Счетовод
Шрифт:
Кто-то из сидящих в первом ряду подбросил монетку. Решка.
КК трясло в вагоне электрички. Два часа на поезде – и все равно тот же город. Новые микрорайоны, один – на западе, другой – на востоке, удлинили очертания города, превратив его на карте в подобие шляпы. КК наблюдал за однотипными картинками за окном.
Наконец, поезд остановился, и КК вышел на платформу, имевшую благодаря высоким опорам футуристичный вид. КК раньше тут никогда не был. С высоты МК2 выглядел вовсе не так пугающе, как его описывали. КК остановился у парапета и закурил. Высокие бело-серые дома большими зигзагами уходили вдаль до самого
Подойдя к нужному дому, КК увидел красно-желтую линию оцепления, и понял, что пришел правильно. Сотрудник частной охранной организации, приписанной к этому зданию, проверил удостоверение КК и провел его к месту преступления.
Первая мысль, возникшая у КК, когда он увидел то, из-за чего его вызвали, была: «Все совсем не так скучно, как говорил шеф».
На лужайке перед главным входом в здание на скамейке, вытянув ноги, сидел человек в бейсболке. И никому, кроме профессионального медика или опытного сыщика, не пришло бы в голову заподозрить, что сидящий уже по крайней мере несколько дней как мертв.
– Весело тут у вас, – пробормотал КК.
– Да уж, – хмуро пробурчал охранник.
Выполнив все формальности, КК распорядился о перевозке тела в лабораторию при Отделе и опросил свидетелей, точнее – всех, кто толпился на месте обнаружения тела.
По дороге обратно КК пытался свести воедино полученные показания и совместить их с фактами. Информации было немного. Рано утром, когда сегодняшний охранник шел на смену, он заметил на скамейке странного мужчину. Однако, сидеть на лавочке – не запрещено, поэтому охранник не придал этому никакого значения. Во время дневного обхода он обратил внимание, что человек продолжает сидеть в той же позе без движения. Охранник подошел ближе, и увидел на груди у сидящего листок бумаги, на котором печатными буквами было написано: «Кажется, меня отравили» и нарисован грустный смайлик. Охранник тут же позвонил в Особый Отдел. После этого, как предписано инструкцией, оцепил территорию лентой и стал ждать полицию.
Показания остальных опрошенных подтверждали рассказ охранника, но не добавляли к нему ничего нового.
КК размышлял. Кто этот умерший? И вряд ли он умер, сидя на скамейке. Нет, его посадили сюда уже мертвого. И тот, кто это сделал, явно хотел, чтобы труп был обнаружен. Более того, если верить записке, и причина смерти этого человека – отравление, тогда тот, кто его посадил на лавку, явно требует расследования по этому поводу. Следовательно, тот, кто убил, если убийство имело-таки место, и тот, кто посадил на лавку, – это разные люди.
КК достал блокнот и стал записывать.
Есть трое неизвестных: убитый, убийца и тот, кто посадил тело. Условно – труп, убийца и свидетель. КК отчеркнул написанное и стал писать вопросы: связаны ли как-то убийца и свидетель? Откуда свидетель знает, что труп был отравлен? Свидетель – свидетель убийства или узнал об этом случайно? Путаница. КК зачеркнул слово свидетель и написал «сажатель». Сажатель – свидетель? Откуда труп у сажателя? Где он его взял? И зачем? Правда ли труп отравлен? Может, это все вообще плохая шутка?
Записка – тот, кто писал, явно молод. Или хочет казаться таким.
КК снова провел
На вид без явных признаков насильственной смерти. Смерть наступила – когда. КК поставил рядом с этой строкой три знака вопроса. Одежда на умершем старая, но не из помойки. Просто старые чистые вещи. Его ли? Таких много у любого – старые линялые футболки, спортивные штаны. Шлепанцы на ногах и бейсболка – похожи на новые. Проверить! Восклицательный знак.
Так, дальше. Тело в очень хорошем состоянии. Следов разложения практически не видно. Где он находился с момента, как умер? В морге? В холодильнике? КК задумался. Сажатель его вынул оттуда, но зачем? И почему убийца не избавился от трупа? Зачем хранить труп в холодильнике, если его можно закопать или утопить? Может, отравление было случайным, и никто никого не убивал? Например, умер бездомный, выпив какую-нибудь гадость, его тело отнесли в морг и стали ждать, пока кто-то за ним придет. Но никто не пришел… и тогда труп отправили в больницу. Нет, не в больницу, а на кафедру патанатомии. Там студенты узнали про отравление и решили побороться за справедливость. КК усмехнулся. Было бы прекрасно, если б все оказалось именно так. Это была б первая в его жизни гениальная догадка. Но так не бывает.
«Скорей бы пришел ответ из лаборатории, и все анализы, необходимо установить личность умершего», – КК поднял голову от блокнота и посмотрел в окно. Мелькающие за окном бело-серые волны домов уже окрасились в желтые оттенки ночной подсветки микрорайона МК2.
КК плохо спал ночью. Ворочаясь, он бессознательно пытался подумать о чем-то хорошем и успокаивающем, но у него ничего не получалось. За какую бы область своей жизни он ни взялся, везде было как-то не так. Работа была нормальная, но удовлетворения не приносила. Семьи у КК не было, никакого серьезного романа – тоже. Последние его отношения были вялыми и бесперспективными – КК поддерживал их скорее по необходимости, чем по желанию, и когда пришло время их прекратить, это шаг дался КК безо всяких душевных мук.
Единственное, в чем КК находил радость, было разгадывание загадок – любых, от судоку и кроссвордов до настоящих преступлений на работе. Но сейчас даже это не получалось, КК злился.
Стать полицейским КК решил еще в детстве, детективные сериалы, которые он смотрел с утра до вечера, рисовали работу следователя как самую интересную и важную профессию в мире. Реальность, как всегда, разочаровала. Много административной работы, много контроля, много начальства, мало интересных дел, и никакой свободы в принятии решений. И еще маленькая зарплата.
Особенно скучно стало, когда старый напарник КК ушел на пенсию, и КК пока что работал один. Интересных дел КК не давали. И вот сейчас, когда нестандартное дело случайно свалилось на КК, он никак не мог с ним справиться. Он даже толком не понимал, с чего начать.
Единственное логичное решение загадки, которое пришло ему в голову, не находило подтверждения. КК лично обзвонил все морги и больницы с вопросом, не пропало ли где-то тело. Получив отрицательный ответ, КК не знал, куда двигаться дальше. На работе его никто не поддерживал, да и делиться своими мыслями КК ни с кем не хотелось.