Саоми

Кай Ольга

Видно, старушка не поняла вопроса. Она покачалась, переступила с ноги на ногу и все так же равнодушно смотрела на Ярата. Он решил спросить конкретнее:

— Даен Вонг там или уехал?

— Уехал, уехал…

— А давно?

— Уехал… Уехал вот. Его ищут, а он уехал.

Мой спутник тут же насторожился:

— Кто ищет?

— Ищут… разные люди ищут.

Старушка вздохнула, из-под шерстяной шали, укрывавшей ее дряхлое тело едва ли не до пяток, высунулась рука — малюсенькая, худенькая, одни кости и видно, словно ниточками перевитые

да кое-как прикрытые желтоватой кожей. Эта рука нащупала стену и уперлась в нее — наверное, нелегко было стоять на ослабевших ногах.

Я отступила от двери, но неприятное ощущение не ушло. Напротив — теперь, когда меня не скрывала сухая паутина винограда, оплетавшего крыльцо, казалось, будто множество злых глаз смотрит на меня, такую пугающе заметную на фоне голого сада, запорошенного снегом.

Наконец не выдержал и Ярат — быстро поблагодарил старушку и, пятясь, спустился с крыльца. Облегченно вздохнул, словно скинул с плеч тяжелый мешок. Я почувствовала себя немного уверенней, когда он оказался рядом.

— Что, Инга? — спросил Ярат, и я призналась:

— Тревожно как-то.

Бояться вроде было нечего, но что-то внутри сжималось и холодило душу.

— Говорит, искали его, — пробормотал Ярат. — Зайдем к кому-нибудь еще, спросим.

— Нет! — быстро возразила я. — Не надо. Пойдем отсюда!..

Ярат нагнулся, удивленно заглянул мне в лицо.

— Инга, ты чего?

Я и сама не знала — чего, просто хотелось как можно скорее унести отсюда ноги. Лошадки ждали нас у калитки, и было бы так хорошо сейчас же в седло и прочь, прочь и от опустевшего жилища Даена Вонга, и от этого дома-склепа с его ветхой хозяйкой. Но я понимала, что Ярат прав, и потому смирилась, поплелась вместе с ним расспрашивать других соседей.

В доме напротив нам не открыли, лишь наорали из-за двери, зато в следующем повезло. Лысенький приземистый мужичок сказал, что Даен Вонг уже не появлялся здесь около трех недель, а искали его буквально наутро после отъезда. Кто и зачем — мужичок не знал, и даже описать их не смог — сказал, что самые обычные, одеты как городские, больше ничего не добавил.

— Придется осмотреть дом, — Ярат вновь остановился у злосчастной калитки. — Ты стой здесь. Что бы ни случилось — кричи. Тень какая померещится, звук подозрительный, плохо вдруг станет… Даже если просто кто из деревенских на улицу выйдет. Понятно?

Я кивнула и, пройдя в калитку следом за Яратом, прижалась к забору, то и дело оглядываясь на наших лошадок. Серая и вороная — они изредка фыркали, переступая копытами. Им будто было скучно и совсем не страшно. Осторожно, как кошка, Ярат подошел к крыльцу, отворил поддавшуюся дверь и, замерев на несколько секунд перед открывшимся проемом, нырнул внутрь.

* * *

Жилище Даена Вонга оказалось самым обычным — коридор от входа через весь дом, выбеленная печь, массивный стол и табуреты в просторной столовой, неширокие кровати в спальнях, комоды, полочки… легкий налет пыли. Кое-где можно заметить

полотенца, салфетки с искусной вышивкой. Видимо, еще мать Даена рукодельничала, потому как в остальном очень бросалось в глаза, что дом почти не помнил женской руки.

Ярат заглянул во вторую спальню и замер, прислушиваясь. Тихо, но чутье подсказывает, что в доме он не один. Кто-то еще притаился там, наверху…

Он поставил ногу на первую ступеньку, потом на вторую… третья скрипнула негромко, но если наверху действительно ждали — они не могли не услышать. Теперь можно было не медлить — в несколько прыжков Ярат взлетел по лестнице и оказался на втором этаже. Небольшая комнатка, окна выходят на задний двор, впереди — двери, за ними — таинственный кто-то, который знает, что Ярат уже здесь, близко, и готов его встретить.

Дверей было три. Недолго раздумывая, саоми выбрал крайнюю справа и прыгнул вперед. Перекатился клубочком по полу, и, уже стоя на ногах в пустом помещении, услышал, как громко ударилась дверь о стену. И одновременно с этим звуком с улицы донесся отголосок испуганного крика.

Комната, лестница, коридор… Ярат пролетел их в несколько секунд и вырвался из душного полумрака на крыльцо. Инга так и стояла у забора, на уровне поясницы справа светлым мотыльком подрагивало оперение стрелы.

— Инга!

Девушка подняла руки, словно боялась, что Ярат с разбегу не успеет остановиться и врежется в нее. На курточке, вокруг торчащей из небольшой, аккуратной дырочки стрелы пока не видно было крови.

— Тихо, не двигайся, — пробормотал Ярат сквозь зубы, быстро оглянулся на окна второго этажа — странно, ведь такая удобная мишень, почему не стреляют? И в Ингу — ее могли убить, но предпочли ранить — зачем? Сейчас об этом думать было некогда. Ярат наклонился, попытался расстегнуть нижнюю пуговицу ее курточки, но Инга вдруг оттолкнула его.

— Н-не надо, — слегка заикаясь проговорила она. — Все в п-порядке, я не ранена.

В доказательство своих слов она немного подвинулась в сторону — куртка натянулась, проткнутая пригвоздившей ее к забору стрелой, а Инга поморщилась:

— Царапнуло только… чуточку.

Мгновение понадобилось для осознания того факта, что с Ингой действительно все в порядке: жива, здорова. Ярат провел рукой по лицу, потом наклонился, сломал стрелу, отцепил куртку девушки от обломка, быстро вытащил Ингу за калитку, заставил пригнуться, спрятаться под прикрытие деревянного забора.

— Видела, кто стрелял?

— Нет, — и вдруг вскрикнула: — смотри!

Но он и сам уже видел, что от соседнего дома, где жила маленькая старушка, шел человек — невысокий, темноволосый, в меховой одежде, с поднятым арбалетом в правой руке. Ярат выпрямился, закрывая Ингу, которая норовила выглянуть из-за его плеча.

— Кто ты? — крикнул он, надеясь, что этот человек окажется тем, ради кого они приехали в Болоченку.

Вместо ответа — выстрел. Ярат отскочил, увлекая Ингу за собой, потом скомандовал ей: