Сборник. Верберы
Шрифт:
Не знаю почему, но я поверила. Без увещеваний, клятв и договоров. Просто потому, что он так сказал… Чудилось – вербер не солжет мне. Почему? Я и понятия не имела.
Села в машину и Феликс опустился на соседнее сиденье.
Мы рванули с такой скоростью, что у меня аж дух захватило. Железный зверь с ревом полетел по дороге. Кажется, я даже не успела толком испугаться. Мы пулей пронеслись через весь поселок и остановились возле бетонной стены. Колеса взвизгнули, земля недовольно зашипела – настолько резкой и внезапной была
– Вы всегда так водите? – не удержалась я от вопроса. Второй раз я ехала с вербером, и оба раза мы словно тренировались для Формулы один.
А по нашим родным дорогам это – тот еще аттракцион. Правда Феликс рулил, как бог, тут не поспоришь. Мы ни разу не были даже близко к другой машине, обочине или чему-то еще опасному… Но все-таки… Честно скажу, такие гонки были приличной нагрузкой для моих нервов.
Спутник остановил на мне внимательный взгляд синих глаз.
– Снова пугаю? – спросил немного виновато и одновременно сердито. Но я опять почему-то точно знала – вербер злится не на меня.
– Немного, – повторила я, заметив, что пальцы Феликса так сжали руль, что аж побелели.
Оборотень заметил мой взгляд, убрал руки с руля и произнес:
– Это гормоны. Извини. Ничего не могу поделать. Есть вещи гораздо сильнее и мощнее даже альфа-оборотня… Но я постараюсь исправиться…
И все. Больше ни слова. Какие еще гормоны? Адреналин? Он, что, адреналиновый наркоман? Как эти безумцы, которые прыгают с крыши на крышу, несутся сломя голову по узким металлическим балкам на стройках, перепрыгивают через машины?
А что? Вполне может быть. Мужик явно незаурядных сил и способностей. Скорость реакции у него, во всяком случае, фантастическая. Хотя это слово в применении к оборотню, который сам по себе фантастическое существо звучит странновато.
Я это в оба наших полета по дороге заметила. Поездками это уже никак не назовешь.
Феликс недолго помолчал: напряженный и немного хмурый, затем вылез из машины и открыл мне дверцу.
Я вышла и окинула взглядом высоченную стену.
– Эм… И как мы через нее переберемся? Я даже не понимаю, как вы туда попадаете…
Феликс вдруг преобразился. Подмигнул, чуть отошел от стены. Разбежался… и… также бегом вскарабкался на стену. Быстро и легко, словно почти ничего не весил!
Я только рот приоткрыла и хлопала ресницами…
Стоя на верхатуре так, словно удержать равновесие на узком бетонном блоке для него раз плюнуть, оборотень помахал мне рукой. Затем ловко сел и поддернул что-то с другой стороны.
Мне навстречу спустилось нечто вроде строительной люльки на металлическом канате.
Я с сомнением посмотрела на Феликса.
– Садись. Я двух тебя подниму. Не сомневайся.
Я потрогала люльку. Залезла, в надежде, что еще есть время
– А сам как?
Он подмигнул еще раз, словно хвастался или рисовался. По-мужски так. Будто пытался со мной флиртовать. Демонстрировал – какой он крутой.
Встал на ноги и… спрыгнул.
Я в ужасе закрыла лицо руками.
Боже! Стена, наверное, метров пять в высоту. Он же разобьется!
Пока я стояла, боясь посмотреть, что случилось, на ладони легли горячие пальцы. Я послушно убрала руки от лица. Феликс улыбался и даже посмеивался, не выпуская моих рук из своих. Поглаживая тыльные стороны моих ладоней большими пальцами.
– Испугалась? – спросил он и в глазах вербера заплясали чертята. Вот же… Как мальчишка. Я усмехнулась.
– Очень.
– Не бойся. Эта стена для вербера – ерунда. И для тебя тоже, в принципе, будет. Когда… придет время…
Я мотнула головой. Видимо, он плохо знает человеческую физиологию. Если я с этой стены прыгну, меня уже ни в какой больнице не соберут.
Останется от Алены суповой наборчик.
А Феликс все еще держал меня за руки и молчал. Гладил ладони большими пальцами, чуть поджал губы и не двигался.
И еще он здорово запыхался.
Так, что нечего хвастаться! Все же дыхание-то еще не выровнял.
Я немного растерялась и почему-то не хотела прерывать наш контакт. Горячие руки оборотня согревали, а его близость… одновременно будоражила и окутывала ореолом защищенности. Словно рядом с Феликсом я могу совсем ничего не бояться. Прямо вообще.
От него веяло такой надежностью… Прямо не знаю. Я впервые с таким сталкивалась.
Феликс сглотнул пару раз и прочистил горло:
– Пойдем? Прогуляемся? Поговорим?
Я кивнула. Оборотень не двинулся с места и не выпустил моих рук из пальцев. Я забрала их сама. На лице Феликса мелькнуло недовольное выражение, но сразу же стерлось.
Я двинулась вперед, по широкой земляной дороге и оборотень мгновенно пристроился. Так близко, что временами его нога задевала мою.
– Так это правда? – спросила я, потому что Феликс явно не собирался начинать разговор. Шел, глубоко и неровно дышал и молчал… Косился и снова не произносил ни слова.
– Что? – спросил он так, словно не понял – о чем речь.
– Эм… Оборотни, вампиры, фейри…
Феликс запрокинул голову и расхохотался.
– Вампиры? Никогда не слышал!
– Да ладно! И Сумерки не смотрел? С Патисоном?
– Даже с кабачком не видел. В смысле читал в детстве про вампиров. Но неужели ты веришь в подобные сказки?
– Значит в вампиров тебе не верится, а в верберов – да?
Феликс расхохотался громче.
– Не верить в самого себя для мужчины – плохая жизненная позиция.