Сдохни, но сделай
Шрифт:
– Интересно, - задумчиво пробормотал Пашка, разглядывая возникший прямо перед его глазами небольшой круг на экране. Он осторожно шевельнул джойстик. Круг на экране послушно сместился.
– Таня поверни левее, - сказал он. Картинка на экране рывком сместилась, и теперь они приближались к опушке леса в паре километров от них. Пашка подвигал кружком, наводя его на линию деревьев, а затем решительно вдавил ту самую синюю кнопку. Ничего не произошло.
– И как же? – спросил он, обшаривая взглядом пульт. Нажал на такую
– Теперь правее, - попросил он.
– Это то, что я думаю? – спросила Таня, выполняя просьбу. Кружок на экране уполз влево, по-прежнему указывая на приметную выделяющуюся среди других деревьев сосну.
– Надеюсь, - Пашка вдавил опять кнопку наверху правого джойстика.
– Есть!!! – радостно заорал он, наблюдая за небольшой вспышкой на помеченном дереве. Круг прицела на экране сменил цвет на желтый и постепенно зеленел. На экране пошёл короткой рябью, прожаренный лучом лазера воздух.
– Десять секунд примерно, - определил время зарядки Пашка и повторил выстрел. Несчастная сосна рухнула, взметнув веер обломков.
– Теперь у нас боевой Тушканчик, - сказала Таня.
– Получается левый пульт для пилота, правый для стрелка, - сказал Пашка: - Но, я думаю, они должны как-то переключаться, а может и всё на один пульт можно назначить.
– Скорее всего. Наверно Чужой переключил управление полетом на тот пульт, где ты тогда сидел.
– Разберемся позже. Давай возвращаться. Догоняй танк и садись впереди
– Хорошо, только с посадкой поможешь, - ответила Таня и улыбнулась. Ей было радостно. Да и летать оказалось совсем несложно.
***
– Как думаешь, Максим, если над рекой лететь, он не утонет? – спросила Кристина. Она уверенно вела Тушканчика над то и дело виляющей грунтовкой, зажатой с обеих сторон лесом. Хоть корабль и летел выше деревьев, но Зипке было неуютно. Ведь их верхушки были так близко, что казалось, они вот-вот за них зацепятся.
– Не утонет, - ответил Зипка, взглянул на часы на руке и сообщил: - Моя очередь.
– Можно ещё чуть-чуть? – взмолилась Кристина.
– Ладно, лети до вон того холмика, а дальше я, - Зипке эта небольшая уступка не стоила ничего, а ей было приятно.
– Переключаю, - сказала Кристина, когда, всё так же прижимая корабль к самым верхушкам, долетела до небольшого холмика на обочине дороги. Нажала на кнопку на пульте, на которой были нарисованы две противоположные стрелки.
– Управление взял, - доложил Зипка. Эту самую кнопку, которая переключала управление между пультами, нашел именно он. И теперь корабль, повинуясь его четким движениям, немного взмыл вверх, срезая холм, остановился в воздухе и развернулся.
– Вон они, пылят несчастные, - заметил он несущийся по дороге танк. Тот как раз приближался к холму. Вдруг с него замигал фонарь, подавая сигнал.
– Требуют посадки, -
– У нас еще минут тридцать до пересменки по графику, - взглянул на часы Зипка.
– Может, что-то случилось, - девушка внимательно разглядывала танк, но ничего подозрительного не замечала.
– Садимся, - сказал Зипка, завис над дорогой и медленно посадил корабль на землю.
– Что случилось? – крикнул он сидящему за рулем танка Пашке.
– Зипа, летите ниже деревьев над дорогой. Город уже недалеко, могут радарами засечь, - крикнул в ответ Пашка.
– Блин, я и забыл про них, - хлопнул себя по лбу Зипка. Действительно, появляться в поле зрения радаров на вражеской технике было чревато. Ракетчики не спали никогда, а если и спали, то делали это так умело, что враг и не догадывался, что город беззащитен.
– Давай. По плану через час другой до базы доберемся. Там на ночевку встанем. Только не спешите, и Крис скажи, чтобы не лихачила. А то у меня пряжка на ремне тяжелая.
– Да, капитан, - выпучил глаза Зипка, нашарил рукой кнопку и закрыл люк.
– Что случилось? – спросила Кристина.
– Папа про радары напомнил. Нужно ниже деревьев лететь.
– Понятно. Ладно, давай взлетай. Хорош уже брюхо о землю чесать. Тушканчик такое не любит.
– Ага, а ещё он сказал, что ремня тебе даст, если будешь плохо себя вести.
– А я что, плохо себя вела? – нахмурилась Кристина, пытаясь вспомнить за собой какие-то нехорошие поступки.
– Ага, я ему сказал, что ты не хочешь мне кофе сварить. И плечи помять.
– Понятно. А ещё чего вашей светлости хочется?
– Вина красного, да бабу рыжую, - вспомнил Зипка известный фильм и аккуратно взлетел. Невысоко, метров на семь. Чуть повернул и медленно повел корабль между деревьев.
– Рыжую? Ну-ну. Тебе светит только пеленки стирать, да за молоком на детскую кухню бегать.
– Не трави душу. Может и не выйдет там ничего, - загрустил Зипка.
– А ты её любишь? – задала вопрос девушка. Зипка задумался.
– Сложно сказать, - наконец ответил он: - Вроде бы тогда она мне понравилась. Но как-то всё быстро прошло. Она может и не вспомнит меня уже.
– Отца своего ребенка не вспомнит? Нет, Максим, ты ошибаешься. Вспомнит, ещё как вспомнит.
– Этого-то, если честно, и боюсь. Проще где-нибудь под ракету Чужих попасть, чем вот так вот прийти и сказать: здравствуйте, я ваша папа.
– Трус! – сделала вывод Кристина.
– Я не трус. Просто…, - Зипка замолчал, не найдя нужных слов.
– Просто боишься перемен в жизни, - нашла за него слова Кристина.
– Да. Боюсь, - Зипка вцепился в них, как клещ. Они разом поставили всё на свои места и дали ответ на все терзающие его вопросы, которые он задавал себе последнее время: - Ты права. Я боюсь. Даже не боюсь, я не хочу перемен в своей жизни.