Щит судьбы
Шрифт:
Он проигнорировал звук и повернул голову на запад.
Его глаза горели. Перевалило далеко за полдень, солнце ярко сияло на небе. Он приставил руку козырьком, чтобы защититься от солнца.
— Ну давай, Ормузд, — проворчал Велисарий. — Решайся. Даже проклятому Богом арийскому принцу не нужна целая неделя, чтобы решиться на предательство.
Маврикий повернул голову, чтобы посмотреть туда же, куда и Велисарий.
— Ты думаешь, именно сейчас он и решается на предательство?
— Рассчитывай на это, Маврикий, — тихо ответил Велисарий. — Могу гарантировать,
На мгновение он повернулся на юг. Сильно прищурился, словно только одной силой воли мог разглядеть, что происходит внутри огромного шатра, который малва поставили на левом берегу Евфрата, более чем в миле от места отдыха Велисария. Шатра, где, как был уверен Велисарий, отдавал команды демонический Линк.
Маврикий мрачно заворчал:
— Может, ты и прав. Черт побери, я на это надеюсь. Если эта проклятая осада продлится еще долго, мы… а, — он неопределенно махнул рукой, словно смахивал дерьмо, прилипшее к тунике. Велисарий ничего не сказал. Он знал: Маврикий не беспокоится, что малва могут взять дамбу фронтальной атакой. И хилиарх также не беспокоится, что малва могут истощить римлян. Постоянный поток барж, идущих из Карбелы, обеспечивал защитников гораздо лучше, чем нападавших. Римляне могли держать эту полуосаду почти бесконечно.
Но… они уставали. Уставали физически, уставала нервная система. После яростных атак малва в первые день и ночь, от которых они отказались в пользу бесконечных пробных вылазок и быстрых «мелких уколов», потери были относительно малыми. Но «легкие» потери — это все равно потери. Это люди, убитые, искалеченные, раненые. День за днем, и конца этому не видно.
— Надеюсь, ты прав, — повторил он. Угрюмо. Велисарий решил, что пора сменить тему.
— Агафий выживет, — объявил он. — Теперь я в этом практически уверен. Я видел его только вчера.
Маврикий посмотрел вверх по течению, на медицинские баржи, стоявшие на якоре вне зоны досягаемости ракет малва.
— Рад это слышать. Я думал…
Он не закончил фразу, вернее закончил ее неопределенным ворчливым звуком. Не угрюмым на этот раз. Непереводимый звук совмещал восхищение и неверие.
— Не думал, что он вытянет, — признался Маврикий. — В особенности после того, как он отказался ехать в Карбелу.
Велисарий кивнул. Большинство пострадавших римлян после установления очередности оказания помощи раненым (целью чего было максимальное количество выживающих) отправлялись в Карбелу. Но Агафий наотрез отказался — даже угрожал насилием, когда Велисарий попытался настаивать. Поэтому он остался, как и его молодая жена. Судаба была так же упряма, как и муж, когда говорил с Велисарием, и не обращала внимания на требования Агафия, заставлявшего ее уехать. И также угрожала насилием.
На самом деле Велисарий был благодарен. Константинопольскими войсками теперь командовал Кирилл и показал себя очень хорошо на этой должности. Но то, как держался Агафий, поразительно подняло боевой дух армии, и не только греков.
На протяжении последней недели
Но мужчина выдерживал все со стоицизмом, который бы опозорил Марка Аврелия, и всегда укреплял намерения посетителей выстоять против малва. От Эйда пришел ментальный импульс:
«Ты только подумай, какова сила воли этого человека. И как ты должен быть счастлив, имея таких друзей».
— Да, — прошептал Велисарий. — Да.
«В будущем таких людей будут воспевать поэты. Через много столетий».
Велисарий сделал глубокий вдох.
«В таком случае давай дадим человечеству эти столетия. И все миллионы столетий, которые придут после».
Глава 36
В тот самый момент, когда Велисарий давал свою молчаливую клятву, сущность из будущего, которая называла себя Линк, допустила катастрофическую ошибку.
Линк рассчитал возможности. Проанализировал случайности. Оценил варианты выбора. Оценил возможности вражеского командующего так точно и так правильно, столькими способами, что Велисарий был бы поражен, если бы когда-то узнал, как тщательно его измерили.
Однако его оценивали только как полководца — поскольку Линк понимал лишь это.
Существо из будущего с его суперчеловеческим умом пробралось до самых глубин извилистого ума Велисария. До самых его корней.
И полностью упустило человека.
— Значит, Ормузд согласился?
Подчиненные Линка, занимающие самые высокие должности в армии малва, четверо офицеров, устроившихся на подушках перед стулом, на котором сидела старая женщина, кивнули одновременно.
— Да, Великая Госпожа Холи, — сказал один. — Он снимет свои войска с места через три часа после захода солнца.
Линк задумался, оценил, рассчитал, проанализировал.
Оценил хитрый разум великого полководца Велисария.
После долгого опыта общения с Великой Госпожой Холи четверо офицеров сидели все эта время молча. Им никогда не приходило в голову что-то советовать. Советы не требовались и были нежелательны. И если Линк и не отличался взрывным характером покойного господина Дживиты, существо было абсолютно безжалостным. Офицеры особо не боялись огромных мужчин с кривыми индийскими саблями, расположившихся между ними и Великой
Госпожой Холи. Это просто охранники. Но офицерам требовалось только повернуть головы, чтобы увидеть ряд молчаливых наемных убийц, которые ждали, как статуи, в дальнем углу шатра. Линк — Великая Госпожа Холи — уже трижды использовал этих наемных убийц после начала экспедиции. Дважды, чтобы наказать за провал.
Но также нашелся и офицер, который не смог удержаться от совета.
Наконец Линк заговорил:
— Есть возможность. Она маловероятна. Если бы врагом командовал кто-то другой, я бы тут же забыл про нее. Но в данном случае не могу. Не с Велисарием.