Счастье есть
Шрифт:
Может быть, вы и не знаете о том, что количество уехавших из Одессы с конца 1950-х годов значительно превышает ее сегодняшнее население. «Как они могли уехать из такого чудесного города?» – думают приезжие. А пожив в Одессе, начинают уезжать сами. Потому что из Одессы мир манит к себе сильнее, чем из любого другого города. Одесса – край земли, город у моря, вечная гавань путешественников, причал для странствующих, мечта для уехавших.
Сквозь сумерки друзья не замечали черный Maserati, припаркованный на противоположной стороне улицы. Внутри
Он вошел под деревянный навес и уверенным шагом направился к столику, за которым расположились друзья.
– Здравствуйте! – сказал он, подходя к ним.
– Ой, здравствуйте, – сказала Манечка.
– Добрый вечер! – откликнулся Макс.
Фрида дежурно улыбнулась, Алекс привстал, чтобы пожать руку Виктору. Виктор ответил на рукопожатие и сильно сжал руку Алекса. Алекс ответил симметрично. Виктор, почувствовав, что Алекс не уступает ему в силе, взглянул ему в глаза с удивлением.
– Редко встретишь такое крепкое рукопожатие, – сказал он.
– Могу сказать то же самое, – улыбнулся Алекс, садясь на стул. – Присоединитесь к нам, Виктор?
– С удовольствием, – Виктор легко передвинул тяжелый стул от соседнего стола и уселся на него.
– Наша встреча случайна? – спросила Фрида.
– Мы не виделись с воскресного вечера, – улыбнулся Виктор. – Я начал грустить.
Фрида покраснела. Алекс изумленно вскинул брови.
– В чем, собственно, дело? – спросил он у Виктора.
– Собственно, ни в чем, – Виктор улыбнулся. – Просто мы с Фридой друзья. Вы, я полагаю, тоже ее друг?
– Мы что, соперники? – спросил Алекс.
– С какой стороны посмотреть, – усмехнулся Виктор. – Формально мы с Фридой решили прекратить наши отношения три месяца назад. Так что юридически мы не соперники. Но что делать, если я хочу ее видеть? И что делать, если иногда, по моей просьбе, Фрида соглашается встретиться со мной, чтобы попить кофе и поболтать? Так что фактически мы, да, соперники.
– Значит, Виктор, Вы преследуете мою девушку? – спросил Алекс.
– Похоже на то. И главное в том, что я не могу остановиться. Все преследую и преследую.
Виктор усмехнулся, и вокруг его губ нарисовался хорошо заметный в неярком освещении темный контур.
– Виктор, зачем ты пришел? – спросила Фрида.
– Хочешь, чтобы я исчез? – спросил Холливуд. – Да?
– Ну разве мы с тобой не договорились? – спросила Фрида.
– Я знаю, Фрида. Знаю. Но я уверен, у меня все получится, – сказал Виктор. – И тогда я стану твоим будущим, а не прошлым. И ты пожалеешь, что рассталась со мной три месяца назад.
Макс и Маня с интересом
– Меня всегда веселили угрозы и обещания бывших любовников, – широко улыбнулся Алекс, глядя прямо в расплывающиеся зрачки Виктора.
– Собственно, к тебе, Алекс, у меня есть деловое предложение, – сказал Виктор. – Глупо быть на ты, фактически, являясь соперниками, не правда ли?
Официант появился и замер в полупоклоне около Виктора.
– Принесите глинтвейн, – попросил Холливуд.
– Сию минуту, – официант исчез.
– Так вот, – Виктор Холливуд посмотрел на Алекса. – Есть у меня слабость, я собираю информацию о людях. О тебе, Алекс, мне известно, что ты теперь работаешь у ювелира Бахмана.
– Интересно. Значит, я, типа, под колпаком? – спросил Алекс.
– За тобой постоянно наблюдают с тех пор, как ты стал другом Фриды, и моим соперником.
– Ладно. И что дальше? – Алекса эта ситуация, похоже, сильно забавляла.
Фрида, напротив, все больше нервничала.
– Я мечтаю стать коллекционером изготовленных им тростей, – сказал Алекс. – И, как ты, наверное, догадываешься, я собираюсь быть достаточно щедрым, чтобы заплатить за них очень хорошо.
– Слушаю внимательно, – кивнул Алекс.
– По моим сведениям, Бахман, лично Бахман, сделал двести пятьдесят три трости. Они сейчас принадлежат разным людям. Некоторые находятся в офисе Бахмана, насколько мне известно. Мне нужны они все.
– Не знаю, где именно ты берешь деньги, Виктор, – сказал Алекс. – Но уверен, что никакого состояния не хватит, чтобы их купить.
Официант принес глинтвейн.
– Ну это моя забота, – усмехнулся Виктор, пригубляя напиток. – Для своего спокойствия можешь считать, что я их печатаю в подвале своего дома. Тебя может заинтересовать, что я готов заплатить миллион долларов наличными за адреса, по которым эти трости сейчас хранятся. Уверен, что Бахман ведет подобный учет, ему нравится знать, кто обладает его ювелирными шедеврами.
– Виктор, позволь вопрос, – судя по интонации, Алекс откровенно издевался над Холливуд ом. – Почему ты раздаешь всем именно миллион, а не какую-то другую сумму?
– Обычно, услышав слово «миллион», человек не задает никаких вопросов. Он готов на все, – улыбнулся Виктор.
– И ты хочешь сказать, что я поступлю так же?
– А ты подумай, Алекс. Получив миллион, ты сможешь не надеяться на местных врачей, а отвезти своего сына в Германию или Израиль, и оказать ему помощь там. Ты можешь больше не беспокоиться о том, удастся ли твое бизнес-начинание с юридической компанией. Ты будешь свободным и, вполне возможно, счастливым человеком.
– Спасибо тебе за предложение, – искренне улыбнулся Алекс. – Ты прямо-таки облагодетельствовать меня собираешься. Я очень благодарен. Поверь, никто не делал мне подобного предложения никогда в жизни. Но я с огромным удовольствием говорю тебе: «Нет!».