Щит
Шрифт:
Отпив большой глоток чая, я поставила чашку и только тогда заметила, что мои руки дрожат. Поверить не могу, что я его не почувствовала.
Затем, подумав об этом, я вполне поверила, что я его не ощутила.
Но это вновь заставило меня задаться вопросом, почему он не приходил раньше.
В те разы, что мне удавалось коснуться его света, он не казался сердитым, но ощущался не совсем… нормальным. Подтянув ботинки поближе, я сунула ногу в носке в первый ботинок и принялась зашнуровывать. Я заставила свой разум опустеть.
— Он зол на меня, — радостно
Моя нервозность усилилась.
— Супер. Ладно. Он снаружи?
— Он не уйдёт, — повторила она. Её бледные глаза улыбнулись мне. «Возьми шкуру яка. И оставь себе одежду. Я заберу её у тебя, когда ты вернёшься».
Надев второй ботинок и зашнуровавшись, я встала и позволила одеялу упасть на пол, пока я осматривалась по сторонам и искала, где оставила пальто. Найдя его на полу у двери, я кое-как натянула его, а затем ощутила Ревика, ищущего меня. Острая лента боли полоснула по моей груди, заставив резко втянуть дыхание. Я положила руку на белёный камень, стараясь не выблевать чай.
Достаточно придя в себя, я посмотрела на Тарси.
В этот раз я увидела в её глазах доброту и веселье.
— Мне нужно будет вернуться сюда? — спросила я. — Ведь так, да?
Она сделала плавный жест, взмахнув запястьем вверх — «да» среди видящих.
Она добавила:
— А сейчас иди с ним. Вы оба ни на что не годитесь, — улыбнувшись, она продолжила более культурным тоном своего разума. «Будет лучше, если мы позволим вам двоим некоторое время просто побыть женатыми. В текущем состоянии вы оба становитесь помехами. И он ещё хуже, чем ты».
В ответ на мой скептический взгляд её взгляд сделался резче.
— Тебе нужно кое-что сказать ему, Мост. До того, как вы уйдёте. Я узнаю, если ты этого не сделаешь. Тогда я пойду за вами и сама ему расскажу.
«Повтори мои слова точь-в-точь, — послала она. — До того, как вы куда-то уйдёте. Потом он уже не услышит».
Я кивнула, но последнее уточнение меня озадачило. Я закончила застёгивать пальто и встала у двери.
— Ладно. Что сказать?
Она произнесла несколько слов. Они ничего не прояснили, так что я несколько раз повторила предложения в голове, пытаясь найти в них смысл.
— Что это значит? — спросила я.
«Элисон, скажи ему ровно то, что я сказала тебе».
— Но ты ведь говоришь обо мне, верно? Почему я не могу знать, что это значит, если…
Она так громко щёлкнула языком, что я умолкла.
«Элисон, — послала она. — Я не играю в игры. Скажи ему. Или я скажу сама».
После недолгого колебания я кивнула. Хотя я пребывала отнюдь не в восторге. Потянувшись к ручке деревянной двери, я остановилась в последний раз и окинула взглядом интерьер маленькой землянки. За последние несколько недель она стала всем моим миром.
— Попрощайся
— Ты тянешь время, Мост? — она улыбнулась.
Я вздохнула.
— Может быть.
Приготовившись, я дёрнула дверь и вышла на открытое пространство, выбрасывая из головы пожилую женщину, безнадёжные образы войны, разлетающегося стекла и мёртвых детей… по крайней мере, на какое-то время.
***
Мне стоило бы знать, что он необязательно будет ждать на открытом месте.
И все же, когда я сразу же не нашла Ревика взглядом, это заставило меня помедлить. Я просканировала тени, частично используя свой свет, и различила его высокий силуэт, неподвижно стоящий возле группы темных деревьев с огрубелой корой. Он стоял на противоположной стороне поляны, недалеко от места, где я в последний раз видела Чандрэ.
Он не смотрел на меня.
Однако он ждал, когда я его найду. Это я почувствовала, но больше практически ничего. Ревик никогда так плотно не закрывался от меня щитами с тех пор, как мы вместе плыли на корабле. В Барьере он был заметен только как нечто отсутствующее, а не присутствующее. Его силуэт представлял собой пустое место в живом свете леса.
Как только я об этом подумала, его свет изменился.
В мгновение ока его свет подстроился под лес с такой точностью, которой я невольно восхищалась.
Я зашагала вперёд. Его высокий силуэт оставался неподвижным, пока я шла по траве.
Тени тянулись, чередуясь с полосами раннего утреннего света и окрашивая пятнами его лицо под деревьями. Ревик не посмотрел на меня, когда я подошла, и вместо этого продолжал смотреть на небо за краем утёса. Внезапно я осознала, что чтобы добраться сюда в такое время, он должен был выйти в середине ночи.
Когда я встала прямо перед ним, Ревик повернул голову, но все ещё не смотрел мне прямо в глаза.
Одно мгновение мы просто стояли рядом.
Вот так, когда его свет закрыт, находиться с ним рядом было почти проще.
Я посмотрела на розоватые облака и осознала, что не выходила из пещеры Тарси, должно быть, несколько дней.
Повернувшись в следующий раз, я заметила, что Ревик смотрит на меня. Его взгляд прошёлся по моему телу, но тут он ощутил, что я смотрю на него, и отвернулся. Его лицо превратилось в пустую маску, которую я помнила по времени, когда мы только познакомились. На щеке у него виднелся синяк — такой тёмный, что ему как минимум несколько дней.
Я робко попыталась прочесть, что же происходит за этой маской.
Ревик не то чтобы оттолкнул меня, но я ощутила движение, с которым он увернулся от моего света.
Его голос заставил меня подпрыгнуть. Ревик заговорил по-английски, с сильным акцентом.
— Ты остаёшься? — спросил он. — Здесь. С Тарси.
Я сделала вдох.
— Она сказала, что я могу уйти.
Ревик не посмотрел мне в глаза, но кивнул.
— Что ты теперь будешь делать?
Я поколебалась, внезапно ощутив неуверенность.