Самое надежное
Шрифт:
Вернувшись в отель к часу дня, чтобы принять душ и переодеться, он вошел в лифт, где находились мужчина и женщина, одетые в шорты и полосатые майки. Им было лет по сорок - сорок пять. Мужчина был лысоват, у него был выпирающий живот, одутловатые щеки, маленькие глазки. Женщина была чем-то на него похожа. Она также не могла похвастать своей фигурой - о талии, очевидно, забыла уже лет десять назад. Неприязненно взглянув на вошедшего, она повернулась к мужчине.
– Ты слышал, что говорил Берндт? Они еще ничего не решили.
– Значит,
– Когда у нас самолет? - спросила женщина.
– В пять, - ответил мужчина, обливаясь потом. - Аэропорт в получасе езды. Нужно взять с собой теплые вещи. По вечерам на острове бывает прохладно.
Они говорили на одном из славянских языков. Дронго прислушался. Существует несколько основных языков, зная которые, можно понимать и два десятка похожих: владея русским языком - большинство славянских, изучив турецкий - тюркские языки, зная итальянский - испанский.
Сначала Дронго решил, что они говорят на болгарском. Но затем понял, что на сербохорватском. Он уловил, о чем они говорили. А когда мужчина упомянул фамилию "Хаузер", Дронго невольно прислушался.
– Ты так говоришь, как будто уже бывал на их острове, - пробормотала женщина.
– Я там не был, - спокойно парировал мужчина, - а ты напрасно так нервничаешь. Мы работали с Джерри, когда она была у нас в Белграде. И это была только работа. Ничего больше. Ты ведь все прекрасно понимаешь.
– А ты не понимаешь, Митар, что мне не очень приятно ехать на этот остров? - разозлилась женщина. - И еще этот лорд будет там. Ты ведь знаешь, как он нас ненавидит.
В этот момент лифт остановился и они вышли. "Очевидно, они также приглашены на сегодняшний ужин", - подумал Дронго. Поднявшись в номер, он принял душ и заказал себе "спагетти болонезе", чтобы не оставаться голодным до вечера. Вспомнив о незнакомцах в кабине лифта, он позвонил портье и, назвав свой номер, попросил уточнить, где именно живут гости из Югославии. Через минуту он уже знал, что Митар и Плема Порубович приехали из Белграда и остановились в отеле "Гранд Британия" на три дня. Конечно, портье не сообщил, кем работает и чем занимается Митар Порубович, - такую информацию обычно не давали.
Ровно в три часа дня раздался звонок. Портье любезно сообщил, что в холле отеля гостя ждет французский консул Морис Леру. Захватив сумку с вещами, Дронго спустился вниз. На нем был легкий светлый костюм и рубашка без галстука: костюм - от Валентино, рубашка - от Ива Сен-Лорана. Он не был пижоном, но придавал одежде большое значение, понимая, как важно выглядеть элегантным в любом обществе. Кроме того, у него была слава самого элегантного мужчины Европы. Казалось, весь мир знал, что он использует парфюм "Фаренгейт", носит костюмы от Валентино, а обувь и ремни уже много лет покупает только фирмы "Балли".
Француз оказался высоким, долговязым субъектом с дергающимся лицом, длинными
Когда они сели в автомобиль Мориса Леру, Дронго обратил внимание на то, как профессионально управлял машиной французский консул.
– Вы хорошо водите машину, - одобрительно сказал он.
– Да, - улыбнулся француз, - у меня была неплохая подготовка. Я рос слабым, хилым, а мой отец считал, что настоящий мужчина должен пройти через армию. Это было в шестидесятые годы, когда у власти стоял Шарль де Голль. И меня отправили служить в десантные войска. Там я научился нескольким полезным вещам: пить, не пьянея, хорошо водить машину, отлично стрелять и даже - драться.
– Вы прошли настоящую школу выживания, - улыбнулся Дронго.
– Да, - кивнул Леру, - и мне это очень помогло в жизни. Но сейчас мне уже за пятьдесят, а в таком возрасте человек обычно обретает некое спокойствие.
– Не говорите так, а буду бояться предстоящего пятидесятилетия, пошутил Дронго.
– Вы еще молодой человек, - мягко возразил Леру. - Вам ведь сорок? А мне уже пятьдесят шесть. Но должен сказать, что для своего возраста вы сделали удивительно много.
– Это сплетни, которые любят распространять обо мне люди, - сказал Дронго. - Обычно я только помогаю следователям постичь некоторые совсем несложные истины.
– Конечно, - кивнул Леру, - но как здорово, что вы можете делать это. Хороший детектив - всегда как сложная шахматная задача, этюд, если хотите, где за несколько ходов нужно добиться полной победы. Как красота этюда зависит от шахматного композитора, так и успех расследования зависит от специалиста, ведущего это расследование.
– Не знаю, насколько правомерно это сравнение, - возразил Дронго. - За каждым таким этюдом стоят человеческие судьбы, а для меня ценность жизни каждого человека абсолютно приоритетна.
– Лорд Столлер очень обрадовался, когда я сообщил ему о вашем согласии. Джерри сама позвонила мне и тоже сказала, что очень довольна. Они все ужасно хотят с вами познакомиться.
– Скажите, мистер Леру, кто еще приглашен на виллу братьев Хаузеров, кроме нас и лорда Столлера? - спросил Дронго.
– Больше никого, - ответил консул. - А почему вы спрашиваете?
– В отеле я случайно слышал, как супруги из Югославии говорили, что они собираются лететь на остров к Хаузерам.
– Это, наверно, супруги Порубович, - нахмурился Леру. - Да, они тоже приглашены на остров. Я совсем забыл вас предупредить. Митар Порубович прилетел из Югославии. Вы знаете, какое отношение сейчас к югославским политикам и бизнесменам. Считается дурным тоном принимать их у себя после войны в Косово. Но для Джерри не существует подобных условностей.