Саракамуш
Шрифт:
Она устремила в сторону мужа взгляд полный надежды. Ваан напряжённо размышлял. Он никак не мог решить, как следует поступить. В конце концов, он пришёл к выводу, что жена права. Нельзя оставлять мальчика одного.
– Иди! Поговорим с ним! Потом я поговорю.
Бросив на мужа глубоко благодарный взгляд, Ареват, радостно улыбаясь, поспешила к Андрею. Ваан смотрел, как она помогла ему подняться и стала что-то тихо говорить. Слушая её, Андрей кивал головой и вытирал слёзы. Прошло не менее четверти часа, прежде чем Ареват смогла успокоить Андрея. Только после этого
– Будь предан своей вере, заботься о своём имени, следуй нашим обычаям и я приму тебя как родного сына.
Не дожидаясь ответа, Ваан развернулся и ушел, оставляя Андрея на попечение жены. Андрей поднял на Ареват горестный взгляд и прерывающимся голосом прошептал:
– Тётя Ареват, тётя Ареват…
– Ничего не говори, – Ареват ласково дотронулась рукой до щеки Андрея, – Оставайся у нас столько, сколько пожелаешь и, каждый из этих дней я буду тебе любящей матерью.
Андрей обнял Ареват и расплакался на её плече.
– Перестань горевать, Андро, – гладя его по голове, попросила Ареват, – мы не можем вернуть ушедших, но можем научиться жить без них. И ты научишься. Сегодня первый день твоей новой жизни. Начни его с улыбки. Пойдём сынок, пойдём домой. Я познакомлю тебя со всей семьёй…
Разговаривая с Андреем, Ареват повела его в сторону имения Пахлавуни. Они шли медленно и если оглядывались, то только на ярко сияющее солнце. Каждый по-своему переживал эти грустные мгновения, которые сделали их близкими, родными людьми. Для них двоих начиналась новая жизнь.
Глава 2
Двигаясь плечом к плечу, вернее головой к плечу, они вошли в село. С двух сторон потянулись одинаковые двухэтажные дома с черепичными крышами. Вдоль фасадов домов на уровне второго этажа располагался летний балкон с лестницей, ведущей во двор. Андрей постоянно озирался по сторонам и бледнел всякий раз, когда рядом раздавался громкий звук.
Он был наслышан всяких ужасных историй об армянских сёлах, в которых происходили ужасные вещи. Чаще всего речь шла об изощрённых пытках и убийствах. В виду всех этих леденящих душу историй, Андрей представлял местных жителей мрачными людьми с разными предметами в руках. После знакомства с Ареват, у него возникли некоторые сомнения в правдивости всех этих историй. Но к величайшему изумлению Андрея действительность не имела ничего общего со слухами. И осознать эту истину Андрею помогла Ареват.
Ареват казалась ещё меньше рядом с высоким Андреем. Ей приходилось задирать голову всякий раз, когда она смотрела на него. А смотрела она часто. Андрей выглядел неуверенно. Лицо выражало сомнения, страх и даже стыд. Он стыдился безвыходности своего положения, своей одежды и зависимости от женщины, которая шла рядом и постоянно называла его «Андро, сынок».
Ареват прекрасно понимала его состояние. Андрей вступал в новый мир, не зная, что его там ждёт.
Именно по этой причине, Ареват подводила Андрея, практически ко всем кто попадался навстречу или стоял возле дома. Перебросившись с ними парой фраз, она с гордостью представляла Андрея
– Андро, мой сын. Будет жить вместе с нами!
И всякий раз в ответ слышались приветливые слова:
– Счастья тебе, Андро!
После каждой такой встречи на лице Андрея появлялось радостное удивление. Он никак не ожидал, что чужие люди будут принимать его с такой лёгкостью и радушием. Никто не задавал ни единого вопроса. Все просто радовались. И эта радость понемногу вытесняла из души Андрея все тревоги. Нет, нет, да на губах появлялась непроизвольная улыбка. Он только молчал и слушал, но только до той поры пока им навстречу не попалась загорелая девушка в пёстром платье с цветочками.
– Какая красавица, – с восторгом вырвалось у Андрея. Девушка действительно выглядела просто очаровательно. Длинные волосы были зачёсаны назад, наилучшим образом подчёркивая открытое лицо с нежными чертами, искрящиеся карие глаза и ослепительную улыбку.
Девушка услышала слова Андрея и направилась прямиком к нему. Андрей смутился, осознав, что допустил бестактность. Он почти с испугом следил за её приближением.
Андрей ожидал всего, упрёков, обвинений, но…девушка внезапно обняла его и поцеловала в щёку. Поведение девушки ошеломило Андрея.
Он совершенно растерялся, и это растерянность настолько бросалась в глаза, что вначале девушка, а следом и Ареват рассмеялись.
– Моя дочь, Ася, – представила девушку Ареват.
– Папа всё рассказал. Я вышла вас встретить, – пояснила Ася своё появление и, тут же взяв Андрея за руку, буквально поволокла за собой. – Я сама всё покажу, – весело крикнула она матери.
– Будь осторожней с ней и Ашотом. Те ещё проказники, – напоследок предостерегла Андрея, Ареват. – Не вздумай водить его к водопадам, – строго добавила она для дочери. И уже в конце заметила самой себе. – Надо приготовить вкусный обед для нашего Андро. Первый раз вместе сядем за стол.
От Аси жизнерадостность исходила непрерывными потоками. Андрей пытался вникнуть в смысл нескончаемых фраз, но всякий раз терпел неудачу. Ася безусловно лучше родителей владела русским языком, но выражала его гораздо менее понятно. Она то и дело вставляла незнакомые Андрею словечки, от которых смысл и вовсе от него ускользал. А в целом у него создалось впечатление, что Ася рассказывала о своих братьях и сестрах.
– Что такое «еши глух»? – решился, наконец, спросить он.
– Ослиная голова!
– Ты старшего брата так называешь? – с удивлением спросил Андрей.
Ася отрицательно затрясла головой.
– Ты меня не слушал. Его папа так называет за то, что он всё время подсчитывает нашу прибыль и на всём пытается сэкономить. Артуш, мой старший брат ведёт все наши дела. Он очень умный.
– Осёл у вас считается умным животным? – не поверил Андрей.
– Осёл у нас считается самым умным животным, потому что мы считаем его очень глупым животным. Понятно?
– Нет!
– Поживёшь с нами, поймёшь. Для сведения. Мы разговариваем на смеси из трёх языков – русском, армянском и грузинском. Если что непонятно, спрашивай.