Сегмент Лунны
Шрифт:
«Неси его, неси на диван», – в спешке она помогала Джиро нести беспамятного мужа в дом.
Сейчас она не злилась и не винила его ни в чем, напротив, теперь ей самой хотелось заговорить с ним. И, если потребуется, смягчить этот разговор уступками и нежностью. Благо дочь не слышала и не видела происходящего ночью, она спустилась из своей комнаты лишь под конец, когда Алекса уложили на диван, и, завидев отца, начала паниковать: «Что случилось, мам?» – громко спрашивала она. Кэтрин успокаивала ее: «Ничего, он просто перепил».
Кэтрин ждала, пока дочь поднимется наверх, оставив их с мужем наедине.
– Спасибо
– Хорошо, – сказали оба родителя.
Оставшись наедине с Кэтрин, Алекс впервые за все утро взглянул ей прямо в лицо. Он заметил в ее взгляде сдержанность, желание начать разговор, но непонимание, как это сделать. Кэтрин колебалась, часто отпивая и без того кончающийся в маленькой чашке кофе, не глядя мужу в глаза. Тот спокойно сидел напротив нее, прямо смотрел ей в глаза, и она это чувствовала. Найдя в себе решимость, она начала первой.
– Я знаю, что у тебя неприятности на работе, – быстро начала она. – Думаю, все разрешится. Но, если что, помни, что мы справимся вместе, со всем справимся. – Словно отчитавшись, она робко улыбнулась Алексу.
Алекс уже смотрел на стол, откинувшись на стуле. Голова была тяжелой, туман белой пеленой затмевал разум, заставляя полностью расслабиться на не очень удобном для этого стуле.
– Даже если ты потеряешь эту работу, я помогу тебе. Начнешь вести бизнес, дорогой, – дотронулась она до запястья Алекса, – создадим общий семейный бизнес, Анна тоже будет в этом участвовать, я вам все расскажу и…
«Что, если и правда начать заниматься бизнесом, как она, к тому же с дочерью, всей семьей. Забыть тот нелепый случай в баре, может, это все вообще клевета и провокация, и сейчас она сидит, явно узнав об этом от Джиро, стыдясь за посмевшего опорочить честь семьи какого-то сердцееда Стива», – думал он. Кэтрин все так же держала его за руку, продолжая говорить, но Алекс не слушал ее, смотря ей в глаза. Словно опомнившись, он подумал: «Нет, я вижу ее, я знаю ее». Алекс не хотел себя обманывать, он не привык так делать, несмотря на желание сохранить семью, несмотря на новое будущее, в котором забыты все старые обиды и ссоры с женой, простить он не мог.
– Это тебе Стив рассказал про мои проблемы? – перебил ее Алекс, пристально смотря на жену.
Лицо Кэтрин сразу же побледнело, легкая улыбка бесследно растворилась. Не зная, что ответить, она откинулась назад на стуле, чувствуя некое расслабление. Больше ей не придется напрягаться, Алекс помог ей скинуть камень с души, застав ее врасплох. Только когда собеседник швыряет тебе правду в лицо, злость и раздражение наполняют тебя. Эта смесь чувств наполнила Кэтрин, что перевело разговор в хладнокровный, еще более деловой формат. Она не желала больше идти на уступки, Алекс сам упустил возможности, которые она предлагала, а так, по ее мнению, поступают скорее упрямые, гордые глупцы, нежели деловые люди.
– Хорошо, Алекс, – спокойно начала она. – Я хотела как лучше, но ты посчитал, что лучше будет по-твоему, – демонстративно вздохнула Кэтрин.
К горлу Алекса подступала злость, лицо его покрылось багровыми красками гнева. Он уже хотел было повысить голос, как сразу вспомнил, что дома находится дочь, при ней Алекс с женой никогда не ссорился.
– Тебе даже не стыдно? Вообще наплевать, сколько мы вместе
Кэтрин не чувствовала абсолютно никакой вины, даже под натиском Алекса она оставалась спокойной, имея свои ответные аргументы, как ей казалось, она убедительно отстаивала свою позицию.
– О каком стыде идет речь, Алекс? – иронично улыбаясь, исподлобья глядя на него, спросила она. – Ты думаешь, мне легко жить с человеком, который становился мне неприятен с каждым днем все больше и больше? Я жила с тобой ради Анны, надеясь до сего момента, что ты изменишься, – она сделала паузу, – в лучшую сторону.
– Чем, по-твоему, я плох? – уже кипел от злости Алекс, стараясь не повышать голос.
– Мы много раз об этом говорили, дорогой, – уверенно начала она, видя, как муж теряет контроль. – Чего ты добился за двадцать лет? Ничего. Ты все так же занимаешь одну и ту же должность, – крикнула она, – получаешь одну и ту же зарплату. Я все это долгое время посвятила семье и, когда приходилось, работала черт-те где. А теперь чего добилась я за короткое время, посмотри, Алекс? Все, что нас окружает, – Кэтрин начала загибать пальцы, – большой красивый дом, дорогая мебель, этот стул, на котором ты сидишь, это все ты? – Она не унималась. – Дорогое образование дочери в престижном университете, вкусная натуральная еда. Мы больше не сводим концы с концами, Алекс, благодаря тебе? И я прошу от тебя такой же результат, потому что нам хорошо жить так, нам комфортно так, но тебе по душе твоя работа, которую, считай, ты уже потерял…
Алекс уже не чувствовал злости, он быстро остыл, слушая жену. Теперь же он презрительно смотрел на нее.
– …из-за твоего упрямства, – продолжала она, – гордости. Вот как тебе в ответ обернулось дело всей твоей жизни, и ты принимаешь это. Тебе неинтересна жизнь, которой я живу.
Никто из них не услышал спускающуюся с лестницы Анну, которая своей легкой, бесшумной походкой прошла по коридору, заглянув к ним на кухню.
– Мам, пап, что происходит? – нейтральным тоном спросила она.
Кэтрин, увлеченная своей откровенной речью, не сразу опомнилась. Лишь через несколько секунд, улыбнувшись дочке, она слегка отмахнулась с тем чувством, которое испытывает учитель, горячо отчитывая ученика после урока, не заметив стоявшего в дверях директора.
– Ты уже собралась? – мягко спросила она ее.
Анна стояла в спортивной облегающей одежде, подчеркивающей всю ее стройность.
– Да, я пошла, – окинув мимолетным взглядом родителей, ответила Анна. – Пожалуйста, придите к компромиссу, – сказала она и захлопнула за собой дверь.
Как только Анна ушла, Кэтрин собралась продолжить свою пламенную речь, но Алекс начал первым.
– Кэтрин, даже если мы давно отдалились друг от друга, это повод изменять? – успокаиваясь, спросил он.
– Алекс, ты не понимаешь, что я теряла к тебе интерес? – прямо смотря на него, спросила она. – После знакомства со многими интересными людьми, которые разделяют со мной мои взгляды, я поняла, что ты стал чужим человеком для меня, не желающим меняться. Я стала новым человеком, больше не зависящим, как раньше, совершенно ни от чего и ни от кого. Мне не нужно больше слышать от тебя, что все будет хорошо, что мы выкарабкаемся. Все уже стало хорошо, Алекс, только ты остался в прошлом.