Сбой в программе
Шрифт:
– Зачем спрашиваешь, если знаешь ответ?
Я не обращала на них внимания. Они слишком отвлекали. Я искала самый, наиболее неровный склон. Там больше мест, где зацепиться.
– Ты считаешь, что без навыка скалолазания ты сможешь влезть по отшлифованным стенам вертикального туннеля? Да ты самоуверенная.
– …
Диафора встала на задние лапы и передними лапами ударила по земле. Из лап вышел магический заряд, который уйдя в землю, вызвал небольшое землетрясение. Но зато стены туннеля покрылись тучей трещин, что облегчало мне задачу в разы.
– Пожалуйста. – сказала она и крепко зацепилась когтями
Куклу я спрятала за пазухой и полезла вверх. Каждый раз сил становилось все меньше и меньше. И что самое важное после десяти минут скалолазания.
– НЕ СМОТРИ ВНИЗ!!! – предупредила меня Диа.
– А мне кажется, что вид открывается просто шикарный. Столько всяких мест, где можно благополучно отойти в мир иной… Диа, а что обычно едят кошки?
– Они едят мышей, запивают пяти градусным валерьяночным вином и на десерт…
– … рвут на части игрушечных кукол. Желательно магических… - прокряхтела я.
– Да ладно! – удивилась она.
– А то! Сейчас бы какого-нибудь адуна увидать. Они ведь под землей ползают?
– А мне бы сейчас овощей… И почему меня от мяса тошнит? – расстроилась я, но продолжила карабкаться вверх.
– Потому что у тебя… - пауза.
– Ну Омилит! У тебя же богатая фантазия. Придумай какой-нибудь синдром вегетарианца. – поддержала Диа.
– Ну…
– Пищеварение слабое. – устало ответила я.
– Сожалею! А кто-нибудь из вас когда-нибудь влюблялся?
– Да! – ответила я. – Теплая кровать… Горячий чай…
– Хозяйка, которая тебе покормит и погладит…
– Началось. Вы можете хоть немного сосредоточиться? – ругалась кукла.
– Ты единственная кто нас рассредотачивает! – ответила Диа и чуть не упала вниз.
– Еще бы чуть-чуть…
– … и я бы бросила тебя здесь. – закончила я за куклу. С ней веселее, но и заболтает она даже бога. Причем до самоубийства…
***
Ура! Я вылезла из этой чертовой ямы. И меня тут же повязали металлурги, подозревая в том, что я подрывник. Я такая взяла и спустилась на самые нижние ямы и что-то там взорвала чтобы… А ведь точно! Там Диафора вызвала слабый подземный толчок. Я ужаснулась, увидев металлургов в первый раз. Мужики все мелкие, но девушки… Как я им завидовала. Недаром их покровитель Агаппи богиня любви. Мне пытались открыть лицо, но Диа заступилась, пообещав тут все завалить, от меня не отстанут. Отстали, но начали слежку. Конечно! Кошка заговорила на их языке (если учитывать то что кошек на их планете нет вообще) и угрожала тут все разрушить. Слешка за сумасшедшими шла довольно таки успешно. Если они заявят в патруль то мне крышка. Диа свалит, а у меня будут проблемы. Лишь бы только не возвращаться к тому ужасному фирию. Кошка, вывела меня к источнику воды. Он шел от водопада Сафис с верхних этажей. По команде она затуманила все до предела и я даже руки с трудом видела. Мы успешно скрылись от преследования, но поставили на уши целый город. Подрывник поднимается наверх! Я сама удивилась быстро растущей репутации себя. Конечно же, надо всем быстро испугаться и прятаться в другие города. Ведь ПОДРЫВНИК пришел. Да я с трудом песочный дом сломаю. Особенно, когда так сильно голодна. Я вышла на верхние этажи за час умудрившись не
– Ты мне скажи Синестел. Что ты собираешься делать дальше? Ведь еды нет и дома тоже. А по ночам как ты знаешь не так уж и тепло. Я знаю отличное место…
– Скажу тебе одну умную вещь. Суицид - это добровольное расставание с жизнью в целях не терпеть БОЛЬШЕ этот кошмар. Кошмара не бывает ни у кого! У всех цветочки. Просто кто-то преувеличивает значимость своих проблем над другими. – сказала я ей.
– Но ведь бывают и действительно страшные ситуации…
– Свои проблемы каждый наживает сам! Если он с ними не справляется, значит, он сдается самому себе. А сдаться самому себе, это и есть суицид. А кто решает свои проблемы, тот не преувеличивает их значимость и не страдает от этого.
– Вот оно как… Пойдем еды поищем!
В своем репертуаре. Я решила не воровать. Это слишком низко для меня. Я нашла деревянную доску и кусочек деревянного уголька. И написала на нем.
«Я чту закон и уважаю граждан,
Но рок судьбы загнал меня в загон.
И мерзким нищим я надолго прозван.
Забыл я, что такое денег звон.
Прошу, в какой уж раз помочь мне вспомнить,
Зачем и почему я здесь живу.
Ведь наши души так легко поранить,
В который раз тебя уже зову…»
Написала я на скорую руку, так что на первый раз сойдет. Может милостыня тут прокатит? Надо попробовать. Диафора успешно спряталась под подолом длинной одежды и оттуда подсказывала наиболее удобные позиции для попрошайничества. Я села в указанном месте, в котором было больше всего народу и меньше всего патрульных. Я просто села и выставила доску напоказ. Мне было немного неудобно, но жить хочется. Я дала Диафоре поспать, так как она в этом ой как нуждалась.
***
Уже два часа прошло, а я все жду, когда мне хоть кто-то даст монетку. Но все проходили мимо хихикая надо мной. И я не стала вникать почему. Я уже начала засыпать, но вспомнив, какие страшные у меня сны я решила не спать. Быть другой собой это на раздвоение личности смахивает. Я же не хочу стать как Диафора.
– Интересный язык… - услышала я глухой бас. – В нем есть разделения на слова и… что это?
– Это запятая… Знак препинания между словами, в которых требуется пауза для большей выразительности. – ответила я.
– Ты серьезно? Это наверно очень сложный язык. Как называется?
– Рус… - я только что осознала, почему все смеялись и… что я влипла по самое нихочу! Я же была в той коробке (утрамбовыватель информации) и получила весь алфавит Неосских букв, но зачем-то написала стих на русском языке.
– Рус? Не слышал о таком. Ты из какого-то племени?
– Да! – нашла я выручку в словах незнакомца.
Он немного походил кругами и наконец, остановился. Он положил передо мной мешочек с сотней спаниев.
– Завтра в это же время будь тут. Я дам тебе семьсот спаниев, если ты мне расскажешь весь алфавит этого загадочного языка с зап-тыми.
Я вяло улыбнулась, но из-за большого капюшона этого не было видно. Поэтому я встала и поклонилась незнакомцу. Я не видела его лица, так как сама скрывала свое и ни на кого не поднимала лицо.