Сандэр. Дилогия
Шрифт:
Гоблины тягу к воровству и грабежам тоже объясняют. Мол, они подлинные непризнанные гении, окутанные шлейфом несправедливого отношения к ним со стороны других рас, оттого у них развивается злость на разумных, и коротышки подстраивают разные гадости. Ежели с ними по-хорошему, то и реакция соответствующая. Вообще они белые и пушистые. То есть коричневые и лысые, но не суть. Они добрые, светлые существа, всегда готовые помочь страждущему. За определённую плату, естественно.
— Ой, Кан-Джай, как мы тебя рады видеть в нашей обители, спаситель наш! — услышал я над собой,
Пропускной пункт своего рода. Темноту разгоняет свечение рассаженных по углам синих грибов, естественных светильников подгорья. Передо мной щетинится кольями решётка с малозаметной приоткрытой калиткой, пропускающая в тесный тёмный коридор. Над решёткой угрожающе нависает огромный валун. Зуб даю, неспроста он здесь. Дёрнет решётку чудом прошедший караул недоброжелатель, и глыба на него свалится.
Ну да, спаситель. Мы с Гвардом повстречали бродячий гоблинский клан в имперском приграничье и спасли от разъярённых кражами крестьян, намеревавшихся наколоть вожака коротышек на вилы и поглядеть, такие ли живучие гоблины, как о них говорят.
Гоблинов пригласили в края Водяных Крыс, выделили им пещеры под жильё, в племя приняли. Взамен они снабжают нас осадными орудиями — баллистами, скорпионами. До катапульт и онагров не дошло, заказа не было. Пещерные гоблины по механизмам и фортификационным сооружениям спецы. У себя дома, в Закатных горах на западной окраине континента, они строят неприступные подземные крепости.
Почти неприступные. Бывает, и сверхукреплённые цитадели берут злобные тёмные эльфы и жадюги-дварфы.
Здешние пещеры, ставшие для них новым домом, коротышки напичкали всевозможными ловушками и сигналками. Выковырять отсюда их практически нереально без группы сильных шаманов. Колдун-одиночка, пусть и сильный, вряд ли справится даже с помощью войска синек.
В планах зверомастера и вождя припахать наших коричневых друзей к производству невиданного в Ксарге оружия — самострелов. Луки синекожие презирают, а вот тяжёлые самострелы им в диковинку, эльфы ими не пользуются из-за тяжеловесности. В далёкой перспективе создание полноценных крепостей на острове и берегах озера с гарнизонами, оснащёнными такими убойными штуками.
— Угу, и я рад себя здесь видеть, — буркнул я, поднимаясь.
Вход стерегли двое гоблинов в мехах до пят. Вооружены короткими копьями и бронзовыми топориками, доставшимися им в наследство от дедов-прадедов, живших в Закатных горах до изгнания клана. Оружие зачарованное, с узорами колдовскими на лезвиях и рукоятях. Против тварей магических, нежити и одержимых создавали.
Караульных клан снабжает самой качественной снарягой, они принимают на себя первый удар при вторжении. А если полезет сюда не живой враг, а лоа? Ему обыкновенное копьё не повредит.
Уши-локаторы в колечках золотых и серебряных серёжек, на предплечьях кожаные наручи в орнаментах. Под скреплёнными в подобие шубы костяными заколками мехами, я уверен, нагрудники из дублёной кожи. Уважают ребятки доспехи.
— Да ладно, мы
— По делу, — ответил я без намёка на радость.
— Да, дел нынче у приозёрников невпроворот, — посерьёзнел старший караула, общающийся со мной. — Учись, Варопай, — толкнул он в плечо напарника, — человек занятой, не то, что ты, ленивая морда. Ему и поболтать с товарищами некогда, весь в заботах. Кстати, — гоблин оглянулся, нет ли кого вблизи пропускного пункта, и снизил громкость до полушёпота, — тебя оружие интересует? Или там зелья на грибной и лишайниковой основе? Могу продать. Дёшево.
Главное правило при общении с гоблинами для неподготовленного разумного: не покупать у них ничего и пресекать все попытки торговли, держа руку на кошельке. У меня кошелька с собой нет, и торговался я с коротышками однажды, поэтому мне коварство подземных ушастиков не грозит.
— Могу в долг дать, — продолжал делать выгодные деловые предложения караульный. — У тебя-то оружие плохонькое, прости за прямоту, смотреть больно. Такой хороший человек, великий охотник, и с копьецом дрянным и топором каменным.
Вооружился я на острове скромно. При мне копьё с кремневым наконечником, топорик метательный и ритуальный костяной кинжал гвардовский. Стальные подарки Анг-Джина оставил в деревне улиточников, переходя к Осам в плен. Дойду до селения и заберу обратно, пока же не резон светить крутой снарягой. Заговорённые копьё и топоры каменные дома, на озере своего часа ждут.
— Спасибо, денег нету совсем, и обменять не на что, — отказался я. — В плен попал недавно, обобрали, чуть к предкам не отправили. Война же нынче с Огненным Жалом, ничего удивительного.
— Спасся-то как? — спросил писклявый младший в карауле.
— Успешно. Охрану перебил и животинку увёл летающую, — получив удовольствие от зрелища округлившихся гоблинских зенок, я договорил: — Лоа старшего. К Гхаз-Багу кто проведёт?
— Кхм, — кашлянул командующий караулом, стараясь скрыть удивление. — Варопай, стереги проход, вернусь скоро. И не спи, морда сонная!
— Не-не-не, куда там спать! — возмутился недоверием молодой коротышка. — Война же, сам слышал.
Караульный отворил шире калитку в решётчатой стене и впустил меня, согнувшегося в три погибели.
— Вперёд иди, — зашёл за мной гоблин. — К стенкам не прислоняйся и на потолок не дави сильно.
Догадываюсь, почему. Ловушек здесь наверняка уйма.
Прямой коридор полого опускался в подземелья. Изменилось за полтора месяца всё. Раньше ход был извилистым, камни попадались под ногами острые, теперь его привели в порядок, очистили, на полу выложили каменными плитами удобную дорожку, стены выровняли. Чтоб не стукнуться о низкий потолок, пришлось нагнуться немного.
В конце стояла земляная стена со входным отверстием метр на метр, перекрытым решёткой из заострённых кольев. Караульный, обойдя меня, отодвинул её при помощи рычага, замаскированного под торчащий из стены корень.