Сбой
Шрифт:
— Это что ещё такое? — подошёл ближе к «Милахе» Кудрин, чтобы рассмотреть внимательнее.
— Это раны, товарищ полковник, — ответил Ван Ваныч. — Так сказать, травма энергетической души.
— И что это значит? — добавил вопрос начальник.
— Это ответ, почему Мария, говорит правду, — пояснил знахарь. — Потому что она и впрямь ничего не делала.
— То есть, как ничего не делала? — выпалил лейтенант Выдрин. — Ван Ваныч, ты нас окончательно запутал. Алла же сказала, что это она.
— Да, она, — усмехнулся Ван Ваныч. — Но не совсем. Помните, как Алла описывала эмоции, которые
— Выходит, память Марие и стирать не надо было? — не удержался от комментария «Ключ». — Стирать ведь даже нечего было.
— Именно так, сынок, — указал Ван Ваныч на Разводного пальцем. — Маши в тот момент просто не существовало. А эти травмы на её энергетическом теле и есть свидетельство того, что её брали под контроль. Ещё раз — не внушили сделать что-то, а именно взяли под прямой контроль. Наверное, поэтому она и знала, как пройти незамеченной до лаборатории и какой пароль нужно вводить. Ведь астероид в своих зонах видит всё. Не исключено, что и пароль поэтому не стал для него препятствием.
— То есть, Маша ни в чём не виновата? — осторожно спросила Алла, которая до этого, как мне показалось, нервничала не меньше самой «Милахи». Видимо, не на шутку переживала, что её рассказ мог поставить крест на жизни девушки.
— Я вам больше скажу — она сама жертва, — Ван Ваныч проковылял обратно к своему креслу и плюхнулся в него.
«Милаха» смотрела на знахаря, едва сдерживая эмоции. Видно было, что она хотела броситься к нему, чтобы обнять.
— Но не спеши радоваться, девочка, — неожиданно хмурым голосом произнёс Ван Ваныч. — Твои травмы очень опасны. Энерготело существовать без плоти не может. Так же и наоборот — если не будет энерготела, то и плоть умрёт. А твои раны с жизнью несовместимы, — затем ещё более хмурым голосом старик заключил. — Как бы печально это не звучало, но тебе, дочка, осталось недолго.
На лице только-только обрадовавшейся девушки снова отразилась боль. Затем она вернулась обратно в своё тело и зарыдала с новой силой.
— Ван Ваныч, — у меня у самого сердце кровью обливалось, когда я смотрел на «Милаху». — А вы можете определить, сколько у неё ещё времени?
— Неделя, — ответил тот. — Может дней десять.
— А как её вылечить?
— Этого я пока не знаю, — покачал головой старик. — Таких способностей ещё не видел.
Да что же это такое? Что за чёрная полоса такая у «Милахи»? То одно то другое. Но, по крайней мере, теперь мы знаем, что она точно не предательница. В этот раз моё предчувствие не подвело меня.
Ну, а как исцелить «Милаху», я, кажется знаю. В отличии от Ван Ваныча, я встречал людей, умеющих лечить с помощью своего дара.
Глава 7
Миссия в столице
14 июня 2024 года.
Московское время — 9:36.
Аномальное
Весь день в аномальной зоне проходит в условия утреннего времени.
После того, как все разошлись, «Милаха» ещё долгое время не могла прийти в себя. Похоже стресс, вызванный последними событиями, окончательно добил девушку. И теперь она смотрела на всех потерянным взглядом. Казалось, она будто никого не узнавала.
Чтобы справиться с её недугом, я вызвал на помощь Ольгу и Юлю. Девушки, разумеется, «прилетели» на мой зов так быстро, как смогли. А затем они сразу же подхватили Марию под руки и повели её, как выразилась «Ведьма», на «женскую терапию души». Что именно это значило я, не знаю, но, надеюсь, поможет.
Глядя им вслед, я подумал, что сейчас нелишним бы оказалась помощь девушек, которых мы спасли в Рязань-ЭКСПО. Тех, что имели способность восстанавливать силы. Быть может, они не только физическую усталость могут снимать, ну и душу лечить умеют. Чем черт не шутит.
Кстати, вопрос по девушкам с Comic Con я решил закрыть по горячим следам. В последний момент я успел перехватить подполковника Кудрина до его ухода и рассказать ему про целительниц, которые, возможно, смогут помочь вылечить энерго-тело «Милахи».
— Что ж, очень своевременное предложение, — моё идею начальник встретил с оптимизмом. И пообещал, что всем, кто обладает способностью исцеления и восстановления сил, обязательно предложит работу в проекте «Вторжение».
А ещё Кудрин между делом поднял тему, касающуюся Петра. Того самого, который, так сказать, временно исполнял обязанности Бога Императора на Земле. Как выяснилось, начальник уже знал, что Пётр пытался нас убить. И в целом, как я понял, был в курсе всего, что произошло на миссии в Рязань-ЭКСПО.
— Что ж, я услышал тебя, — сказал подполковник, когда я сообщил ему, что не собираюсь писать рапорт на Петра. — В обычной ситуации я бы непременно дал ход этому делу даже против твоей воли. И этот псевдо-император у меня бы точно под суд пошёл. Но сейчас не время для простых решений. Поэтому ему придётся искупить свою вину работой в проекте «Второжение».
— Хотите задействовать его в боевых отрядах? — уточнил я.
— Разумеется, — кивнул Кудрин. — У него большой опыт выживания в аномальной зоне. Кем бы он ни был, а это ценный кадр. К тому же у него довольно высокий уровень. Возможно, даже к твоему отряду его припишу. Как смотришь на это, Ларионов?
— Спасибо, но осмелюсь возразить, товарищ подполковник, — отказался я от такого предложения. — При взгляде на Петра сразу же вспоминаю «Летящего». И хочется врезать этому Императору по морде.
— Понимаю. Но я подумаю ещё над этим. Когда Пётр прибудет в нашу воинскую часть, — похоже, Кудрин решил оставить последнее слово за собой. — Ещё есть вопросы, товарищ сержант? Кста-ати, — протянул он. — Ты же теперь командир отряда, да? А все наши командиры должны иметь звание капитана.
— Не слишком ли резкое повышение будет? — озадачился я. Не то, чтобы я был против, но это казалось мне излишним. — Получится, что я за каких-то несколько дней прыгну от рядового до капитана.