Сборник.Том 5
Шрифт:
— Слышал. И что?
— Того гляди, наступление начнется! А мы тут торчим!
— А где бы вы предпочли торчать?
— Ох, только не надо… Вы прекрасно понимаете, о чём я говорю. Ждать больше нельзя!
— Нельзя? — безразлично повторил Барр, вынимая из приёмника старую пленку и вставляя новую. — Послушайте, за месяц вы мне столько рассказали об истории Академии, и, знаете, у меня возникло впечатление, что ваши прежние лидеры во время кризисов только и делали, что сидели и… ждали.
— Да, Барр, но они хотя бы знали, куда идут!
— Разве? А мне почему-то показалось,
Деверс хмыкнул.
— Да. Но нет и доказательств, что всё могло пойти хуже. Вы не с той стороны смотрите. — Он прищурился. — А не прикончить ли его?
— Кого? Риоза?
— Да.
Барр вздохнул. Глаза его затуманились — видимо, вспомнил дела давно прошедших дней.
— Убийство — не выход, Деверс. Я сам однажды сделал это. То есть меня убедили, что это необходимо. Мне было двадцать лет тогда. Но я ничего не решил. Я убрал злодея из Сивенны, но от имперского ига мы не избавились. Конкретный человек не имел значения.
— Но Риоз не просто злодей, док. Он — это вся его проклятущая армия. Без него она рассыплется! Они же, как детишки, на нём висят. Вы на сержанта посмотрите — он же просто пузыри от умиления пускает, стоит ему только о генерале заговорить!
— Пусть так. Обязательно отыщутся другие армии, другие генералы. Нужно смотреть глубже. Например, существует Бродриг. Его никак нельзя сбрасывать со счетов — никто другой не имеет такой возможности шептать на ушко Императору. Он может потребовать — и получит! — сотни кораблей там, где Риоз вынужден обходиться десятком. Мне отлично известна его репутация.
— Вот как? И что же он за птица? — загорелись глаза торговца.
— Коротко? Он — наглый простолюдин, путем беспроигрышной лести проникший в окружение Императора. Его до смерти ненавидит дворцовая аристократия (сами подонки — хуже некуда), поскольку ему в равной степени плевать и на аристократов, и на простонародье. Он — советник Императора по всем вопросам и его правая рука, в самых тёмных делишках. Он бесчестен по сути и лоялен исключительно по необходимости. В Империи вряд ли отыщется человек, более изощренный в злодействах и более грубый в развлечениях. Говорят, к Императору просто невозможно проникнуть без протекции Бродрига, а к самому Бродригу — не иначе как через унижение.
— А-га… — задумчиво пробормотал торговец, поглаживая аккуратно подстриженную бороду. — И именно этого человека Император послал сюда приглядывать за Риозом… Знаете что? У меня есть идея.
— Знаю.
— Допустим, этому Бродригу не слишком понравится наш молодой армейский божок…
— А он и так от него не в восторге. Риоз вообще мало кому нравится.
— Отлично! Допустим, дела пойдут не слишком хорошо. И Император об этом узнает. Тогда Риозу придётся туговато, верно?
— Пожалуй. Весьма вероятно. Но как вы думаете это устроить?
— Пока не знаю. Может, его можно подкупить?
Патриций тихо рассмеялся.
—
Деверс закинул ногу на ногу.
— Ценная информация. Хотя…
Он замолчал, потому что вспыхнула сигнальная лампочка и на пороге снова возник сержант. Он был взволнован, круглая физиономия пылала румянцем. Вопреки обыкновению, он не улыбался.
— Сэр… — начал он, изо всех сил стараясь сохранять почтительный тон. — Я вам, конечно, очень благодарен за морозильник, и вы всегда ко мне были так добры, хотя я всего-навсего сын простого крестьянина, а вы — такие важные господа…
От волнения он говорил со страшенным плеядским акцентом, и выглядел он сейчас действительно деревенщиной — куда девались всегдашняя военная выправка и чёткость!
— Что случилось, сержант? — поинтересовался Барр.
— Лорд Бродриг прибывают сюда для встречи с вами! — выпалил сержант. — Для встречи с вами. Завтра! Я знаю про это, потому что капитан приказал мне приготовиться к смотру назавтра для… для его встречи! Я подумал… что должен предупредить вас.
— Спасибо, сержант. Мы вам очень признательны. Но почему вы так взволнованы? Что в этом такого…
Однако его слова нисколько не успокоили сержанта Люка. На лице его был написан страх. Срывающимся голосом он прошептал:
— Вы просто не знаете, что это за человек! Про него такое рассказывают! Он… продал душу космическому дьяволу, вот что! Говорят ещё, что он ни шагу не ступит без своих телохранителей, вооруженных бластерами. И когда ему захочется, он приказывает им стрелять в любого, кто попадется, — просто так, для удовольствия. Они и стреляют, а он — он смеется! Говорят, — сержант покосился на дверь, — что его даже Император побаивается и что он заставляет Императора повышать налоги, а что люди ропщут, про это он ему не говорит. А ещё говорят, что он ненавидит нашего генерала, потому что наш генерал — такой большой и умный человек. Говорят, что он хочет его убить, но только не может этого сделать, потому что генерала все любят, а генерал знает, что лорд Бродриг — злодей и мошенник.
Сержант часто заморгал и смущенно улыбнулся, стыдясь собственной эмоциональности. И, уже пятясь к дверям, резко кивнул и закончил:
— Запомните мои слова. Будьте с ним поосторожнее.
И выскользнул за дверь…
Деверс задумчиво уставился в потолок.
— А ведь, похоже, всё идёт как надо, а, док?
— Всё зависит, — сухо отозвался Барр, — от Бродрига.
Но Деверс не слушал. Он думал…
Лорду Бродригу приходилось то и дело пригибать голову, передвигаясь по отсекам торгового корабля. Два его вооруженных телохранителя быстро шли за ним с бластерами наизготовку и профессионально хмурыми выражениями на физиономиях записных храбрецов.