Секрет Пегаса
Шрифт:
— Что уничтожить?
— Если мы сможем это узнать, то и преступников найти никакого труда не составит.
Некоторое время мужчины смотрели друг на друга через стол и не знали, что сказать. В конце концов Патрик подался вперед.
— Конечно, это не утешение для тебя, но пламя было очень сильным. Они должны были почти мгновенно умереть от удушья — ведь огонь сразу сожрал весь кислород, — если только их не убило взрывом еще раньше.
Лэнг заметил, что фраза прозвучала слишком уж гладко, и понял, что его друг лжет. Пусть с благими намерениями, но лжет.
— Таким делом, как ты сам понимаешь, должна
Лэнгу хотелось, чтобы дело расследовалось под контролем ГУВБ, по двум причинам. Во-первых, благодаря его дружбе с Патриком можно было не сомневаться в том, что все необходимые процедуры будут соблюдены. Кроме того, французская разведка заслуженно считалась одной из лучших в мире. Во-вторых, парижская полиция по уши увязла в болоте политических интриг. В ней имелось много вполне реальных прообразов никчемного инспектора Клузо из «Розовой пантеры», блестяще сыгранного Питером Селлерсом.
Француз ошибочно принял его раздумья за неуверенность и продолжал:
— Конечно, все силы и средства…
— Я хотел бы побывать там, — перебил его Лэнг.
— Конечно. — Патрик успокаивающе вскинул руки ладонями вперед. — Мой автомобиль и водитель в твоем распоряжении. Сколько тебе нужно, столько и пользуйся.
— Ты не знаешь, чем они занимались днем, перед тем как?..
— Такие вещи положено выяснять прежде всего. — Патрик прикоснулся пальцами к папке.
Лэнг придвинул ее к себе, открыл и начал читать красными от слез и бессонницы глазами.
Париж. В тот же день
Из кабинета своего друга Лэнг направился прямо на площадь Вогезов. Когда он попал туда, где Джанет и Джефф провели последние минуты своей жизни, ему показалось, что он стал ближе к ним. Склонив голову, Рейлли долго стоял на обгоревшей бурой стерне газона перед черной воронкой, зиявшей на том месте, где находился дом 26. С каждой минутой росла его решимость сделать так, чтобы убийцы понесли наказание. Он стоял, не слыша скрежета собственных стиснутых зубов и не догадываясь о том, что его лицо искажено страшной гримасой. Местные жители, курьеры и прогуливавшиеся зеваки прибавляли шагу, проходя мимо него, как будто чувствовали в нем затаенную угрозу.
— Я сам до них доберусь, чего бы это ни стоило, — пробормотал он. — Сволочи, подонки проклятые!
Няня в форменной одежде быстрой рысью покатила коляску с ребенком подальше от него.
Следующим пунктом оказалось похоронное бюро, которое порекомендовал ему Патрик. Здесь обстановка была профессиональной, корректной и не отдавала приторным фальшивым сочувствием, характерным для американских похоронных агентств. Он оплатил два простых металлических гроба, один полноразмерный, второй половинной длины, и оставил распоряжения по транспортировке тел в Штаты.
Лэнг изо всех сил старался не думать о том, насколько же мало останков Джанет и Джеффа окажется в этих непривычного вида европейских гробах.
Никакой разумной причины для похода по тем местам, где его сестра побывала в последние часы своей жизни, у него не было, одно лишь любопытство, с которым он не желал бороться. Кроме того, самолет улетал
Последний раз кредитная карточка использовалась на острове Святого Людовика. Укрывшийся — в буквальном и экономическом смысле — в тени великолепного острова Сите и колоссального собора Парижской Богоматери, остров Святого Людовика представлял собой тихий район, отделенный рукавами Сены от остального Парижа. Лэнг помнил восемь кварталов, где привольно расположились небольшие ухоженные особняки, множество маленьких — человек на двадцать — бистро и такие же крохотные магазинчики, набитые всякими диковинами.
Водителю автомобиля, который предоставил ему Патрик, удалось приткнуться на одной из стоянок, редких на узких улочках. Выбравшись из «Пежо», Лэнг оказался перед p^atisserie [7] , откуда распространялся аппетитный аромат свежего хлеба и сластей. Оттуда он направился по улице Святого Людовика на юго-восток и вскоре дошел до перекрестка с совсем уже узкой улицей Де-Пуэн. Он искал адрес, напечатанный на листке, но дома здесь или вовсе не имели табличек с номерами, или цифры на них было почти невозможно разобрать. К счастью, на этой улице оказался лишь один магазин с вывеской «Magasin d’antiquit'es», антикварный магазин.
7
Кондитерская (фр.)
Звон приделанного к двери колокольчика известил о прибытии нового посетителя в помещение, забитое разнообразными атрибутами цивилизации за, самое меньшее, сто лет. Керосиновые и электрические настольные лампы шатко располагались на столиках для рукоделья и футлярах громоздких швейных машинок, рядом лежали кипы журналов, стопками и грудами громоздилась посуда. Бронзовые и мраморные статуэтки и бюсты богинь и императоров выстроились в проходах, на полуразвернутых паласах и толстых восточных коврах. Лэнгу померещились узоры паутины в углах, ему даже пришлось сделать усилие, чтобы отогнать наваждение.
В единственном помещении магазина пахло брошенными вещами, пылью и даже немного плесенью. Очень осторожно, чтобы не повалить громоздкий проигрыватель и стопку пластинок — Лэнг решил, что все это не моложе 1950-х годов, — он обернулся, высматривая продавца.
— Салют! — Из-за какого-то амурчика показалась голова. — Чем могу быть полезен?
Хозяин магазина сразу заговорил по-английски. Как и большинство парижан, он каким-то необъяснимым способом сразу распознавал американцев.