Самозванец
Шрифт:
– Трясця б тэ...!
– Контратус!
– оборвал его Малфой.
Снейп наложил на Сириуса поносную порчу и обездвиживающий сглаз. Сириус заплакал. Люпин отскочил, зажимая нос, а Рита погналась за ним вручную выбивать ему зуб. Оборотень и анимагша бегали вокруг обездвиженного Сириуса, Люциус и Снейп вертели головами - хотелось бы колдануть Люпина, но трудно прицелиться в бегущую мишень. Вокруг катался Поттер. Вот тут и подоспел Дамблдор:
– Finite Magice...
Сириус Блэк, распространяя зловоние, поспешил в туалет. Дамблдор продолжал выступать:
– Совсем взбесился, Малфой?! Что ты сделал с Джеймсом?
– Удалил
– Устроили мне тут потасовку! Малфой, Скитер, Снейп, как вы могли... Напали на гриффиндорцев!
– Господин директор, вот какая у вас дисциплина в школе, ученики избивают друг друга прямо под окнами...
– проскрипел мистер Крауч, примчавшийся за Дамблдором.
– Вот вы говорите, а сами не знаете, как это - контролировать столько магов! У каждого по волшебной палочке, сглазы знают, и как мне одному их усмирять прикажете?
– завывал Дамблдор.
– Поттера в медпункт помобиликорпусю...
Люпин последовал за директором, а мистер Крауч смотрел на Малфоя с уважением.
– А мы в родной подвал!
– сказал Снейп.
– Поттер оклемается - еще раз на дуэль вызову.
– пообещал Люциус.
– Только меня больше в секунданты не зови!
– сказала Рита.
– Да, - согласился Снейп, - толку от тебя никакого!
– Меня Люпин колданул!
– В следующий раз секундантом будет Барти.
– сказал Люциус.
– А при чем здесь Барти?
– сказал мистер Крауч и, услышав имя сына, увязался за тремя слизеринцами в Хог.
– На квиддиче он на трибуне сидел, и Поттер ему бладжером образинку расквасил, зубы выбил. Барти в медпункте отлеживается.
– сказал Люциус.
– А вы, кстати, кто?
– спросил Снейп.
– Я министр внутренних дел - отец Барти! Приехал разбираться с вашим директором! Вы были там на квиддиче?
– Мы с ним рядом сидели, а Ритка - спортивный комментатор.
– Люциус прищурился на Крауча-старшего, пытаясь представить этого усатого дядю в сером костюме имперящим Барти и заставляющим сыночка биться головой об стенку. Подумав, что ни у кого на лбу не написано: «Я - самодур и семейный тиран», Люциус спросил:
– А вы тоже в Слизерине учились?
– Нет, я - в Гриффиндоре.
– И что вам Дамб сказал?
– спросил Люциус.
– Ничего я от вашего директора не добился! Я не представлял, что тут так все запущено! Безответственный человек ваш директор, нельзя такому доверять детей, это же не педагог! Я намерен подавать официальную жалобу на халатность Дамблдора! Я знаю, что мой сын вообще из медпункта не выходит, часто болеет, простуживается, а теперь он травмировался...
– Говорите, нельзя Дамбу детишек доверять? А вы хотите посмотреть, в каких чудесных условиях мы живем? Вот поэтому наши и болеют, а я зрение испортила. У гриффов общага в башне, а у нас в подвале, без окон, без дверей, душно, затхло, все время с включенным светом живем, потому что солнце к нам не просачивается, - рассказала Рита.
Бартемиус вслед за студентами вступил в полумрак слизеринского подземелья.
– Пароль!
– рявкнул портрет Салазара перед входом в общагу.
– Чистая кровь!
– Пароль уже сменился!
– Кобра!
– предположил Снейп.
– Это вообще позавчерашний был, - отозвался портрет.
– Пустите, сэр, - взмолилась Рита.
– Пароль.
– Достал Салазар!
– Малфой выхватил палочку: - Bypasious Maxima!!!
Портрет рухнул на пол,
– Что это за шум был? А это что за дядя?
– Малфой сегоднячко разбушевался, - пояснил Снейп.
– А я отец Барти!
– Ну здрасте!
– Руквуд с Ноттом тоже представили, как Крауч-старший дома империт наследника.
– Как дуэль, Снейп?
– Мой сосед с утра с левой ноги встал и все вокруг громит, - ответил Снейп.
– Поттер без костей, выломанная дверь, сорванный портрет Салазара...
– А про Потти без костей поподробнее!
– восхитился Руквуд.
– Ну, я не знаю это заклинание, у Люциуса уточни. Он удалил у Джеймса все кости из рук и ног!!!
– Офигеть!
– поразился Нотт.
Бартемиус пробормотал:
– Кости ломают, двери громят, бладжерами мозги выбивают буйные и гнусные стюдентики... А с Дамблдором я уже пообщался... Пользы от вашего директора, как от козла молока... Пойду к Барти, заберу его в Лондон!
И Бартемиус удалился.
– Люциус, - сказала Скитер, - я из-за твоей дуэли очков лишилась... Найди там в траве мои очки, почини и принеси!
– Хорошо.
– А пока не найдешь, будешь водить меня за руку, чтоб я на стены и прохожих не натыкалась...
– Малфой где???
– по слизеринскому подвалу несся Филч с надорванным портретом Салазара в руке. Первый декан Слизерина метался по портрету, бился в треснувшую раму и вопил, что Малфоя надо заавадить.
– Где эта сволочь?
Люциус не навесил на дверь запирающее заклятие, так что Филч ворвался и заорал на него:
– А ну марш чинить мне дверь!!! Ненормальный! Тебя отчислить надо! За буянство и беспредел!
После ремонта двери в слизеринскую общагу Люциус водрузил портрет Салазара, а потом ему назначили дисциплинарное взыскание: Хагрид заставил его сажать новую осинку... Пока Люциус копал, сажал, вбивал колышек, привязывал саженец под руководством Хагрида, раздался хруст - это Хагрид наступил на завалявшиеся там в траве очки Риты. Люциус попробовал применить Репаро, но после ботинка Хагрида никакое Репаро не поможет. Повел Риту в оптику. Из оптики в кафешку. По дороге им повстречался Гарольд Флинт. При виде Люциуса и Риты он насупился и грозовой тучей пронесся мимо. Потом эта пара попалась на глаза Лили Эванс. Лили задохнулась от возмущения и побежала мириться с Поттером.
Глава 2
Дамблдора вызвали в управление образования. Бартемиус обещал: «Я и до Визенгамота дойду!»
– Давайте погадаем - вернется он в Хог или его уволят???
– предложил Руквуд. Он был отличником по предсказаниям. Разложив карты Таро, он распределил роли:
– «Иерофант» - это Дамблдор. Если Иерофанту выпадет Суд - сами понимаете, Визенгамот. Если Колесница выпадет с Иерофантом, то Дамба понизят в должности, если с Иерофантом ляжет Башня, даже засудят. Если Иерофанту выпадет Отшельник - уволят. Если Звезда или Солнце лягут ортогонально с Колесом Фортуны, то наш Иерофант останется директором Хога. А если ему будет Луна, то его уволят, когда мы закончим Хог.