Сегун
Шрифт:
– Ты веришь, что Иисус – Бог?
– Я верю в Бога, – сказал он осторожно.
– Не уходи от прямых вопросов. Ты веришь, что Иисус есть Бог? Да или нет?
Блэксорн знал, что любой католический суд в мире давно бы проклял его за ересь. И большинство, если не все, протестантские суды. Даже колебания перед ответом на такой вопрос были признаком сомнения. Сомнение было ересью. Ты не мог отвечать на вопрос о Боге простым «да» или «нет». Должны быть оттенки «да» или «нет». Ты не знаешь о Боге наверняка,
– Да, я верю, что Иисус был Бог, но я не узнаю этого наверняка, пока не умру.
– Почему ты разбил крест у священника, когда впервые появился в Японии?
Блэксорн не ожидал такого вопроса. «Неужели Торанага знает все, что случилось с тех пор, как я прибыл сюда?»
– Я хотел показать дайме Ябу, что иезуит, отец Себастьян – единственный там переводчик, – что он мой враг, что ему нельзя доверять, по крайней мере, по моему мнению. Из-за того, что я не был уверен, что он обязательно будет точно переводить, так, как это делает сейчас дон Алвито. Он проклинал нас, как пиратов, например. Мы не пираты, мы пришли с миром.
– Ах да! Пираты. Я вернусь к пиратству в свое время. Ты говоришь, что вы оба являетесь членами двух христианских сект, оба почитаете Иисуса Христа? Это разве не его главная заповедь – любить друг друга»?
– Да.
– Тогда как вы можете быть врагами?
– Их вера, их версия христианства – фальшивая интерпретация священных текстов.
– А! Наконец-то мы до чего-то добрались. Так вы с ними воюете из-за различных мнений о том что Бог, и что не Бог?
– Да.
– Это очень глупая причина идти на войну. Блэксорн сказал:
– Я согласен. – Он поглядел на священника, – Я согласен всем своим сердцем.
– Сколько кораблей в твоей флотилии?
– Пять.
– И ты старший кормчий?
– Да.
– Где остальные?
– В море, – сказал Блэксорн осторожно, продолжая свою ложь, предполагая, что Торанага сначала задал несколько вопросов Алвито, – Мы потеряли друг друга во время шторма. Где точно, я не знаю, господин.
– Ваши корабли были английские?
– Нет, господин, из Голландии.
– Почему англичан нанимают на голландские суда?
– В этом нет ничего необычного, господин. Мы союзники – португальские кормчие тоже иногда водят испанские корабли и эскадры. Я так понимаю, португальские кормчие водят и ваши океанские суда, согласно вашим законам.
– А нет голландских кормчих?
– Много, господин. Но в таких длительных путешествиях у англичан больше опыта.
– Но почему? Почему они хотели, чтобы ты повел их корабли?
– Возможно, потому, что моя мать голландка, я бегло говорю на их языке и у меня большой опыт. Я был рад такой возможности.
– Почему?
– Это была первая возможность для меня поплавать в этих водах. Ни один английский корабль не собирался плыть
– Ты сам, штурман, присоединился к эскадре из-за своей религии, чтобы воевать против ваших врагов Испании и Португалии?
– Я штурман, господин, сначала и прежде всего. Ни один англичанин или датчанин не были в этих местах. Мы первая торговая эскадра, хотя мы и имеем каперские свидетельства нападать на врагов в Новом Свете. В Японию мы пришли торговать.
– Что такое каперское свидетельство?
– Законное разрешение, выдаваемое королем или правительством, – дающее право воевать с врагом.
– А, ваши враги здесь. Так вы собираетесь воевать с ними здесь?
– Мы не знали, что нас ожидает, когда мы придем сюда, господин. Мы пришли сюда только торговать. Ваша страна почти неизвестна, она – легенда. Португальцы и испанцы очень мало что сообщали об этих местах.
– Отвечай на вопрос – твои враги здесь. Ты собираешься воевать с ними здесь?
– Если они будут воевать со мной.
Торанага недовольно зашевелился.
– Что ты делал в море или в своих странах, это твое дело. Но здесь один закон для всех, и иностранцы находятся на нашей земле только по разрешению. Любое общественное неподчинение или стычка приводят к немедленной смерти. Наши законы ясны и должны выполняться. Ты понял?
– Да, сэр. Но мы пришли с миром. Мы прибыли сюда торговать. Могли бы мы обсудить вопросы торговли, господин? Мне нужно килевать судно и сделать некоторый ремонт – мы можем за все заплатить. Тогда у меня вопрос…
– Когда я захочу обсудить торговые вопросы или еще что-нибудь, я тебе скажу. Пока будь добр отвечать на мои вопросы. Так ты устроился в экспедицию, чтобы торговать, для заработка, а не по обязанности или долгу? Ради денег?
– Да. Такой у нас обычай, господин. За плату и долю во всех доходах – от торговли и захваченных вражеских товаров.
– Так ты наемник?
– Я был нанят главным кормчим, чтобы вести экспедицию, – Блэксорн чувствовал враждебность Торанага, но не понимал почему. «Что я плохого сказал? Не сказал ли священник такого, что идет мне во вред?»
– Это нормальный обычай у нас, Торанага-сан, – сказал он опять.
Торанага начал что-то обсуждать с Хиро-Мацу, и они обменялись мнениями. Очевидно, соглашаясь друг с другом. Блэксорн подумал, что на их лицах видно недовольство. Почему? «Вероятно, что-то было связано с «наемником», – подумал он. – Что здесь было такого? Разве не за все платят? Как еще вы можете достать денег на жизнь? Даже если ты наследуешь земли, все равно…»
– Ты сказал раньше, что ты пришел сюда, чтобы мирно торговать, – сказал Торанага. – Почему тогда ты везешь столько пушек, так много пороха, мушкетов и пуль?