Секрет Пегаса
Шрифт:
Часть четвертая
Глава 1
Лондон, Пикадилли. 05:30
Лэнг проснулся по сигналу своего «внутреннего будильника». В первый миг вчерашние события показались ему эфемерными, как сон, которому предстояло вот-вот бесследно улетучиться из памяти. «Пегас» и тамплиеры были всего лишь ночным кошмаром, который, как ему и подобало, должен был рассеяться как дым. Джанет и Джефф находились дома, в Атланте, собирались на работу и в школу. Лэнг должен
Впрочем, типично женский запах, стоявший в комнате, и кислое послевкусие жирной китайской еды были вполне реальными. Да и рука болела — он вполне реально ушиб ее, когда защищался вчера от убийц.
Лэнг уснул, не раздеваясь. Окончательно убедило его в этом собственное отражение в зеркале туалетного столика, продемонстрировавшее вдобавок густую суточную щетину. Он постучал в дверь ванной.
Никто не отозвался. Впрочем, маловероятно, чтобы какая-нибудь из девушек Нелли проснулась в… — Рейлли посмотрел на часы — половине шестого. Он запер вторую дверь ванной комнаты и скинул одежду, липнущую к телу.
Душ подчинился не сразу. Лэнгу пришлось довольно долго крутить вентили и регулировать головку душа, прежде чем он получил то, что его устраивало. Рейлли подумал, что цветочный запах мыла, вероятно, входившего в комплекс профес-сиональных ароматических средств обитательниц заведения, был слишком силен. Зато он чувствовал себя вполне чистым. Неважно, что от него пахло, как… как если бы Лэнг действительно побывал там, где побывал.
Пока бодрящие иглы горячей воды массировали его спину, он думал, как выбраться из Лондона, пересечь границу и проехать через те французские города и городишки, какие могли оказаться на пути. Рассчитывать на то, что «они» почему-то забыли взять под наблюдение британские железнодорожные вокзалы и аэропорты, ни в коем случае не следовало.
Вымывшись, Лэнг неохотно вытерся единственным имевшимся полотенцем, которое пахло сильнее мыла. В шкафчике над умывальником он нашел маленькую безопасную бритву игривого розового цвета. Стараясь не думать о том, для чего ее могли использовать, Рейлли тщательно выбрился, не трогая усы герра Шнеллера. Он так привык к ним, будто давно уже растил их, холил и лелеял.
Приведя себя в порядок и одевшись, Лэнг вновь посмотрел в зеркало и увидел обычного городского работягу в несвежей одежде. Хорошо бы выйти в магазин и купить что-нибудь на смену. Хорошо бы, но слишком опасно.
Лэнг вышел из комнаты, чтобы посмотреть, все ли спят.
В маленькой кухоньке, примыкавшей к комнате с телевизором, он увидел высокую чернокожую женщину в блестящем платье изумрудного цвета. Судя по глубокому декольте и очень короткому подолу, она только что закончила ночную работу.
— Привет, — сказала женщина хрипловатым голосом с вест-индским акцентом. — Откуда это тебя кот принес?
— Нелли позволила мне переночевать здесь.
Она отвернулась от булькающей кофеварки и взглянула на него, вздернув безукоризненную бровь.
— Боюсь даже подумать, милый, о том, в какие бабки тебе это встало.
— Мне нужно поскорее добраться до Манчестера, — добавил Лэнг, как будто только что вспомнил об этом.
Изогнув длинное стройное тело, девица налила кипящий кофе в чашку, при этом нагнулась так, что ее юбка, и без того чрезвычайно короткая, поднялась еще дюймов на шесть. Лэнг решил, что это получилось не случайно.
— В Манчестер? — переспросила она. — Далековато ты забрался, милый. Признайся, лапочка, а
— Я бы заплатил, если бы меня отвезли, — добавил Лэнг.
— Я тебе не служба такси, милый. Сама только что вернулась. Придется тебе ехать на поезде, как делают все нормальные люди.
Но похоже было на то, что она обдумывала слова своего нечаянного собеседника, неспешно прихлебывая из чашки.
— Жаль, — сказал он и разочарованно поморщился. — Придется брать машину напрокат. Нелли, конечно же, должна знать, где и что…
Глаза цвета черного кофе рассматривали его поверх края чашки. Лэнг чувствовал себя так, будто его оценивали как телку на сельской ярмарке.
— Ты, наверное, какой-то близкий друг Нелли, да?
Лэнг не мог больше сопротивляться дразнящему аромату свежего кофе. На столике стояла еще одна чашка.
— Можно?
Женщина медленно кивнула, продолжая рассматривать Рейлли, и смилостивилась:
— Наливай, не стесняйся.
Он вылил в чашку все то, что оставалось в кофейнике, и пояснил:
— Просто мы с Нелли очень давно знакомы.
Девица допила кофе, поставила чашку на столик и облизнула губы, как будто смакуя что-то на редкость вкусное.
— Сколько же ты готов выложить за то, чтобы тебя отвезли в Манчестер?
Лэнг пожал плечами и спросил:
— А сколько это стоит? Наверное, где-то пару сотен, да?
Она вновь всмотрелась в него, потом улыбнулась, показав ослепительно-белые зубы, и заявила:
— Лапочка, за две сотни я устрою тебе такую поездку, какой ты и представить не можешь.
Рейлли нисколько не сомневался в том, что мог за те же деньги получить во время поездки еще и дополнительные развлечения, но подобного настроения у него не было. Водительницу же такое безразличие, судя по всему, нисколько не задевало. Через несколько часов она высадила его перед терминалом «Бритиш эруэйз» в Манчестере. Лишь после того как девица отъехала, Лэнг сообразил, что не спросил ее имени, а она не поинтересовалась, как зовут его. Вообще-то, она продемонстрировала исключительно профессиональное отсутствие любопытства и ничего не сказала даже тогда, когда он попросил ее остановиться на мосту, откуда бросил в воду «беретту».
Использовать паспорт и кредитную карточку Генриха Шнеллера было слишком опасно. Следовало исходить из того, что власти уже выяснили, кто, где и когда купил зонтик, забытый в магазине несчастного Дженсона. Вот только наличных денег у него не хватало. Поскольку Рейлли направлялся в страну ЕС, заграничный паспорт ему не требовался, однако был необходим хоть какой-то документ, из которого следовало бы, что он подданный Великобритании.
Стоя возле газетного киоска, он тщательно выбирал жертву. Ею оказался мужчина примерно такого же роста и возраста, как Лэнг, купивший «Гардиан» и сунувший бумажник в карман пиджака. Короткое случайное столкновение, вежливое извинение, и Лэнг превратился в Эдварда Риса — это имя было напечатано на водительских правах его жертвы. Главное отличие состояло в том, что у Риса не было усов, а герр Шнеллер имел таковые, но с этим затруднением Лэнг благополучно справился. Еще он купил и надел солнечные очки и выбрал кассу, возле которой толпилось больше всего народу. При беглом взгляде любой кассир не усомнится в сходстве лица покупателя с тем, что фигурировало на правах. Лэнг же не привлекал к себе внимания и вел себя так, как и подобало бы любому спешащему пассажиру: переминался с ноги на ногу и посматривал на часы.