Секрет Пегаса
Шрифт:
Куда более серьезными являлись вопросы: удалось ли «им» проникнуть в квартиру и сколько «их» было?
Лэнг заставил себя перевести дух и сглотнуть слюну, чтобы пригасить приступ гнева, который полыхнул, когда он понял, что на его жилище покушались. Ворваться туда, где может находиться вооруженный грабитель, а может, и несколько, значило бы устроить сцену в духе кинофильма с Брюсом Уиллисом, но такой поступок не мог бы гарантировать ему ни долгой жизни, ни здоровья.
Позвонить в полицию? Он потянулся было к сотовому телефону, прицепленному
Он повернулся и направился к лифту.
В вестибюле Лэнг дождался, пока консьерж, прыщавый парнишка в ливрее не по размеру, договорит по телефону и обратит на него внимание.
— Я забыл ключи и захлопнул дверь, — извиняющимся тоном сообщил Лэнг, пожав плечами.
— Какая квартира? — спросил парень и привычно повернулся к ящику, где у него лежали универсальные ключи.
Среди обитателей дома было немало стариков, так что такое случалось нередко.
Когда они вошли в лифт, Лэнг почувствовал, как в нем встрепенулась совесть. Ведь могло быть так, что вооруженные воры не покинули квартиры. Не лучше ли все же обратиться к служителям закона? Подвергать этого парня опасности, которой может сопровождаться встреча с грабителями, не слишком-то красиво. С другой стороны, ловить воров с поличным в одиночку — и вовсе глупо. Герои умирают молодыми.
Консьерж, привыкший к странностям богатых жильцов дома, не стал спрашивать Лэнга, каким образом он умудрился без ключа закрыть замок, незащелкивающийся снаружи.
Он уверенно распахнул дверь, сделал широкий жест и произнес:
— Прошу вас, мистер Рейлли.
Держа в руке сложенную банкноту, Лэнг настороженно оглядел тот небольшой клочок открытого пространства, который мог видеть из-за двери.
— Благодарю вас.
— Это я вас благодарю, сэр. — Судя по тону, юноша не рассчитывал на столь щедрые чаевые.
Перемены в своем жилище Лэнг заметил только после того, как вошел внутрь и взглянул на стену. Картина исчезла. Он поспешно огляделся. Вдруг она, как ни странно, стоит в другом месте? Хотя надеяться на это было глупо. Разве можно не заметить такую большую картину в такой маленькой квартире? Никак нельзя.
Он сделал два шага и остановился возле стойки, отделявшей гостиную от кухни. Грампс, с явным удовольствием растянувшийся на прохладном кафельном полу с ярким узором в мексиканском стиле, поднял голову и посмотрел на него.
— Ну и сторож из тебя, — пробормотал Лэнг, повернулся к спальне и замер на месте.
На полу возле Грампса красовалось пятно от чего-то жирного. Воры ублажили собаку чем-то вкусненьким. Как бы в подтверждение этой догадки Грампс громко и сыто рыгнул.
— Взяточник, ты изобличен! Остается надеяться, что этот кусок мяса не напичкали крысиным ядом.
Ничуть не пристыженный Грампс повернулся на бок и еще раз рыгнул.
На первый взгляд спальня казалась нетронутой. Потом Лэнг заметил, что серебряная расческа,
Обойдя вокруг кровати, Лэнг выдвинул единственный ящик тумбочки. Девятимиллиметровый «браунинг», принадлежавший ему уже много лет, лежал на том самом месте, где и всегда. Больше там не было ничего, только пистолет и коробка с патронами.
Лэнг хорошо помнил, что положил туда фотографию картины и заключение эксперта. Снимок-то кому мог понадобиться?
Ответ дало воспоминание о руинах, дымящихся на площади Вогезов. Вору не хотелось, чтобы об этой картине кому-то было известно.
Лэнг потряс головой. Украсть картину и ее фотографию…
Он быстро осмотрел квартиру. Кое-что оказалось не на своих местах, сдвинуто на дюйм-другой, но ничего больше не пропало. Исчезновение трех предметов производило впечатление чего-то иррационального. Вор не торопился, но не взял ни изделия из серебра высокой пробы, ни золотые запонки, ни пистолет. В квартиру забрались только для того, чтобы забрать картину Пуссена и все, связанное с нею.
Но почему?
Лэнг не имел об этом никакого представления, но очень хотел во всем разобраться.
Глава 4
Атланта. На следующий день
Утром Лэнг вошел в «Галерею Ансли», как только она открылась. За прилавком с тем же скучающим видом сидела та же девушка с бордовыми волосами.
— Еще один экземпляр заключения? — переспросила она. — Вот видите, как хорошо, что мы оставляем копии. Вы не поверите, как много народу хранит их дома и теряет… А случись пожар или еще какое-нибудь несчастье, люди остаются и без произведения, и без акта экспертизы.
— Снимок тоже, — попросил Лэнг. — Вы ведь говорили, что храните и фотографию, верно?
Она кивнула, на губах у нее вздулся небольшой пузырек жвачки.
— Хорошо, сделаю и фотографию.
Лэнг криво улыбнулся и пожал плечами, делая вид, что смущен собственной безалаберностью.
— Такая ерунда… Куда-то сунул конверт и никак не могу найти. Я вам с удовольствием заплачу сколько надо.
Пузырек жвачки звонко лопнул, потом девица заявила:
— Нет проблем.
Вернулась она не более чем через минуту. Черно-белая копия фотографии оказалась идеально четкой. Лэнг протянул девушке двадцатку.
Та мотнула головой:
— Рада была помочь. Если потеряете и это, приходите, шлепнем новую копию.
Лэнг вышел за дверь, остановился и принялся рыться в карманах, словно не мог найти ключи от машины, незаметно разглядывая улицу. Если наблюдатели и были, то не на виду.
Атланта. Часом позже