, отважный и добрый. Какая славная будет от него дочь! Мне пора об этом подумать. Может, удастся уговорить? Если б не сармы, попросила бы — он сам предлагал награду. Теперь буду ждать случая.
К месту ночлега вышли к сумеркам. В неглубоком овраге протекал ручей, по склонам росли кусты. Близ оврага разбили стан. Мы умылись, я сбегала в кусты. По нужде, а также — за ветками и хворостом. Я натащила сушняка, нарезала колышков, после чего натянула палатку. Игрр развел костер, укрепил над ним железную треногу с котелком. Когда вода вскипела, бросил в нее крупы и мелко нарезанного копченого сала. Каша забулькала, распространяя вкусный запах. Сев у огня, мы принялись ждать. Время от времени Игрр помешивал в котелке ложкой. В этот миг и заявилась Амага.
— Готовишь пищу? — удивилась она. Почему не самка? — сарма указала на меня.
— У меня получается лучше, — пояснил Игрр.
— Хочу попробовать! — заявила Амага.
— Тогда умойся! — потребовал Игрр. — У нас принято есть чистыми.
Амага фыркнула, но сбегала к ручью. Вернулась с потеками грязи на щеках. По всему видать, поплескала на них водой — тем и ограничилась. Игрр покосился, но промолчал. Подобрав щепку, оставшуюся от изготовления колышков, принялся строгать. Я догадалась зачем. Ложек у нас всего две. Я могла подождать, пока они поедят, но Игрр этого не захотел. Когда каша поспела, навалил горку в бронзовую миску и вместе с ложкой подал сарме. Котелок поставил меж нами и взял выструганную лопатку.
— Господин! — удивилась я. — Бери ложку.
— Обойдусь! — отмахнулся он.
Мы проголодались, поэтому набросились на еду. Дули на горячую кашу, глотали и немедленно запивали разбавленным вином. Игрр и Амаге его налил. Вот это зря — вина у нас мало. Если поить всяких сарм, надолго не хватит. Амага приняла подношение как должное. Глотнув из кубка, громко зачавкала. Свинья вонючая!
Готовит Игрр замечательно, каша кончилась быстро. Порции маленькие — мы не рассчитывали на сарму. Амага, опорожнив миску, сыто рыгнула и облизала ложку.
— Впредь буду есть с вами! — «обрадовала» нас. Ну, вот: теперь и крупа кончится!
Амага встала и важно удалилась. Хорошо хоть ложку не унесла. С нее бы сталось! Сарма…
Я сбегала к ручью, помыла посуду и принесла котелок воды. Водрузив его над углями, подогрела. Игрр почистил зубы, затем, сняв сапоги, омыл ноги. Он делает это каждый вечер. Я хотела помочь, но он запретил. Не позволяет сделать такую малость! Точно на меня сердит!
Мы заползли в палатку
— Спи, девочка! — вздохнул он и погладил меня по голове. Слезы брызнули из моих глаз. Он не сердится! Я придвинулась и прижалась к нему боком. Как хорошо! Теперь до Балгаса будем так спать. Может, неплохо, что нам встретились сармы?..
Глава 2
Флавия, принцепс. Торжествующая
Я вошла в зал и, стараясь ступать степенно, проследовала к креслу в центре зала. Сенат встретил мое появление недовольным гулом. Я села и обвела глазами собравшихся. Встревожены, переглядываются. Неудивительно: на площади выстроилась центурия претория, усиленная охрана стоит на ступенях и у дверей курии. У Марцеллы глаза бегают — чувствует, тварь! Мания и Клавдия спокойны — не подозревают. Северина в своем кресле трибуна застыла, не сводя с меня взгляда. За нее можно не беспокоиться — поддержит.
— Достопочтенный сенат! — начала я, и гул в курии стих. — Рада приветствовать вас в полном собрании. Заседание открыто. Слово сенатору и проконсулу Лауре Сертории.
Наставница встала и прокашлялась.
— У меня чрезвычайное сообщение. Семь дней назад на принцепса Ромы совершено покушение. — Она обвела трибуны взглядом. Ответом ей была тишина. — К счастью, неудачное. Убийце удалось проникнуть в спальню принцепса…
— Злоумышленник в Палатине? — перебила Марцелла. — Там, где преторианок больше, чем нол при раздаче хлеба?
— Я понимаю твой скепсис, сенатор, — усмехнулась Лаура. — Наверняка считаешь, что мы придумали эту историю, дабы укрепить свою власть. Я предусмотрела это. Стража! Пригласите декана!
В распахнутую дверь курии вошла преторианка.
— Назовись! — велела Лаура.
— Лиона Лепид по прозвищу Пугио, декан третьего контуберния, второй центурии когорты претория.
— Расскажи, как было дело!
— Той ночью я стояла у покоев принцепса. Внезапно за дверью послышались крики. Заподозрив неладное, я стала стучать. Не сразу, но дверь отворилась. За ней оказалась принцепс, полуодетая, в одной тунике. Указав рукой в сторону спальни, она сказала: «Там!..» Я побежала и увидела, что мой подчиненный Игрр сражается с какой-то треспартой. Было темно, и я не сразу узнала ее…
— Что делал мужчина в спальне принцепса? — перебила Марцелла.
Я вцепилась в подлокотники кресла. Жаба! Ты у меня попомнишь! Лаура бросила мне предостерегающий взгляд.
— Я отвечу на твой вопрос, сенатор, — сказала она спокойно. — Пришлый по имени Игрр охранял черный ход в покои. Он знаком с Флавией, поскольку делал ей массаж, как и многим из здесь присутствующих. Вам известно, что жена Игрра, декурион «диких кошек» Виталия Руф, попала в плен к сармам, а его самого пытались убить, подстроив ссору с присутствующей здесь Пугио. Вы были свидетелями их поединка. Игрр, став преторианцем, искал встречи с принцепсом, чтобы просить помощи для жены. Такая возможность выдалась лишь при охране Палатина. Вот почему он оказался в спальне Флавии. У Игрра нет особых отношений с принцепсом, ты ведь это подразумевала, сенатор? В спальне Игрр находился в доспехах и при оружии. Будь иначе, он не смог бы противостоять убийце.