Счастье
Шрифт:
– Был… – тихо, хором ответили они, опустив голову вниз.
Слишком стыдно. А король ещё и хихикнул, замаскировав это под кашель. Но тут…
– Значит, ты мой дядя?
Рейчел буквально налетела на него, не скрывая слёз, крепко прижалась к нему.
– Я не злюсь на тебя, ты обманул меня, вы с папой обманули нас с Дэниэлом. Но мне было хорошо здесь, с ним и с тобой. Я люблю тебя и Дэниэла. – девушка усмехнулась, утыкаясь носом в его грудь. – Только нам теперь очень стыдно! Боже, мы семья! Но мог нам хоть немного намекнуть, что мы уже давно семья! – с упрёком воскликнула она, отстраняясь,
– Можно ли обнять тебя, впервые как сестру? – робко спросил Дэниэл.
Рейчел кивнула, смахнув слёзы. Впервые за столько лет это объятье было настолько неловким.
– Я надеюсь, кроме поцелуя у вас ничего не было? – ухмыльнувшись, спросил Джордж.
– Не было! – снова хором ответили они, переглянувшись друг с другом, так поспешно, даже слишком поспешно, возможно, что до большего вполне могло дойти.
– В свою очередь скажу, что рад тому, что вы наконец узнали правду и что за этот наш обман с Бэн никто не злится. Я тоже люблю вас, Рейчел, Дэниэл.
И семья, наконец, вместе обнялась.
Принцесса и пират
Дверь придорожной таверны с грохотом раскрылась и оттуда, словно пьяная, вывалилась девушка, упав на землю. Плащ болотного цвета был из лёгкой и непрочной ткани, смешался с грязью и порвался, девушка больно ударилась спиной, чудом не пострадали её светлые длинные кудрявые локоны, но уж точно не она сама и её руки, вмиг украшенные парой-тройкой ссадин.
– Ты в порядке, голубок? – рядом с блондинкой появился высокий темноволосый мужчина, заботливо склонившись над ней.
– В порядке, не переживай. – она попыталась хотя бы сесть, но не получилось, она подавила стон боли, зажмурив свои зелёные глаза. – Но если этот херов ублюдок снова полезет со своими «нежностями», то я за себя не ручаюсь! Прибью нахуй, и дело с концом!
– Как пожелаете, миледи. – ответил тот, снисходительно улыбнувшись, и перевёл дух. Если подруга может ругаться хлеще кузнеца в соседней деревне – значит, она в порядке. – Можешь встать?
– Не откажусь от помощи.
Он взял её на руки, поднявшись со своей ношей. Девушка позволила себе расслабиться в его бережной хватке, прижавшись к его чёрному кожаному плащу, который больше походил на сюртук.
***
Роджер Джонс был лучшим учеником в академии королевского флота и вскоре, вместе со своим старшим братом Лиамом, сумел дослужится до лейтенанта, учитывая, что детства у них как такового не было – Лиам думал о том, как они с братом проживут следующий день, а главной его целью было поставить на ноги младшего, который тоже старался, как мог,
соглашаясь даже на самую тяжёлую для его лет работу. Братья росли без родителей, но Роджер с детства видел в старшем брате какой-то недостижимый идеал, к которому он так отчаянно стремился. Но что бы он ни делал, ему казалось, что этого недостаточно. Мало.
Всегда. Он считал себя недостойным своего брата, он восхищался им и гордился. А Лиам этого не понимал, смущался и всегда твердил брату, что они оба хороши по своему, каждый. Лиам был человеком сильным морально
о чём Роджер узнал не сразу.
Они возвращались вместе из своего первого путешествия – это был приказ короля. Они исследовали остров, который, на удачу, оказался необитаемым. Стоило им пересечь половину пути, как вдруг…
– Мы почти дома, брат! – радостно известил юный Роджер – ему едва-едва исполнилось восемнадцать. Он глядит в окно из каюты Лиама, улыбается, он донельзя взволнован и с нетерпением ждёт следующее поручение короля, которое они с братом выполнят вместе. – Интересно, что будет нашим следующ…
Стоило ему обернуться, как лейтенанта тут же накрыла паника и неприятный холодок побежал по спине, а сердце за секунду ускорило ритм. Старший Джонс рухнул на пол, ещё находясь в сознании, но уже без сил.
– Лиам! – Роджер тут же оказался рядом с братом, подняв его голову от пола, и опустив себе на колени. – Что с тобой, брат?
Ещё до ответа он понимал, что происходит. Но можно ли в это поверить? Лиаму всего-то двадцать лет, он так молод, он ведь не может… Ведь не может, верно? Он не может оставить своего брата одного – он всё, что у него есть! На глаза Роджера навернулись слёзы. Сколько он уже не плакал? С детства. Когда их бросил отец, это было в последний раз, потому что тогда его успокоил Лиам, сказав, что им нужно продолжать жить, что они есть друг у друга, а значит, не пропадут.
– Я умираю. – совершенно не своим голосом ответил Лиам, так тихо, что Роджер хотел повернуть голову в сторону – может, это кто-то другой сказал?
Это не голос его брата! Это чья-то злая шутка! Злая и жестокая, и если брат кого-то подговорил…
– Что? Ты? Умираешь? Не говори ерунды! Это от волнения. Ты же не можешь умереть! – Роджер попытался улыбнуться, но слёзы, не переставая, лились по щекам, точно тот водопад, что они видели на этом острове; сердце желало пробить собой лёгкие, парня начало трясти.
Он обнял брата, что так отчаянно тянул к нему руку. Лиам был спокоен, Роджера же душили рыдания.
– Я должен был… раньше сказать, что мне нельзя в море. Мне не хотелось тебя разочаровывать… ты так хотел стать лейтенантом, верой и правдой служа королю. Я думал, что выдержу хотя бы эту поездку…
Роджер так и не выпустил брата, даже когда дыхание Лиама больше не чувствовалось, а сердце окончательно перестало биться.
– Нет, нет, нет! – шептал единственный оставшийся в живых Джонс, захлёбываясь собственными слезами. – Лиам, очнись! Скажи что-нибудь! Молю!
Корабль вскоре должен был причалить к родным берегам. И тут Роджера переклинило, слёзы вмиг высохли, а люди, что сопровождали их – он нарёк тех своей командой. Командой пиратов.
Роджер много пил, пристрастился к алкоголю, а в его фляжке в потайном кармане сюртука всегда был ром. Собственно, из-за этого он и лишился корабля, который именовал Весёлым Роджером, в честь самого себя.
Джонс тогда был мертвецки пьян, настроение было на нуле, Он сыграл со своим случайным собутыльником в карты и проиграл «Роджер». В тот же день лишился команды – людям не нужен был капитан, что жил в обнимку с бутылкой.