Щит

Андрижески Дж. С.

Я уставилась на него, не в силах скрыть своё удивление.

— Они все ещё живы?

Эта мысль поражала меня.

И все же, как только я подумала об этом, все сложилось в логичную картинку.

Видящие жили долго. Конечно, кое-какие видящие со времён изначального восстания выжили до сих пор. В конце концов, Вэш же все ещё жив. И Тарси тоже. Сотня лет с точки зрения Сарка — это не так уж долго. Ревик все ещё считался «молодым» с точки зрения монахов, с которыми я говорила, а ведь он примерно столько и прожил.

Почему эта мысль никогда прежде не приходила мне в голову?

Я

не сомневалась, что Териан говорил с ними. Совершенно логично, что он отправился туда после обнаружения мальчика.

Судя по тому, что я видела из жизни Сайримна, утверждение Териана тоже довольно точно; прошло как минимум двадцать лет прежде, чем Сайримн сумел сделать хоть что-то. Двадцать лет почти непрерывных тренировок со всем возможным давлением и применением силы.

Подмигнув мне, Териан нараспев позвал мальчика.

— Нензи, дорогой? — он подождал, когда темноволосая головка повернётся к нему. — Подойди сюда, пожалуйста? Я бы хотел кое-что показать тебе.

Я наблюдала, как мальчик приближается, и снова думала о словах Териана про то, что у Ревика есть теория на мой счёт. В чем бы ни заключались его проблемы с Ревиком, Териан, похоже, вполне искренне восхищался своим бывшим напарником. Он уже несколько раз упоминал, как ему хотелось бы позаимствовать мозг Ревика для той или иной цели, или просто узнать его мнение.

Вэш как-то раз вскользь упоминал нечто схожее — что Ревик умён, умнее большинства тех, кого он знал в Семёрке.

Он даже намекал, что Ревик притворяется глупым.

Конечно, я знала, что он умён. Любой, кто говорил с ним хоть несколько минут, прекрасно мог заметить его интеллект. И все же я улавливала лишь проблески этого интеллекта на корабле. Там он в основном читал мне лекции и часто выглядел откровенно скучающим. Мы никогда на самом деле не говорили о том, что могло бы представлять для него интересную интеллектуальную задачу.

Я гадала, насколько же сильно я его недооценивала.

Мальчик подошёл к месту, где мы сидели. Я увидела, как он настороженно смотрит на руку, которую Териан держал на моем колене, и Териан тут же её убрал.

Видящий со скандинавской внешностью поднялся на ноги.

Нагнувшись, он подхватил стеклянный жезл с пола. Взвешивая его вес в одной руке, он показал его мальчику, позволив Нензи провести пальцами по резному кристаллу с боков. Предмет был примерно 75 сантиметров в длину, посередине толщиной в несколько сантиметров, а на одном конце заканчивался более крупным шаром. Эта штука казалась мне смутно знакомой по археологическим хранилищам под особняком в Сиртауне.

Мальчик робко прикоснулся к предмету, его глаза выражали любопытство.

— Это называется urele, Ненз, — сказал Териан. — Это предназначено для работы с экстрасенсорикой, — должно быть, он ощутил на себе мой взгляд, потому что его тон изменился, сделался более лёгким. — …хотя можно найти и другие применения, полагаю.

Он бегло взглянул на меня, подмигнув и показав на стеклянный прут.

Я скрыла выражение своего лица, прикусив язык.

— Данная urele принадлежала нашему другу, Дигойзу Ревику, — сказал Териан,

все ещё улыбаясь мне. — Вас не удивит знание, что я украл это у него… после того, как он отказался от моего предложения вновь примкнуть к нашей маленькой организации, — улыбнувшись, он посмотрел на мальчика. — Видящие использовали такие штуки для экзаменов в школах видящих, Ненз. Раньше, когда такие вещи ещё существовали. Это был способ протестировать чей-то контроль.

Я видела, что Нензи смотрит на меня. Он нахмурил лоб, поджав губы. Он видел, что я зла на Териана.

Ему также не понравилось упоминание Ревика.

Слегка покачав головой, я закатила глаза, кивнув в сторону скандинава.

Нензи широко улыбнулся от облегчения.

Похоже, он все ещё думал, что наша с Терианом перепалка — это игривое дружелюбное подшучивание, как ссора между братом и сестрой.

И все же я осознала, что с интересом прислушиваюсь к словам Териана.

— Раньше, в те дни, — продолжал он, — существовала настоящая система рангов, а не эта искажённая, одобренная людьми система, которую теперь использует Мировой Суд. Однако в оригинальной системе, как и сейчас, видящим присваивалось два ранга. У них имелся ранг aleimi, основанный на их потенциале… то есть, то, с чем они родились. Затем они получали рабочий ранг, то есть, то, что они действительно научились использовать, — он улыбнулся мальчику. — Полагаю, некоторые из старичков в Памире даже знают свои изначальные баллы.

Я подумала о Вэше, не сомневаясь, что он знает.

Тарси также пришла мне на ум.

— Я бы хотел попробовать определить твой ранг таким способом, Ненз, — увидев, как взгляд мальчика становится резким, он улыбнулся. — Просто ради потехи. Urele реагирует на свет aleimi. Это немного похоже на игру на музыкальном инструменте. Тебе понравится. Обещаю.

Когда Териан посмотрел на меня, я также скептически вскинула бровь.

Он улыбнулся, поигрывая urele и подкидывая её в ладони.

— Но это же виртуально, верно? — спросила я.

— Нет, — сказал Териан, взглянув на меня. — Поверхностные элементы в этой комнате виртуальны. Птицы, камни, вода, стекло, текстура стен и пола. Ты, я мальчик — мы реальны. И urele тоже.

— Так где мы на самом деле? — спросила я.

Териан лишь улыбнулся.

— Так что? — спросил он, поворачиваясь к мальчику. — Как насчёт того, чтобы посмотреть, на что ты способен?

Нензи сделал короткую серию жестов руками.

Помедлив всего на долю секунды, Териан сделал утвердительный жест одной рукой.

— Ладно. Значит, я первый.

Я тихонько фыркнула, но Териан едва удостоил меня взглядом.

Сжав толстый конец urele, он подошёл к тому участку пола, который находился под самой высокой точкой арки стеклянного купола. Он несколько раз умело подкинул палочку в руках; затем, добравшись до центра широкого круга на полу, он резко бросил палочку в воздух.

Я вместе с Нензи наблюдала, как она подлетает вверх.