Щупальца
Шрифт:
— Забыли про него совсем, — задумчиво произнесла девушка. — И про него, и про нас забыли.
А ведь было время, когда о нем писали чуть ли не каждую неделю. Все началось с падения метеорита в северных лесах тогда еще не суверенной и даже не автономной области. На месте падения обнаружили глубокую воронку, а возле нее обломки металла красноватого цвета. При исследовании местности один из лаборантов заметил, как из-под крупного обломка, лежавшего в отдалении, выбралось существо, напоминавшее большой клубок черной шерсти с торчащими из него нитками. Пришелец быстро добрался до ближайшей лужи, где затих, заметно увеличившись в объеме.
Но шло время. Ученые ежемесячно выдавали новый вариант программы контакта, существо его игноррировало. Пришельца не интересовали ни световые сигналы Морзе, ни композиция цветовых оттенков, ни музыка, ни различные запахи. Сгусток проявлял признаки жизни лишь при появлении питательной смеси, которую обнаружили в помятом резервуаре на месте катастрофы. Со временем ученые изучили ее состав и научились готовить такую же, наладив впоследствии даже промышленное производство. Интрига исчезла, слухи прекратились, газеты все меньше писали о пришельце, а потом замолчали совсем, окончательно потеряв интерес.
— Сегодня все задержимся после работы, — весело объявила появившаяся из холла Светлана Федоровна.
— А в чем дело? — недовольно спросил Женя, оторвавшись от экрана компьютера. — Две недели на новом месте, — объяснила Светлана Федоровна, — а мы все еще не отметили новоселье.
— Было бы что отмечать, — проворчал под нос Петр Ильич, грозно сверкая очками из узкого прохода.
— Порядочные люди всегда найдут место празднику, — укоризненно посмотрела на него Светлана Федоровна. — Все готово уже, а вам, как всегда, не угодишь.
— Ладно, не ссорьтесь, — сказал Иван Николаевич. — Раз люди старались, то грех не отметить.
Ровно в шесть все, кто работал в этот день, собрались в холле, под который решили оставить одну из комнат даже при всеобщей тесноте. Там стоял лишь длинный стол с двенадцатью стульями вокруг и неработающий телевизор с поцарапанным экраном, который повредили при переезде. Теперь и покупать новый, и ремонтировать старый было одинаково не по карману.
Стол не пустовал. На розовой скатерти уже заботливо расставили семь больших тарелок (по числу собравшихся), блюдо с жареной рыбой, тарелочки с нарезанным сыром и колбасой. В центре стояла ваза с пирожными, а возле нее три бутылки водки и бутылка коньяка.
— О, даже коньячок, — удивился Иван Николаевич. — Откуда такая роскошь?
— За гостей компенсацию выплатили, — пояснила Светлана Федоровна.
— В брусках? — поинтересовался Женя.
— А в чем же еще? — отреагировал Петр Ильич. — Валюта начальству, небось, самому нужна.
— Хорошо, что хоть это заплатили, — вздохнул Иван Николаевич. — А валюта и нам не помешала бы. Тогда и смеси бы купили. Помрет чудовище наше без смеси, точно говорю, помрет.
— Но
— Нет, — продолжил Иван Николаевич. — Не ест, потому что не может. Вот вы, Лариса, что больше всего не перевариваете?
— Вареную свеклу, — не задумываясь, ответила девушка.
— А что было бы, если бы вас всю жизнь кормили мясными и рыбными консервами, а потом вдруг перевели на вареную свеклу?
— Да ну, Иван Николаевич, привыкла бы, наверное.
— А вот оно не может! И потом, если оно даже и ест, то неизвестно, как влияет на его организм съеденное. Ведь в каше и киселе могут содержаться такие добавки, какие смесь и не предполагала.
В этот момент подошли молчаливые супруги Сидоровы, работавшие в одной из дальних комнат, и все принялись усаживаться за стол. Разговор сразу же переключился на разные бытовые мелочи.
— Мы ведь до сих пор так и не решили, кто будет дежурить в это воскресенье, возвестил Иван Николаевич, сидевший во главе стола. По одну сторону от него расположились Сидоровы и Петр Ильич, по другую — Лариса, Женя и Светлана Федоровна, которая то и дело порывалась что-то сказать.
— Вот Петр Ильич у нас давно не дежурил, — наконец предложила она, не забыв, что он отказался подменить ее в прошлое воскресенье.
— Помилуйте, Светлана Федоровна, — возмутился Петр Ильич, обращаясь сразу ко всем. — Я две недели подряд в прошлом месяце дежурил. Пусть Волопасов лучше, видите, его опять сегодня нет.
— Не получится, — сказал Иван Николаевич после первой рюмки. — Он в субботу дежурить будет и вряд ли согласится остаться на следующий день. А сегодня его нет, потому что я ему дал отгул за позапрошлое воскресенье.
— Сверхурочные надо платить, — предложил Женя. — Тогда и желающие появятся.
— Откуда им взяться-то, сверхурочным? Скоро и зарплату урежут. Указ готовится. О снятии налогов с предприятий и перенесении их на непроизводительную сферу, то есть, на нас с вами.
— А что мэрия говорит? — спросил Петр Ильич. — Почему она молчит?
— Мэрия не молчит. Она советует самостоятельно поискать источники финансирования.
— Легко сказать поискать! — чуть не кричал Женя. — Если торговля выкрутится, то нам что делать? Не пришельца же за деньги показывать!
После второй рюмки все стали гораздо разговорчивее.
— Недавно такую помаду рекламировали, чудо, да и только, — поделилась Светлана Федоровна с Ларисой. — Жаль только, что за доллары.
— Все эти рекламы — чушь собачья, — заявил Петр Ильич, закусывая ломтиком сыра. — Вообще их нельзя по телевизору показывать. Вот вчера на экране картинка: море синее-синее, яркое солнце и желтый песок. И голос: Приглашаем всех желающих посетить курорты Италии. Оплата в СКВ;. Внук мне сразу: Деда, ну поедем, поедем. Смотри, там всех приглашают;. А что я ему скажу? Он ведь не понимает, что такое СКВ.
— А сын его разве не возил к морю? — спросила Лариса.
— Да где там! С утра до вечера горбатится на своем заводе, едва на жизнь хватает.
— Ужасно, — согласилась Светлана Федоровна. — А у моей дочери второй раз квартиру обворовали. В первый раз, когда ей видеотехнику выделили, на пятый день дверь выломали. Едва-едва наскребли денег на новую обстановку, на предприятии с вещами помогли, и на тебе — снова!
— Видать, мафия за распределением следит, — заметил молчавший до этого Сидоров.