Седьмой элемент
Шрифт:
А между тем уроды были уже совсем близко, лезть дальше было некуда, Комаров остановился и увидел, что они его догоняют. Впереди всех была девушка, та самая. Наконец она догнала его и прижалась к нему своим ужасным телом. На ее изуродованном проказой (или еще чем?) лице ясно читалось выражение садистского удовольствия: "Ты побрезговал мною, так на тебе!" Она прижималась к нему все теснее и теснее, лицо ее становилось все ближе и ближе, и тут Комаров проснулся. Легкий сквознячок все еще бродил в его голове, хотя самой дыры уже не было...
Он лежал на спине,
"Наверное, финны ремонт делали, - подумал он машинально, - надо будет спросить у врача. Впрочем, зачем мне это?"
Он протянул руку и нажал кнопку. Тут же открылась дверь и в палату вошла медсестра, можно было подумать, что она все время стояла за дверью и ждала его звонка. На ней был короткий белый халат, а на голове маленькая белая шапочка. Она была молодая и очень хорошенькая, впрочем, как и все медсестры в этой ненормальной больнице, их словно собрали сюда со всех мыслимых конкурсов красоты. Тут были и нежные блондинки с голубыми глазами, и страстные кареглазые брюнетки, и задумчивые шатенки, одним словом, девушки были самые разные, но все они были одинаково красивы, и очевидно, поэтому казались Комарову на одно лицо. Он все время путал их имена.
Он попросил пить, и медсестра налила из графина воды, затем, очень осторожно, почти ласково просунула свою нежную ручку ему под голову и, приподняв ее начала поить его как ребенка. Вода была совершенно безвкусная, словно дистиллированная, но близость красивого женского тела придавала ей какой-то особый, неповторимый аромат, он мог бы пить эту воду вечно, но, к сожалению, она быстро кончилась.
Девушка поставила пустой стакан на тумбочку и нагнулась над кроватью Комарова, чтобы поправить одеяло, короткий халатик задрался, и он увидел, что под халатом на ней ничего нет. Ему вдруг неудержимо захотелось дотронуться до ее такой мягкой и такой упругой на вид попки. Он даже спустил руку с кровати, но в последний момент остановил себя, подумав, что если девушка сделает шаг назад, то сама дотронется задом до его руки. Так и случилось: медсестра сделала шаг назад и скользнула своей голой попкой по ладони Комарова.
– Извините, - сказал он и убрал руку.
– Нет, ничего страшного, - ответила медсестра, - Я сама виновата, я такая неловкая!
– Наоборот, вы очень ловкая, и такая красивая!
– сказал Комаров, Честно говоря, я никак не могу понять, почему вы работаете здесь? Вы могли бы стать фотомоделью или манекенщицей.
– Ну что вы, - улыбнулась девушка - О таких глупостях я даже не думаю. Для меня самое главное - медицина. Я учусь на втором курсе в Первом медицинском, собираюсь стать нейрохирургом.
Комарову стало вдруг стыдно за свою глупую выходку: такая серьезная
– Как будущий нейрохирург, вы не могли бы мне сказать, ушиб мозга, это очень опасно?
– Конечно, ушиб мозга это серьезный диагноз, но у вас такая положительная динамика! И потом, молодой крепкий организм. Так что я думаю, недели через две вы забудете про свой ушиб и никогда о нем больше не вспомните!
– и она жизнерадостно улыбнулась.
Вошел врач, и девушка еще раз, улыбнувшись на прощание удалилась.
– Ну, как больной, голова не болит?
– спросил врач.
– Нет, не болит, спасибо. Но я вот только одного не могу понять. У вас тут так чисто, оборудование все импортное, сестры все просто красавицы, и такие вежливые, исполнительные. Скажите мне честно, это что, кремлевская больница?
– Ну что вы, какие глупости!
– доктор засмеялся, - Нет, это самая обычная больница, №39. Оборудование импортное - так ведь наше-то уже давно не выпускают. Медсестры красавицы - это уж мать природа постаралась, с этим бороться бессмысленно! Приходится терпеть!
– Нет, я не против конечно, - поспешил уточнить Комаров, - просто в голове как-то все сразу не укладывается. Может быть это из-за травмы?
– Вполне возможно, - согласился врач, - Выздоравливайте побыстрее, и все сразу встанет на место. Да, кстати, там ваша жена пришла.
– Она что, уже вернулась?
– удивился Комаров, - Она же была на Канарах?
– Не знаю, - пожал плечами врач, - Очевидно вернулась. Я могу разрешить только десять минут, и постарайтесь не волноваться.
Жена принесла апельсины и бананы, и, очистив один банан тут же сунула его Комарову в рот. Он жевал банан и слушал жену, которая рассказывала про свою работу, про шефа-бабника, и про какую-то Светку Борзунову, которая недавно вышла замуж и никак не может забеременеть.
– Лен, подожди, - перебил ее Комаров, - Лучше расскажи, как там, на Канарах?
Лена оборвала свой рассказ на полуслове, и вопросительно посмотрела на него, от неожиданности, забыв закрыть рот.
– Ну ты же уезжала на Канары, - напомнил ей Комаров, - со своим шефом! Или на Багамы?
– Какие Канары-Багамы? Спустись на землю, Комаров!
– Я звонил тебе на работу, и мне сказали, что ты улетела с шефом на Канары!
– А, так это наши девчонки пошутили!
– засмеялась, Лена, - Они все время так шутят, такие юморные девки! А я к маме, в Зарайск ездила. Я же тебе сообщение оставила, на автоответчике!
– Ты же знаешь, что я никогда автоответчик не прослушиваю! Ну да черт с ним! Ты лучше вот что скажи, ты, когда шла сюда ничего необычного не заметила? Я хочу сказать, тебе эта больница не показалась странной?
– Нет, ничего. Больница как больница, а в чем дело?
– Ты посмотри хотя бы на потолок!
Лена послушно задрала голову и уставилась на потолок.
– Ну и что? Потолок как потолок, белый, ровный.
– Вот именно! А почему он такой белый, ровный и гладкий, как ты думаешь?