Щегол
Шрифт:
— Ну да, логично: если он привык жить под постоянным воздействием, то исчезновение последнего может вызвать некоторый дискомфорт… — пробормотал я, подождал несколько мгновений и ошалело вытаращил глаза: по эту сторону «границы двух сред» внезапно «проявилась» морда сине-фиолетовой змеюки, чем-то похожей на помесь анаконды и черной мамбы!!!
— Ничего себе экземплярчик! — восхитился БИУС после того, как оценил толщину первого погонного метра туловища этой твари. — Судя по тому, что эта милашка диаметром
Общение со мной не мешало Дайне управлять ударным дроном — в тот момент, когда она заговорила о своих далеко идущих планах, грозная «птичка» вылетела из соответствующего отсека, стремительно вышла на боевой курс, выпустила очередь из скорострельной пушки и… не просадила «туманное марево», возникшее вокруг змеи!!!
— Нихрена себе… — ошалело пробормотал я и потерял дар речи, увидев, как «лоб» мамбо-анаконды и защитное поле «Овода» соединяет ослепительно-яркая молния!!!
БИУС обошелся без комментариев — врубил накачку поля, просевшего в оранжевый сектор, отстрелил одну тепловую ловушку, повел дрон в самый дальний конец расщелины по противоракетной траектории и, сменив тип снарядов на бронебойные, продолжил стрелять в ту же точку на «мареве» змеи.
Ловушка и высший пилотаж «монстрика» не обескуражили — он достал уходящую «птичку» второй молнией с такой легкостью, как будто всю сознательную жизнь охотился именно на такую дичь! Но нечеловеческая реакция и точность Дайны позволили завершить бой в нашу пользу: защитное поле «Овода», почти полторы секунды пытавшееся уйти в красную зону, все-таки выдержало безумный входящий урон, а «марево» — нет. И пресмыкающееся, внезапно лишившееся головы, забилось в агонии. Что, естественно, мгновенно скинуло его со скалы и отправило в недолгий полет ко дну расщелины…
Пока я наблюдал за падающим «деликатесом» и пытался представить результаты своего противостояния с подобным монстром один-на-один там, наверху, личная помощница занималась делом — вернула дрон на базу, выгнала из штольни «Пауков» и натравила на свою добычу. А потом загрузила меня еще сильнее:
— Для того, чтобы пробить защитное поле змеи, нам потребовалось аж семь обычных и тридцать два бронебойных снаряда! Даже если забыть о том, что обнаружить эту гадину без электронных приблуд физически невозможно, то соваться в лес, в котором водятся такие монстры или зверье, для охоты на которое необходимы такие навыки — форменное самоубийство. Согласен?
— Угу… — мрачно буркнул я.
— Тогда ответь вот на какой вопрос: тебе не кажется, что возможности, продемонстрированные нашей первой добычей, очень уж похожи на описания магических умений, встречающихся в каждом втором фантастическом романе или фильме?
— Только не говори, что один из включившихся императивов требует проверки и этой версии! — воскликнул я, не услышав в ее интонациях даже намека на веселье или ехидство.
— Ладно, не буду… — дурашливо расстроилась она и снова посерьезнела: — Упомяну лишь, что кто-то из авторов базы данных для БИУС-ов сотрудников СДР был либо неисправимым романтиком, либо исследователем от бога. И стараниями этой личности — или, как вариант, группы личностей — архив с рекомендациями на случай обнаружения чего-то подобного занимает порядка четырех процентов от общего объема знаний, залитых в мою память.
— Ты ведь сейчас не шутишь, правда? — на всякий
— Не шучу… — спокойно ответила Дайна. — Более того, сейчас, то есть, после распаковки и изучения этого архива, склонна считать подобный подход к исследованиям Вселенной единственно верным. Причем сразу по двум очень веским причинам. Во-первых, одной из трех главных задач Службы Дальней Разведки, прописанных в ее уставе, является Поиск Знаний. Любых. А значит, шоры из категории «Это невозможно, значит, отметаем…» только навредят. И, во-вторых, судя по кое-каким нюансам алгоритмов изучения магии, жестко прописавшихся в мою базу данных, и появившемуся требованию взять с тебя подписку о неразглашении информации, нечто подобное уже обнаруживалось, было изучено и обзавелось очень серьезными грифами…
Глава 5
28 июля — 6 августа 2512 по ЕГК.
…С начала одиннадцатого утра до двух часов дня Дайна работала, не покладая манипуляторов «Пауков». Пока первый заменял собой медкапсулу, полевого кибер-хирурга и придаток к портативному лабораторному комплексу, второй выполнял роль подай-принеси. В смысле, сразу после боя, собрав кровь мамбо-анаконды в стерильную емкость и убрав ценный продукт в холодильник, распилил семиметровую змеюку на куски, закатал в пластик, вооружился баллончиком с РОУ[1] и порядка двадцати минут уничтожал пахучие пятна там, где это было возможно. Закончив с этим делом, переключился в ипостась скалолаза и соорудил новый маршрут к условной «границе двух сред». Вдоль подсыхающих алых потеков, которые запросто могли приманить к нам новое зверье. А как только избавился и от этих «биологических отходов», спустился вниз и снова рванул к холодильнику.
В этот момент личная помощница прервала затянувшееся молчание и поделилась первыми результатами исследований:
— Слышь, Игнат, а ведь моя догадка о том, что Служба уже сталкивалась с существами, владевшими магией, подтверждаются: засекреченная методика вскрытия позволила обнаружить четыре «нестандартных» органа и что-то похожее на «дубль» нервной системы. Первый орган располагается в передней трети черепной коробки и, вероятнее всего, каким-то образом генерирует ту самую молнию, которой эта тварь атаковала «Овод». Второй и третий похожи на шнуры, тянутся вдоль спинного мозга и, как мне кажется, ответственны за создание защитного поля и невидимости. А четвертый, предположительно являющийся ядром энергетической системы, находится в самом центре уже упомянутого дубля нервной, и, судя по толщине питающих его кровеносных сосудов и уровню иннервации, потребляет ресурсов как бы не больше, чем головной мозг!
— И что нам это дает? — спросил я.
— В данный момент ничего… — хмуро буркнула помощница, выделив интонацией первую фразу, и сразу же объяснилась: — У меня нет подопытных хомячков для проведения следующей серии рекомендованных экспериментов, а для экспериментов на тебе не хватает уверенности в их безопасности. Короче говоря, сейчас я уберу ядро в криоконтейнер, сварю легкий супчик, разблокирую отсек с мобильным реанимационным комплексом, переверну операционный стол,
уложу тебя на него и дам поесть местную органику. А потом устрою охоту на зверье.
Пробовать «супчик», пусть даже «легкий», мне не хотелось от слова «совсем», но я понимал, что без этого никак не обойтись, вот и заставил себя отвлечься на «проблему поинтереснее»:
— И как ты собралась охотиться, зная, что ни один нормальный хищник не станет прыгать в пропасть к контейнеру с кровью, закрепленному на стене, а стрелять по ним снизу вверх и отбрасывать назад бессмысленно?