Саркофаг
Шрифт:
В этот момент к Хепри подошел ксеносервус и нагнулся, чтобы связать ему щиколотки ног куском веревки.
– Стой!
– громко и внятно выговорил Хепри, не делая при этом ни малейшего движения.
– У меня есть важная информация для томинофера. Скажи ему об этом.
Ксеносервус дернулся было для того чтобы подобрать с пола кувалду, но так как 'сырье' не порывалось встать и вообще вело себя смирно он озадаченно почесал свою лысую башку. С одной стороны вложенная в него программа обязывала его приступить к потрошению 'сырья', с другой стороны та же программа предписывала ему немедленно
Тем временем, томинофер Гжел, несмотря на то, что вроде бы впал в совершеннейшую кому из-за количеств выпитого самогона, продолжал отслеживать ситуацию на вверенном ему производстве.
– Что стоим?
– взревел он, заметив, что один из его ксеносервусов застыл на одном месте.
– Он говорит, что у него есть информация, для тебя!
– выпалил зависший ксеносервус, ткнув ножом в распростертого у его ног Хепри.
– Глупости, люди не умеют разговаривать!
– сердито фыркнул Гжел.
– Они уже давно прошли стадию вторичного одичания.
– Я могу встать?
– нетерпеливо спросил Хепри.
– Что?
– вскочил со своего места Гжел.
Его повело в сторону, и он еле устоял на ногах. Восстановив равновесие, он двинулся в сторону Хепри. Повелитель Жуков ощущал, как бетонный пол содрогается под тяжестью приближающегося к нему гиганта.
– Откуда ты взялся?
– спросил он, садясь на корточки перед Хепри.
– Я скрывался в лесах и пещерах, - сказал тот первое, что пришло ему в голову.
– Мог бы придумать что-нибудь более правдоподобное!
– скривился великан, поднимаясь во весь рост.
– В переработку его! Экая невидаль разговаривающее 'сырье'.
– Но у меня правда есть для тебя важная информация!
– протестующее поднял руку Хепри, садясь на пол.
– С ее помощью ты сможешь вернуть себе благосклонность командования.
– А с чего ты взял, что мне это нужно?
– удивился Гжел.
– Ты сам недавно рассказывал об этом, - пожал плечами Хепри, поднимаясь с пола.
– И что я еще говорил?
– кисло спросил томинофер, начиная понимать, что спьяну наболтал лишнего.
– Много всего, но я не любпытный, в отличие от твоих двух друзей!
– Хепри кивнул в сторону мертвецки пьяных ксеносервусов, которые привезли его сюда, а также канистры с самогоном.
– Мои друзья?
– неискренне поразился Гжел, уставившись на Хепри.
– Что ты мелешь 'сырье'?
– Но ты сам так говорил, я лишь повторяю твои слова, - напустив на себя простодушный вид, ответил Хепри.
– Когда меня везли сюда эти двое, они говорили, что подмешали в выпивку какую-то гадость, для того чтобы ты напился и выболтал все секреты томиноферов.
– И как ты считаешь, я их выболтал?
– О, да!
– с жаром выпалил Хепри
– Это и есть та информация,
– подозрительно посмотрел на него томинофер.
– Это все?
– А ты считаешь, что этого недостаточно?
– поразился Хепри.
– Ты понимаешь, что после этого я не могу оставить тебя в живых?
– Да я понимаю, что обречен, - спокойно ответил Хепри.
– Но я всегда мечтал служить томиноферам.
– Из тебя вышел бы отличный ксеносервус, - с сожалением, посмотрел на него Гжел и направился в сторону целого штабеля поставленных друг на друга контейнеров с непонятным оборудованием.
– Я могу одеться, чтобы принять смерть как человек, а не как сырье?
– Если это имеет для тебя такое значение, то я не против!
– Гжел иронично посмотрел на него через плечо, продолжая перебирать коробки с непонятными предметами.
Хепри с замиранием сердца кинулся к вороху одежды. Вскоре он уже сжимал в руке флакон с 'жучьим соком'. А еще через мгновение, он пролил несколько капель эликсира на пол, и вновь закупорив флакон, спрятал его. Все его манипуляции прошли незамеченными для Гжела, который продолжал что-то тискать.
– А, вот оно!
– радостно воскликнул он, возвращаясь к столу с небольшой коробкой.
Достав из нее странного вида приборчик, Гжел приставил его сначала к телу одного, а потом другого собутыльника. Всякий раз те вздрагивали, видимо приборчик причинял им боль. После этого они рухнули на пол и принялись трястись, словно у них начался приступ падучей болезни. Хепри ожидающий, когда же, наконец, появится его скарабей, с ужасом увидел, как из двух агонизирующих тел наружу полезли золотые черви и толстые золотые змеи. Извиваясь, они сползались в одно место, растворяясь, друг в друге. Вскоре на полу образовалась большая лужа жидкого золота, которую Гжел собрал при помощи другого аппарата.
– Забирайте сырье!
– кивнул он, ксеносервусам, на тела своих собутыльников, и немного подумав, добавил, глядя на Хепри, - Этого болтуна, тоже в переработку!
– 9 -
Россия, 2028 год.
Оказавшись в кабине пилота, Летун сразу начал распоряжаться, как и полагается настоящему капитану корабля. Первым делом он выдворил из самолета весь имевшийся там экипаж. По его словам все они уже прошли обработку гоблинов, и верить им было нельзя.
Пока он в срочном порядке прогревал двигатели, Влад и адьютант прикрывали Сенсея и Стасика сверху, в то время как те отгоняли трап в сторону от самолета. После этого Летун впустил их на борт через аварийный люк.
На летном поле к тому времени собралась большая толпа вооруженных людей. Судя по их неуверенному поведению, они не знали, что им делать ни с захваченным самолетом, ни с теми, кто его захватил. Для себя беглецы уяснили лишь одно - ценность кейса была настолько велика, что им по всей вероятности дадут уйти в надежде перехватить позднее где-нибудь в воздухе.
Наконец Летун начал выруливать самолет в сторону взлетной полосы. К этому времени на поле появились первые гоблины. Посверкивая броней они меланхолично смотрели на то, как у них из-под самого носа безнаказанно удирали наглые людишки. Которые, вдобавок ко всему, умудрились прихватить нечто весьма ценное принадлежащее им.