Секреты
Шрифт:
Не успела Джейн опомниться, как оказалась на чартерном самолете, перевозившем в Нью-Йорк съемочную группу: ассистентов режиссера, техников, актеров, операторов — всего шестьдесят человек, примерно половину состава, остальных предстояло добрать в Нью-Йорке. Вино лилось рекой, люди знакомились, пели, разговаривали. Сабина болтала с Мелом и Заком, игнорируя остальных, Джейн разговаривала с Биллом. Габи держалась особняком, несмотря на попытки Джейн втянуть ее в разговор. В конце концов Сабина одолжила у кого-то гитару и стала под всеобщий хохот петь непристойные куплеты. Эту ее сторону коллеги прежде не знали. Когда самолет приземлился, все были слегка пьяны.
Зак ужинал с Габи и Джейн в гостиничном ресторане, Билл же предпочел ужинать в номере, сказавшись усталым, и все о нем забыли. Поужинав, они троицей отправились в «Бемельманс-Бар» и проболтали там почти до часу ночи, когда Зак предложил разойтись — на следующее утро в шесть пятнадцать начинались натурные съемки.
Габи сказала, что хочет подышать воздухом, и пошла на прогулку вокруг гостиницы. Зак ехал в лифте вдвоем с Джейн.
— Устала? — участливо спросил он.
Джейн улыбнулась. Она была от Зака без ума. Как от друга, на большее она не надеялась. В его жизни не могло не быть других женщин, считала Джейн. Ее устраивало быть просто его приятельницей. Зак не был безразличен к тому, о чем она думает, что чувствует. Впервые за двадцать лет она повстречала мужчину, который был к ней внимателен, хотя отношения между ними были чисто дружеские. Во всяком случае, с Заком ей было хорошо. Джейн подняла на него глаза.
— Я слишком взволнована, чтобы чувствовать усталость. Даже не уверена, что смогу уснуть.
По лос-анджелесскому времени было всего десять часов, но Джейн знала, что наутро пожалеет, если поскорее не ляжет спать. Волнение ее было объяснимо: она прежде никогда не участвовала в натурных съемках.
— По-моему, мы с тобой начинаем, — напомнил Зак. Первая сцена была ими многократно отрепетирована в Лос-Анджелесе и не предвещала проблем.
— Да, а потом ты с Биллом, Сабина, я и Габи…
Джейн все выучила наизусть. Зак улыбнулся и ласково коснулся ее щеки:
— Не волнуйся… Все будет хорошо. Мел знает, как снимать хиты.
— Надеюсь, ты будешь прав. Лифт остановился на ее этаже. Зак вышел и проводил Джейн до двери номера.
— Для тебя, Джейн, это только начало. Начало новой жизни, которую ты заслуживаешь больше других.
Она остановилась у порога и серьезно посмотрела на него:
— Ты, Захарий, самый замечательный из мужчин, которых я знаю.
— Не преувеличивай.
Вид у него был грустный, и Джейн расстроилась. Она впервые видела его таким несчастным.
— Я не преувеличиваю. Ты появился тогда, когда я страшно нуждалась в друге.
— Я рад.
Он ласково посмотрел на Джейн и открыл ключом ее дверь.
— А теперь иди поспи, красавица, а то завтра «злая леди» съест тебя.
Он рассмеялся, а Джейн застонала. Сабина все еще вызывала в ней страх.
— Не говори так. Она хоть и в «Пьере» живет, а все равно может услышать.
— Не бойся. У нее на примете рыба покрупнее.
Зак уже давно понял, что у Сабины роман с Мелом, но был не из числа сплетников. У него и своих проблем хватало.
— Спокойной ночи, милая девочка. Зак поцеловал Джейн в щеку и в следующее мгновение был снова в лифте, размышляя о самых разных людях, которых он когда-то знал, и давних временах, когда приходилось делать жизненный выбор. Но его мысли снова и снова возвращались к Джейн. Эта женщина произвела на него неизгладимое впечатление.
Глава 16
Первый
На первый день, для начала, были запланированы всего четыре сцены. В последующие дни предстояло снимать по шесть, семь и даже восемь сцен. Съемки проходили в штаб-квартире Ай-би-эм, в вестибюле и на двадцать седьмом этаже, откуда открывалась дивная панорама Нью-Йорка. Первая сцена снималась в вестибюле, в ней были заняты Зак и Джейн, которая, несмотря на многочисленные репетиции, ужасно боялась, что от волнения все забудет.
— Расслабься, — шепнул Зак по пути к фургону, в котором была оборудована его гримерная. Было шесть тридцать утра, все они прибыли вовремя, на трех лимузинах. Сабина приехала одетая очень по-киношному — в черный свитер и джинсы. Все ее костюмы висели в отдельном фургоне. Джейн уже надела белое платье для первой сцены, прическа у нее была готова, гримерша заканчивала накладывать грим. Зак заглянул к ней в артистическую на минутку, чтобы ободрить. Для Джейн даже только увидеть его уже было приятно. Он всегда появлялся, когда она в нем нуждалась. Казалось, Зак всем готов помочь — редкое качество для киногероя. Всегда дружелюбный, вежливый, некапризный, он, однако, умел сохранять дистанцию в общении с людьми. Даже после их лос-анджелесских ленчей у Джейн было впечатление, что она его едва знает, и все равно он ей очень нравился. И он всегда был так добр с ней.
— Еще кофе, миссис Адаме? — спросил ассистент режиссера, зашедший проверить, все ли в порядке. Джейн почти физически чувствовала напряжение, охватившее всех. Она взглянула на Габи и Билла. Габи была серьезна, а Билл, как всегда, хорош собой, но угрюм. Джейн недоумевала, что за проблема его постоянно гложет. В группе его начинали считать нелюдимым.
Джейн еще раз проверила список, по которому актеров вызывали на площадку. Она стояла в нем третьим номером и была занята в двух из четырех сцен — в одной с Заком, в другой с Сабиной и Габи. Вторая сцена ожидалась особенно трудной, в ней должно было произойти выяснение отношений между тремя женщинами. Все, что они снимали в тот день, предназначалось для трехчасовой премьеры сериала, а затем предстояло снимать сцены для разных серий, вне всякой последовательности. Это очень отличалось от работы в «Печалях», которые шли в прямом эфире. Там все было логично, последовательно, и, имея большой опыт, Джейн, даже если забывала свой текст, знала, как сымпровизировать; импровизации порой получались даже лучше сценарного текста. Здесь же надо было точно соблюдать сценарий, и каждый дубль переснимался, пока не получалось идеально.
В другом огромном фургоне варился в больших количествах кофе, гигантский буфет кормил всех завтраком. Но Джейн не могла прикоснуться к еде. Она слишком нервничала, чтобы есть, хотя видела, что Габи, Мел и другие члены группы заходили в буфетный фургон, который снабжали лучшие поставщики. Мел ничего не жалел для своих сотрудников. Об этом свидетельствовали и шикарный номер, снятый для Джейн в «Карлайле», и элегантные костюмы от Франсуа Брака. Джейн надела белый плащ, прекрасно сочетавшийся с ее платьем, и закурила сигарету, которую тут же погасила.