Сапфир
Шрифт:
Брайан проворчал:
– Вы опять за свое, да?
Регина улыбнулась:
– Да нет, конечно.
– Приятно слышать, черт возьми.
Какое-то время они молчали. «Галатея» медленно продвигалась от шлюза к шлюзу. Солнце палило нещадно, и даже широкополая шляпа не защищала от его лучей. Регине казалось, что с каждой минутой становится все жарче и воздух делается все более влажным.
Она вытерла лоб носовым платком. Брайан засмеялся.
– Это отчасти из-за влажности, – сказал он. – Чем ближе к Индии, тем жарче припекает
– А может, следовало бы отправиться в это путешествие в другое время года?
Брайан отрицательно покачал головой:
– Нет. По двум причинам. Во-первых, я хочу добраться до мест, которые показал мне на карте мой друг, как можно быстрее, пока об этом месторождении никто не знает. И кроме того: нам нужно добраться туда и выбраться оттуда до начала сезона дождей, который длится с июня по сентябрь. В сезон дождей там невозможно передвигаться. Но в Кашмире будет прохладнее, чем сейчас, – высокогорье.
– Очень надеюсь. Эта жара просто убивает меня.
– Потому-то в моем списке значится и весьма легкая одежда. В какой-то момент станет еще хуже, чем сейчас, поверьте мне.
Предсказание Брайана сбылось. Когда они наконец-то миновали канал и вышли в Индийский океан, где воздух был совершенно неподвижен, жара сделалась удушающей, убийственной. Потом они столкнулись с явлением, которое Брайан назвал «юго-восточным пассатом», – с прохладными ветрами, дующими целый день и ослабляющими зной.
Когда же они вошли в бомбейский порт и подошли к причалу, опять воцарилась жара.
Брайану не удалось выиграть пари, он ошибся почти на двенадцать часов, что заставило Регину с усмешкой заметить:
– Не такой уж вы опытный морской волк, Брайан. Он с улыбкой ответил:
– Разумеется. Ведь нельзя же быть на высоте везде и всюду.
Когда они сошли на берег, Регина поняла: вонь – еще большая напасть, чем жара. Вонь же была поистине ужасной: запахи гниющих плодов, специй, чая, человеческой плоти и тухлой рыбы – все это било в ноздри и вызывало позывы тошноты. Регина с Брайаном сразу же оказались в чудовищной давке – их обступили отвратительно грязные мальчишки, они протягивали руки с криками: «Рупию, мэм-саиб!»
– Не обращайте внимания! – прорычал Брайан. – Если вы дадите хотя бы одному из этих мерзавцев монетку, мы никогда от них не избавимся.
Увидели они и других нищих – безруких, безногих, слепых, немощных; зрелище было настолько душераздирающее, что Регина едва удерживалась – хотелось расплакаться.
Между тем многие люди, стоявшие на пристани, были хорошо одеты, и выглядели они весьма респектабельно. Одеты же были по-разному: и в европейские костюмы, и в сари, и в халаты. Регина изумилась, увидев, что у нескольких смуглых молодых женщин на лбах горят рубины, а у некоторых рубины были вставлены в ноздри.
Заметив ее удивление, Брайан усмехнулся:
– Да, рубины здесь – отличительный знак. Эти красивые
Регина слышала разноязыкую речь, понять которую было невозможно, за исключением отдельных английских слов и выражений. Однако девушка была разочарована: выяснилось, что Бомбей они почти не увидят. Как только их багаж выгрузили на пристань, Брайан нанял экипаж, чтобы отправиться прямо на вокзал.
– Но, Брайан, – запротестовала Регина, – разве мы не остановимся здесь хотя бы на ночь? Нам нужно отдохнуть!
– Мы только и делали, что отдыхали, пока плыли сюда. Теперь, когда мы здесь, надо поторопиться. – Он усмехнулся. – Вот найдем камни – тогда и отдохнем самым наилучшим образом, я полагаю.
Два часа спустя они сели в поезд, направляющийся в Дели. Ехать им предстояло двадцать четыре часа.
Стемнело. Вскоре окраины Бомбея остались позади. Регина очень огорчилась, что ничего не увидит в темноте.
– У нас не увеселительная поездка, моя милая, – проговорил Брайан. – Мы здесь по делу.
– Не понимаю – почему нельзя сочетать дело с осмотром окрестностей? Мне бы все же хотелось увидеть эту страну.
– Я думаю, девочка, что ко времени нашего отъезда вы будете сыты этой страной по горло. А теперь меня заботит только одно: моя карта, где обозначено месторождение. И вам, полагаю, лучше подумать об этом.
Глава 8
Регина едва не засыпала; все тело ее ныло и болело от многодневного путешествия верхом. Она ехала, держась обеими руками за луку седла, и поняла, что мул Брайана, шедший впереди, остановился, лишь когда ее собственный мул наткнулся на него. Регина подняла голову, потому что ирландец протянул вперед руку и вскричал:
– Вот она, девочка! Долина Кашмира!
Она посмотрела туда, куда он указывал, и громко вскрикнула от изумления. Они находились на высоте девять тысяч футов, на самой высокой точке перевала Банихал. Глазам их открылось удивительное зрелище. Вся долина была в свежей зелени – перед ними раскинулись рисовые поля и рощи фруктовых деревьев. Вдали же виднелись величественные вершины Каракорума, покрытые снегом и возвышавшиеся на несколько тысяч футов.
Глядя на высокие скалистые пики, Регина почувствовала почти мистический ужас и восторг.
– Ничего подобного в жизни не видела! – воскликнула она. – Кажется, они так близко, что до них рукой можно дотронуться.
– На самом деле эти пики удалены от нас более чем на восемнадцать миль. – Брайан поерзал в седле. – Иногда Кашмирскую долину называют Счастливая долина, иногда – Восточная Венеция. Но все сходятся в одном – это красивейшее место в мире. Когда-то эти места называли просто Парадиз, то есть Рай.
– Ничего удивительного. – Регина с подозрением взглянула на Брайана. – Вы, кажется, слишком много знаете об этих местах, а ведь вы здесь никогда не бывали.