Секрет бабушкиной коллекции
Шрифт:
– Никому!
– Точно?
– Точно!
– А что он нашелся, говорила? – допытывалась Даша.
– Нет, не успела! А какое это имеет значение? – полюбопытствовала Софья Осиповна.
– Пока не знаю, но какое-то имеет!
– Что ты мудришь, Дашка?
– Бабуль, маме ни звука!
– Заметано!
Даша положила трубку телефона.
– Ничего она никому не говорила, только своей соседке Миле.
– Да я уж понял, – улыбнулся Стас. – Итак, кое-что мы уже выяснили, и это хорошо. Скорее всего преступник даже не подозревает, что его тайна разоблачена.
– Тайна-то разоблачена, теперь бы еще его
– Дашка, не спеши, успеется, мы еще только в начале пути…
– Боюсь, как бы собака не слишком вымахала, – вздохнула Даша.
– Какая еще собака? – вытаращил глаза Стас.
– Однако за время пути собака могла подрасти! Ты сказал, что мы в начале пути…
– Остришь? Ну остри, остри! Лишь бы не плакала! – зловеще проговорил Стас.
– Стасик, не пугай меня, мне и так уже страшно! А еще придется уехать… И бабушка останется одна…
– Нет, – решительно заявил Стас. – Твоя бабушка одна не останется. Мы возьмем над ней шефство! Я, Муська с Виктошей и Петька! Мы будем ее охранять!
– Правда? – расцвела Даша.
– Конечно! Так что езжай спокойно! Кстати, во вторник вечером папа пригласил твою маму в театр.
– Да ты что! Откуда сведения?
– Слышал, как он ее приглашал!
– А она согласилась?
– Да. А потом они собираются еще закатиться в ночной клуб!
– Ну и дела! А тебе папа про нее ничего не говорил?
– Ни звука!
– Скрывают, значит… Это, может быть, серьезно…
– Вот и я о том же! Знаешь, Даш, ты там, в Германии, на свободе, постарайся расспросить маму… Вдруг она проговорится…
– Обязательно! Меня это тоже волнует! Хоть и не так, как бабушкина история…
– Еще бы! Ну, дождемся завтрашнего дня, пусть Муська поработает, а там посмотрим…
В понедельник, сразу после школы, Муся с Виктошей поехали к Софье Осиповне. Она встретила девочек с распростертыми объятиями.
– Тетя Сонечка, познакомьтесь, это наша Муся! – с гордостью представила подругу Виктоша. – Она – чудо!
– Ну, что ты, Вика! – засмущалась Муся.
– Заходите, девочки! Прошу!
– А ученики ваши еще не пришли? – спросила Виктоша.
– Будут через полчаса. Только что звонил Стас, проинструктировал меня. Сказал, чтобы я представила вас как новеньких, словом, будто вы хотите поглядеть, как идут занятия, если вы не в состоянии принять участие в уроке.
– Принять участие в уроке? Да мы по-немецки – ни в зуб ногой! – засмеялась Виктоша. – Но вы, тетя Сонечка, не слушайте Стаса, что он понимает! Надо придумать что-то другое! Во-первых, эти люди платят вам деньги, а значит, не захотят, чтобы вы тратили время на посторонних!
– Ты совершенно права, детка! У меня от этой истории мозги отшибло! Но как же быть?
– Очень просто! Вы притворитесь, что подвернули ногу!
–Боже мой, зачем? – воскликнула Софья Осиповна.
– Вы будете сидеть в комнате, мы забинтуем ногу, а дверь открывать будет Муська! Пока человек войдет, разденется, пока она ему объяснит, что вы повредили ногу, и проводит к вам, она успеет во всем разобраться!
– Попробую! – смущенно проговорила Муся. – Ты, Вика, это здорово придумала!
– Конечно! Что я, глупее Стаса, что ли? Тетя Соня, у вас бинт есть?
– Несу!
Через несколько минут Софья Осиповна с забинтованной ногой
– Муська, если спросят, кто ты такая, говори – соседка!
– Хорошо, – согласилась Муся.
– А я, пожалуй, уйду!
– Зачем? – разом воскликнули Софья Осиповна и Муся.
– Лишний человек тут ни к чему! Неужели не понятно? Преступника это может насторожить! Тетя Соня, сколько у вас длится урок?
– Два академических часа с перерывом в десять минут, то есть час сорок, но обычно все-таки не меньше двух часов, сами знаете, то да се, надо же и поболтать немного с людьми…
– Отлично! Я сейчас ухожу и вернусь через два часа! – заявила Виктоша.
– Но где ты будешь болтаться столько времени? – встревожилась Софья Осиповна.
– Да так, прошвырнусь по магазинам, погляжу, где чего! – ответила Виктоша. На самом деле у нее были совсем другие планы. – Все, я пошла!
И она удалилась. Но не вышла из подъезда, а поднялась на один пролет и встала у окна, выходящего во двор. Она решила понаблюдать за учениками Софьи Осиповны. Уроки ее, Виктоша знала, стоят недешево, значит, скорее всего ученики приедут на тачках, а потому нелишним будет записать их номера, поглядеть, какая у кого марка машины и вообще… Виктоша глянула на часы. До начала урока оставалась пять минут. Вот к подъезду подкатила серая «Вольво», оттуда вышли трое мужчин средних лет и направились в подъезд. Виктоша затаила дыхание. Подъехал лифт, и оттуда вышли все трое. И вот они позвонили в квартиру Софьи Осиповны. Виктоша услышала голоса:
– Добрый день, а Софья Осиповна дома?
– Да, да, заходите, пожалуйста, Софья Осиповна повредила ногу, ей нельзя много двигаться!
И дверь захлопнулась. Виктоша опрометью кинулась вниз и записала номер «Вольво». И тут же подкатил белый «жигуль», «девятка», из которого появилась женщина лет тридцати пяти и тоже вошла в подъезд. Виктоша за ней. Они вместе вошли в лифт.
– Вам какой этаж? – спросила Виктоша.
– Четвертый, пожалуйста.
Виктоша доехала до четвертого этажа, убедилась, что женщина тоже идет в квартиру тети Сони, и опять спустилась вниз, записала номер «девятки» и стала ждать. Вскоре подъехало такси, и оттуда выскочили два молодых человека. Оказалось, что они тоже ученики Софьи Осиповны.
Итак, все ученики в сборе. Теперь дело за Муськой. Но и она, Виктоша, тоже кое-что выяснила. Может оказаться, что не так уж мало. Кстати сказать, номер такси она тоже записала. На всякий пожарный случай. А теперь можно со спокойной совестью прошвырнуться по магазинам. Мама обещала к концу четверти купить Виктоше новые туфли, так что неплохо заранее кое-что присмотреть.
Муся встречала учеников Софьи Осиповны, говорила с ними, провожала в комнату, однако никто из шести человек не привлек ее внимания. Но так как она была девочка на редкость добросовестная, то попросила разрешения присутствовать на уроке. Софья Осиповна спросила согласия учеников, те ничего не имели против, и Муся устроилась в кресле, тогда как ученики и преподавательница сидели за большим круглым столом. По-немецки Муся не знала ни слова и вскоре задремала. А когда проснулась, окончательно поняла, что никто из присутствующих не связан с преступлением. И она с облегчением вздохнула.