Самый тёмный лес

Вальц Карина

Самым унизительным образом подхватив младшего брата на руки, Угрим взмахнул потрясающими крыльями, оставив за собой легкий ветерок. Вскоре они переместились в темную лесную чащу и оказались на влажной скале. Хитромор с наслаждением вдохнул знакомый хвойный запах, но неожиданно вместо любимого аромата почувствовал что-то еще. Кровь. Смерть. Страдания.

Вместе с Угримом они спустились вниз. С каждым новым шагом Хитромор чувствовал нарастающую слабость во всем теле, голова шла кругом. Это от запаха? Не может такого быть, раньше кровь не вызывала у него подобной реакции. Хитромору нестерпимо хотелось остановиться и повернуть назад, но он не собирался позориться,

потому упрямо двигался вперед.

В темноте ярко выделялась жуткая картина, она и стала пунктом назначения. Человек напротив прекрасной Мальфриды. Головокружение резко усилилось. О, да! Хитромор знал эту лесную деву, и знал куда ближе, чем унылый мозг его неудачника-братца мог вообразить. И такая недогадливость Угрима сейчас как никогда кстати, не хватало еще затевать очередную семейную ссору рядом с мертвой Мальфридой.

– Помнишь ее? – сипло спросил Угрим.

– Ее лицо мне знакомо.

Как и предполагалось, старший братец подвоха не почувствовал. Во-первых, он выглядел зеленым от впечатлений, словно собирался грохнуться в обморок, как вампирская подружка в каждой второй серии. А во-вторых, с чего бы Угриму подозревать ложь, если Хитромор все тридцать лет провел среди людей и далеко от дома? С такого расстояния ни новостей не узнать, ни неприятностей учинить.

К примеру, не соблазнить ненароком невесту Воука, еще одного старшего братца. Невесту, которая прямо сейчас смотрела на мир мертвыми глазами и уже никогда не навестит Хитромора, не прильнет к нему ночью и не будет шептать о любви, пока он молча засыпает. Нет, конечно, нет. У Угрима такое попросту в голове не уложится, его сознание слишком ограничено правильностью и скукой. Он и случай с Остролиной до сих пор не переварил, а тут опять двадцать пять!

И хорошо. Иначе настучал бы отцу, а тому только дай повод выдумать очередное наказание для непослушного сына. Ведь предполагалось, что за время изгнания Хитромор должен обрести неведомую мудрость и измениться. И вряд ли под изменениями подразумевался секретный роман с очередной невестой Воука. Хоть и романом происходящее считала одна Мальфрида, у Хитромора все эмоции такого рода давно уже выветрились. Быть может, всему виной его человеческий вид, хотя правдивый ответ немного другой. И имя ему Остролина. Всегда только она.

– Хозяин леса почувствовал ее смерть, – пояснил Угрим, разглядывая неприятную для глаз картину. – И началась круговерть. Отец полагает, все не закончится миром. Люди ополчатся, звери станут им пиром.

– Как думаешь, что произошло? Человек приковал себя напротив Мальфриды, чтобы задохнуться вместе с ней? – Хитромор с ненавистью покосился на мертвого мужчину отвратительно грубой наружности. Неужели последнее, что видела перед смертью волшебная лесная дева, вот это уродливое морщинистое лицо? Никто не заслуживает подобной смерти.

– Ты лучше разбираешься в людях.

Без сомнений, так оно и было. Правда, за все тридцать лет Хитромор по-настоящему разговаривал только со старухой Марьей, она приходила в его дом, убиралась и иногда готовила еду. В последнее время Марья стала плохо видеть, а глухой она была с самого рождения. Идеальная человеческая собеседница. Кроме Марьи, он ни с кем не общался. А его чары, чуть ли не последнее, что осталось от его настоящей сути лесного принца, позволяли обходиться без слов.

– Конечно, брат, я в них разбираюсь. Люди очень кровожадны и любят играть в престолы. И убивать друг друга на свадьбах. А еще рубить головы почем зря 2 .

Отец прав, они способны устроить пир.

2

Хитромор смотрел «Игру Престолов» дважды.

– Прекрати рассказывать эти ужасы, прошу! – поморщился Угрим. – Не хочу соболезновать тяготам твоего изгнанья, ведь ты как никто иной заслужил наказанье! Избалованный юнец, так тебя называет наш великий всеотец!

– Твое соболезнование станет солью на мою рану, так что обойдемся, брат. Итак, мой вердикт: этот человек убил прекрасную Мальфриду, тем самым задушив и себя. Значит, ровно через тридцать пять лет я могу возвращаться? И будь хорошим старшим братом, отнеси меня обратно…

– Не так быстро. Одного мнения недостаточно.

Вскоре Хитромор понял, о чем речь: издалека послышались шаги, а потом к ним присоединился Нестор. Ужасный позор семьи, свидетельство отцовского загула. Неудивительно, что Нестор вышел таким нескладным: старик по человеческим меркам, носящий лицо прыщавого юнца. Полукровка, одним словом. Как-то так вышло, что братья у Хитромора все получились бракованными. Только Беляна радовала, сестричка ненаглядная.

Словно желая подтвердить свою ущербность, Нестор сходу опроверг гениальную теорию о случившемся и заявил, что сделал это кто-то третий. Связал двоих зачарованной веревкой и оставил умирать. И, возможно, это был не человек, ведь человеку намного труднее найти такие чары и использовать их по назначению.

– С тобой все хорошо? – спросил Нестор, приглядываясь к старшему.

– Не могу здесь больше находиться. Воздух отравлен смертью.

– Ты…

– Разберитесь во всем. Вместе, как велел отец, – с важным видом перебил Угрим и неожиданно добавил: – Убийцей может быть любой. Хоть ведьма, хоть иной делец. Но средь людей я б тоже поискал. Ведь они так любят играть в престолы и рубить друг другу головы на свадьбах готовы.

Нестор нахмурился и собрался было задать вопрос, но Угрим взмахнул крыльями и был таков, оставив за собой лишь легкий ветерок. Нестор покачал головой и принялся названивать другим полукровкам, попутно раздавая ценные указания. Все это звучало нелепо, учитывая его детский голосок. Невероятно, что его кто-то вообще слушался.

– Ты можешь идти домой, – наконец он вспомнил о существовании Хитромора. – Мы сами со всем разберемся. У моих людей немало опыта в подобных делах.

– Я должен участвовать.

– Это еще зачем?

– Отец обещал скостить срок изгнания, – а еще Хитромор не мог взять и раствориться в лесу, как это делал раньше. Человеческий облик, будто мало его визуального уродства, накладывал и другие ограничения. Много, много ограничений. Но было бы совсем жалко признаваться в этом братцу-полукровке.

Нестор помолчал немного и кивнул:

– Хорошо. Я найду, как использовать твои… таланты.

Ха! Не так уж много их осталось.

– Но сначала поговорю с отцом.

– А вот это без меня, – скривился Хитромор.

– Пожалуй, твое присутствие и впрямь будет лишним.

На том и договорились.

Глава 3. Аня

Уже утром у Ани на руках был адрес погибшего мужчины: он обитал в Усть-Вонежме, небольшой деревеньке на берегу Онежского озера. Девушка решила переговорить с родственниками мужчины, пока не поступило иных указаний. Она даже написала об этом Нестору, вдруг он остановит? Но ответа не последовало.