Шрифт:
Или не знаете, что неправедные Царства Божия не наследуют?
Первое послание к Коринфянам 6:9-11 Синодальный перевод
Когда я пытаюсь вспомнить, с чего началась эта жуткая история, я
Наша бойкая бесстрашная староста Лена Грезеева ровно в 3 часа ночи (на каникулах Ленка была неразлучна с энергетиками и никогда не ложилась раньше 4-х) подкинула нашей покорной группе креативную идею. Она называлась так:
– Айда на турбазу!
И сопровождалась множеством смайликов-сердечек, громко и фальшиво поющих о любви.
Свой план кудрявая блондинка Лена дополнила рассуждениями на тему значимости 1-го сентября в студенческой жизни, прайс-листами различных мажорских домов отдыха и хлёсткой фразой:
– Кто не поедет с нами – тот лох! Оправдания не принимаются!
Конечно, на такую приманку кинулся бы кто угодно, и наши ребята исключением не стали. Все дружно ставили реакции под Ленкиными сообщениями, шутили, планировали меню.
А я таращилась на экран и думала…
– Валерунь, зай, а ты едешь? – сообщение безжалостной Лены прилетело ко мне в обход всех препятствий.
Правила корпоративного этикета гласили: надо ответить «Да!» и радостно поставить сердечки под всем, что писала Грезеева. И желательно быстро – иначе Лена исключит из числа подруг, а другой наш неформальный лидер – рыжеволосая красавица Лизонька Зверева – быстро сочинит миллиарды причин, по которым я должна быть переведена в разряд лохов. Коллектив у нас такой, в нём не забалуешь!
Однако даже перспектива групповых санкций не могла вывести меня из оцепенения. Лена была онлайн, она ждала. А я всё не могла принять решение….
На экране высветилось суровое: «tvoya gryoza печатает…». Это значило,
Я механически отчеканила длинными ноготками «Да» и перевернулась на спину. Отчего-то мне было жутко. Будто я чувствовала, что не такой уж простой окажется наша поездка…
Тем не менее, подготовка к учебному году закружила меня, словно ветер маленькую бумажку на пыльной улочке (казалось, предложи мне максимально абсурдный договор – и я подпишу: настолько за день выматывалась, что мозг к вечеру отключался!). Я, как и все другие представители студенчества, обновляла гардероб, закупалась гламурной канцелярией, возилась с дурацкими справками… . Даже на фотосессию с Лизой и Ленкой сходила – после уговоров светлоголовой выдумщицы Грезеевой! Так я постепенно забыла о неприятных ощущениях той ночи – на мистику совершенно не хватало времени!
Я и про поездку грядущую не вспомнила бы, если б не Лиза Зверева.
– Валерьянчик, котик, слушай сюда! Я, ты и Ленусик – завтра встречаемся у стен института, оттуда вызываем таксишку и едем на тусовочку. В 13.00, котик, не опаздывать!
Я кивнула – сквозь Лизкины сладкие речи слышалась нервозность, и любое моё слово могло спровоцировать Звереву на стёб. К которому я, переваренная до состояния борща на жарком солнышке раннего сентября, была совершенно не готова…
– Валерия, ёлки, что ты башкой трясёшь?! Скажи, блин: «Ага, угу…»
– Ага-угу, – пролепетала я, улыбаясь как можно шире, чтоб Лиза не обиделась. И быстренько добавила:
– Всё я поняла, конечно, так и сделаем, Лизочка.
Рыжая Зверева одобрительно потрепала меня по плечу, показала мне большой палец и смылась. Я пошла в супермаркет напротив, закупаться сладостями – такое мне дали поручение.
Конец ознакомительного фрагмента.