Щепка
Шрифт:
— Но...но как же так. Этого не может быть!!! Вы все врете!!! Мама, папа. Джейн!!! — Сэм откинулся на подушку кровати и зарыдал.
Доктор и медсестра молча смотрели, не мешая парню выплакаться. Через пару минут всхлипы начали утихать и Сэм начал на глазах приходить в себя. Успокоительные седативные препараты, в очередной раз, доказали свое превосходство над человеческим организмом.
— Успокоился? Ничего страшного, поплакать иной раз даже мужчинам полезно — забормотала медсестра. — твоих родных конечно жаль, но главное ты жив и скоро поправишься.
— Сэм, — вмешался доктор, — ты сейчас можешь и готов
Сэм на мгновение задумавшись, медленно кивнул. Странная апатия медленно охватывала его сознание. И постепенно становилось плевать на все.
— Хорошо, — кивнул доктор и подойдя к двери, открыл её и негромко сказал. — Господа, заходите. Но не более десяти минут, пациент еще слишком слаб и у него обнаружилась краткосрочная амнезия.
В палату зашло двое мужчин: один, лет пятидесяти, похожий на колобка в деловом костюме, с пузатым портфелем руках. Второй: военный, лет сорока, с пышными усами и квадратным подбородком. На плечах у обоих были наброшены стандартные, белые медицинские халаты.
Придвинув от стенки пару стульев поближе к кровати, они уселись на них и толстячок начал рыться в своем портфеле доставая какие-то бумаги.
— Сэм? — начал военный.
Сэм кивнул.
— В первую очередь позволь представиться. Это мистер Алан Мур, советник губернатора округа Ла-Пас по чрезвычайным происшествиям. А меня зовут подполковник Майкл Харрис. Твоя мама работала у меня в отделе. Помолчав подполковник продолжил. — От лица Соединенных штатов, мы приносим тебе соболезнования в связи с твоей утратой. Согласно программе поддержки семей важных военнослужащих, ты имеешь право на определенные льготы. Мистер Мур тебе сейчас все расскажет.
— Да-да, — торопливо забормотал толстячок. — Сэмюель... в связи с тем, что ты остался единственным членом семьи...
— Не единственным! Джейн жива!!! — выкрикнул Сэм.
Толстячок смутился и смешался.
— Гм... Прости... Я продолжу. В связи с тем что ты и твоя сестра, остались без родителей и крова и насколько нам известно из анкет ваших родителей, других близких родственников у вас нет... Правительство США выделяет вам места в спец интернате для детей особо важных сотрудников. По окончанию которого, исходя из ваших результатов, вам будет выдана рекомендация на поступление или в какую-то военную академию, или университет. Все расходы на время обучения берет на себя правительство США. По окончанию обучения, вы обязуетесь отслужить или отработать не менее пяти лет в местах куда вас направят.
— А если мы не согласимся? — спросил Сэм
— Это ваше право, — кивнул толстяк. — Лечение, сейчас, вам будет бесплатное, страховка это вполне покрывает. Но что вы будете делать дальше, без образования... ведь денег на обучение у вас нет, без жилья... без каких либо перспектив? Побираться на улице? Ты этого хочешь?
Прошло несколько минут томительного молчания, наконец Сэм произнес.
— Я пока подумаю. А вы можете мне рассказать, что произошло? А то я был все время в подвале и ничего не видел и не помню.
Посетители переглянулись и слово опять взял подполковник.
— Понимаешь, парень, произошла небольшая накладка. Ты же в курсе, что сейчас весь мир, по сути, находится в состоянии войны
(P.S. да полковник напропалую врет, но откуда подросток может знать и проверить эту информацию. Не будут же ему говорить, что они фактически своими действиями спровоцировали туманник).
— Когда туманник нанес удар по позиции батареи, наши военные пытались его отразить, но удар был слишком массированным. Мы там потеряли целиком ракетный дивизион. Сейчас во многих семьях оплакивают потерю мужей и сыновей. — полковник произнеся всю эту речь замолчал.
В этот момент в палату вбежала еще одна медсестра и подойдя быстрым шагом к доктору, что то зашептала ему на ухо. Услышав новости доктор как-то осунулся, затравленно огляделся и собравшись духом произнес. — Сэмюель! Приношу тебе свои соболезнования. Ты остался из своей семьи последним. Твоя сестра только что умерла.
В палате наступила гробовая тишина.
— Туманники значит, — медленно, с какой-то неживой маской на лице, произнес парень. — Я отомщу... жизнь потрачу, но отмщу за все.
Он повернулся к толстячку.
— Я согласен на ваше предложение. Мне надо где-то расписаться?
— Да-да, — засуетился толстячок. — Подпишите вот здесь и вот здесь! Еще раз приношу свои соболезнования. А теперь разрешите откланяться, дела — дела.
И торопливо вскочив, толстячок, практически бегом, выскочил в коридор. Подполковник не спеша встал, ободряюще похлопал по плечу Сэма и произнес.
— Крепись, парень. Мы все хотим отомстить туманникам за наши жертвы и унижения. И когда выучишься, если что, я буду рад тебя видеть в наших рядах.
Неспешно кивнув врачу и медсестрам, подполковник так же вышел в коридор, аккуратно прикрыв за собой дверь.
— Оставьте меня. — попросил Сэм медперсонал. — Пожалуйста, оставьте!
— Хорошо-хорошо, — проговорил врач. — Если что вдруг понадобиться, сразу вызывай. И все присутствующие оставили Сэма одного в палате.
Вашингтон. Округ Колумбия. Army Navy Country Club. 19 мая 2041 г.
В небольшом, стилизованном под викторианский стиль кабинете, беседовали двое мужчин.
— Опять облажались? — произнес один из мужчин, сидящий во главе стола. — Мы потеряли целую ракетную батарею, а результатов всего ничего.
— Ну почему же? — произнес второй, в котором можно было узнать того самого неизвестного «мистера» — Кое-что, мы узнали. Туманники достаточно быстро адаптируются к новым условиям. Да расчеты наших умников оказались неточны, но если бы мы знали прикуп заранее, то сидели бы не здесь, а где-нибудь в собственном дворце на Гавайях и наслаждались заслуженным отдыхом.