Самозванец
Шрифт:
Лекция по истории магии была невероятно нудной. Профессор Бинс не интересовался, чем занимаются студенты - пусть хоть на стенку лезут, хоть друг друга перекедаврят. Нарцисса почти всю пару доблестно конспектировала, а перед самым звонком (у нее не было часов) начала дурью маяться: вытащила лезвие, придя к выводу, что буквы LМ на запястье уже почти зажили, и вырезала полностью: Lucius, не обращая внимания на боль и капающую кровь - надеясь, что ее любовь вытечет вместе с кровью. Наморщив нос от боли, Нарцисса промакнула порез платком, подумав, что любовь из нее вытечет только
– Совсем помешалась? Он старше на 5 лет, за ним весь Слизерин упадает, нужна ты ему, убогая! Гы, раскатала губу на 17летнего, да еще и богатого...
Нарцисса подняла лезвие:
– Нос отрежу!
– Колдану, - подняла палочку Мелани.
– Я тебя тоже колдану!
– Ты сквибша, у тебя только Люмос получается, и то через раз... Меньше надо о Малфое мечтать на парах, ты нищая шалава!
Нарцисса размахнулась:
– Авада Кедавра!
– Экспеллиармус!
– гаркнул Люциус, подлетая сзади. У Нарциссы и так силенок не хватило на убойную порчу мгновенного действия, на кончике палочки слабо блеснула зеленая искорка, а сама палка совершила перелет из Нарциссиной руки в пальцы Люциуса.
– Обливиате!
– рявкнул он на Мелани и втолкнул ее в гостиную, а сам напал на Нарциссу:
– Дура, за Аваду ж сажают! Скажи спасибо, что я твой двоюродный брат и никому не скажу!
– Она меня обматюкала - я защищалась!
– Немотный сглаз накладывать надо, а не кедаврить каждого встречного-поперечного! Порчу на облысение еще можно, образину оппоненту в изысканно-зелененький цвет трансколорировать, псориазообразный сглаз...
– Я не умею. Научи!
– Делать мне больше нечего - с малышнёй возиться. А чего у тебя рука в крови?
Нарцисса задрала рукав.
LUCIUS
Малфой схватил ее за запястье (Нарцисса густо покраснела) и ткнул палочкой, буркнув заживляющее заклятье. Художественная татуировка затянулась.
– Подрасти сначала!
– сказал он и шагнул в гостиную.
По гостиной блуждала Белла:
– Пацаны, где Рудольф?
– Сегодня у него днюха, они с братом, наверно, в Хогсмите, - ответил Макнейр.
– Я знаю, что днюха, почему меня не позвали, козлы!
– топнула Белла.
– Они думают, я тут на парах, а сами развлекаются!
– Пошли в Хогсмит, я тоже не хочу в праздник на парах сидеть!
– скомандовал Люциус. Трое отнесли сумки с учебниками в свои комнаты и отправились в «Сладкое королевство». Не обнаружив там братьев Лестрангов, Люциус, Белла и Макнейр двинули в другое популярное кафе «Кабанью голову».
Барти, Рабастан и Рудольф моментально выдули бутылек, заедая тортиком. Рабастан направился к барной стойке за второй бутылкой, в это время Рудольф погладил Лжебеллу по ноге, обтянутой колготками в сеточку. Барти подскочил на стуле, а Рудольф ущипнул его за щеку и потянул Лжебеллу к себе на колени.
– Не тяни щупальца, а то копыта протянешь!
– засопротивлялся Барти.
– Че ты сегодня такая
– Не лапай меня, слышал?
Рудольф одарил Лжебеллу изумленным взглядом, Рабастан грохнул на стол еще один бутылек, троица чокнулась и выпила за здоровье, после чего Рудольф ухватил выворачивающегося Барти за запястья и вновь полез целоваться. Бедный Крауч извивался в объятиях Беллиного парня, чуть не плача - ему в кошмарных снах не снилось, что его первый поцелуй будет с пацаном!!! Барти показалось, что Рудольф последний раз чистил зубы два года назад, зато не забывает выкуривать по пачке в день! Рудольф завел Бартины руки себе за спину, а Барти впился зубами ему в губу.
– Белла, больно же!
– обиженно возопил Лестранг, трогая кровоточащую губу, и тут у Лжебеллы из лифчика вывалился флякончик и упал на колени. Рудольф схватил панацею: - А это чего?
– Алкоголичка!
– прихихикнул Рабастан.
– По-моему, коньяк!
Барти начал отчаянно импровизировать:
– А это я тебе подарочек приготовила на день рождения! Возьми, выпей, это зелье «Феликс Фелицис»! Оно удачу приносит.
– Откуда взяла?
– У Снейпа.
Рудольф раскрутил флякончик и нюхнул красную жидкость.
– Ничем не пахнет, - сказал он и продегустировал неведомый экссудат.
– Тьфу ты, гадость!
– А по-моему, вкусно!
– возразил Барти.
Длинные волосы Рудольфа завились, Лестранг со стоном ужаса ухватился за растущую грудь. Барти вскочил, но Рабастан вцепился в него:
– Стой! Что ты с братом моим сделала!
– и не удержался от смеха.
И тут в «Кабанью голову» заявилась настоящая Белла, а за ней - Малфой и Макнейр. Люциус и Уолли захохотали, а Белла, не долго думая, кинулась к двум жертвам оборотного зелья:
– Космы повыдергаю!!!
Она пинком выбила стул из-под Рудольфа. Падая, он вцепился ей в штанину и повалил на пол, зацепив и Рабастана. Началась драка.
– Белла, Белла, стой, - устремился к дерущимся Макнейр. Он собирался их разнять, но сам получил в глаз от Лжебеллы в пропаленной окурком мантии. Лжебелла в миниюбке и на шпильках нырнула под стол и проползла там в направлении выхода, но с той стороны подстерегал Люциус, схватил Барти за руку и вытянул из-под стола.
Примчался трактирщик, обозвал Беллу и Рудольфа «склочными близняшками» и заставил их расставить стулья и убрать со стола.
В это время Слагхорн проводил перекличку на паре по зельеварению:
– Гойл, Крэбб, Нотт, Розье, Руквуд, Скитер, Снейп, Флинт и Эйвери здесь. Блэк, Крауч, Лестранг, Малфой и Макнейр отсутствуют. Где эти лоботрясы?
– Пошли праздновать день рождения Рудольфа, - ответил Гойл.
– Нет, профессор Слагхорн, мы здесь, извините за опоздание!
– ввалился в аудиторию Макнейр. Он нес Беллу Блэк, перекинув ее через плечо. Следом нарисовался пятиклассник Рабастан Лестранг, волоча за обе руки Беллу № 2. Последним прибыл Люциус Малфой, ведя под руку еще одну Беллу - она ковыляла в миниюбке и на шпильках, ей было очень трудно идти.