Самородок
Шрифт:
– Не торопись. Верни их в лагерь. Там их поломают, будут как шёлковые.
В это время в зал вошла Людмила.
– Познакомься, дядюшка. Это моя жена Людмила.
Герхард посмотрел на женщину, и взгляд его смягчился и зажёгся интересом.
– О, майн гот! Где ты взял такой прекрасный экземпляр женщины?
И он поцеловал ей руку. Людмила улыбнулась. Налила себе чашечку чая и ушла. Её буквально передёрнуло от подобного комплимента.
«Экземпляр! – подумала она. – Я экземпляр! Кобыла на племя. Фу!» Она слышала
– Ты не желаешь сопровождать меня, Герхард? – спросил Отто.
– К сожалению, я не должен показываться на людях.
Он понизил голос. Внимательно огляделся вокруг.
– Врангула занят кухней. А Людмила не будет подслушивать, – сказал Берг.
– Мой визит, я должен тебе это сказать, тайный. Меня перебросили через границу мои друзья. Я не уверен, что переход остался полностью не замеченным пограничниками. Я задержусь у тебя только до вечера.
Берг слегка поёжился. На мгновение ему стало не по себе. Настроение испортилось.
– Герхард, я постараюсь прийти домой скорее.
– Нет, нет, твой распорядок дня не должен меняться. Мы успеем поговорить. До вечера я хорошо отдохну.
Берг направился к дому старателей. Он не решил ещё, что ему делать со своими подопечными. Ему нельзя было их возвращать в лагерь. Они правы. Госбезопасность не дремлет, и любой слух мог положить конец так удачно начавшейся карьере. Друзья могли жить только в согласии с ним. Но и сам Берг крепко зависел от молчания своих подопечных, Михаила и Льва. В этом вопросе надо обязательно получить помощь начальника лагеря. А с друзьями он продолжит начатое сотрудничество.
В забой шли молча. Берг здесь не был давно. Он намеренно давал старателям свободу. Он понимал, работа из-под палки их не вдохновит. А доверие обязывает. Первой он решил осмотреть ранее открытую шахту. Ярко светили фонари на касках. Угольный пласт чётко выделялся по стенам. Так они прошли большую часть пути. Но вот в воздухе стала ощущаться напряжённость, дышать стало труднее. И Берг с испугом спросил:
– Что это такое? Шахта загазована?
– Нет, – ответил Лев, – узкий ствол шахты скоро кончится, мы выйдем в большой подземный зал, и вы поймёте, почему ощущается некоторая напряжённость.
– Нам осталось пройти метров десять, – успокоил Михаил.
Лампы стали светить тускло. Проход сузился и заставил их идти согнувшись.
– Здесь немного надо проползти. Узкое место, – предупредил Лев.
И как-то внезапно появился просторный зал пещеры. Белые стены блестели, как начищенные, и уходили вверх и там терялись в сумерках. Жёлтые полосы металла опоясывали спиралью зал. Свет падал откуда-то сверху узким лучом. Драгоценные камни, которыми были усыпаны стены, очаровывали своим таинственным мерцанием. Берг остановился, замер, заворожённый сказочной красотой. «Вот что они скрывали от меня, – подумал он. – Доверие
Когда он вдоволь налюбовался на стены, его взгляд упал на скелеты. Ржавый клинок всё так же торчал в рёбрах второго сидящего скелета. Берг приблизился к нему. Протянул руку. Рука крепко охватила рукоять, и глаза Берга побелели. Он потерял сознание. Тёмная масса закрыла его. Михаил и Лев замерли. Тишина звенела. И падали капли с потолка, отсчитывая время вечности.
Сколько они простояли, замерев? Кто знает? Может быть, мгновение, может быть, час. Но вот мрак вокруг Берга стал рассеиваться. В его глазах появился блеск. Он поднялся на ноги и сказал:
– Идёмте отсюда. Это не наше место.
Когда они вышли из шахты, солнце сияло, блестел иней и лёд на лужах, лёгкий морозец бодрил и поднимал настроение. И близкая зима уже не пугала.
Близинский уверенно шёл впереди. Они пересекли забой почти по прямой. Вышли к обвалившемуся старому креплению шахты. Берг спросил:
– Самородное золото, которое принесли вчера, нашли здесь?
– Да.
– Постараемся подготовить фронт работы до сильных морозов. Врангула вам принесёт всё, что надо, – сказал Берг.
О чём говорил Берг со старым шаманом, осталось тайной. Он никогда не заводил об этом разговора. Но то, что беседа была и оказала влияние на всё его поведение, было очевидно.
Вечером за ужином Берг разговаривал с дядюшкой. Он был задумчив, молчалив, не проявлял вчерашней радости. Больше слушал, чем говорил.
Герхард возобновил разговор о золоте.
– Я сказал тебе вчера, что очень хорошо, что техника добычи золота примитивна. Тем больше его останется нам, когда мы будем здесь хозяевами.
Отто поднял вопросительно бровь.
– Каким же образом?
– Мой дорогой, я открою тебе величайшую тайну, – Герхард поднял стопку со спиртом и посмотрел на свет её прозрачность. – Во-первых, я слышал, что этим краем очень заинтересовались американцы. Они намерены купить у русских значительный кусок этой холодной земли. Только Сталин вряд ли продаст им, – он сделал значительную паузу. – Во-вторых, через год-полтора начнётся война между великой Германией и советской Россией. И тогда мы, немцы, будем здесь хозяевами.
– Великой Германии никогда не освоить просторов России. – Берг так же посмотрел на свет через свою стопку. Выдохнул воздух и выплеснул её в рот, запил из стакана прозрачной ключевой холодной водой.
– Гений Гитлера может совершить невероятное, – ухмыльнулся Герхард. – Мы подчиним себе весь мир. И начнём это уже через год. За это я сейчас выпью, – Герхард так же постарался мгновенно выплеснуть в рот содержимое стопки. Закашлялся и судорожно схватился за стакан с водой.
– Дядя, спирт надо уметь пить. Я думал, тебе не впервой, а то бы объяснил.