Шрифт:
Пролог
Лезвие пронзило грудь. Вспышка боли. Шёпот убийцы:
— Теперь ты свободен, Корт!
Перед глазами сгустилась темнота.
***
Но я не умер.
Во всяком случае, никакого света в конце тоннеля, как и самого тоннеля вокруг… Боли нет, чувств нет. Даже правое колено не отзывается тупой болью защемлённого нерва, как это было последние три года.
**Чуть слышимый щелчок на подкорке сознания.**
Моё тело вдруг ощутило нечто склизкое и прохладно.
Осязание!
Посттравматический синдром? Где скорая?! Доктор! ВЫТАЩИТЕ МЕНЯ!!
**Ещё щелчок** — и я понял, что погружён в жидкость с головой.
Глаза резко открылись. Вокруг — вода, сквозь неё виднеются округлые стенки закрытой капсулы. Аварийная лампа беззвучно мигает красным. Глядя всё на это, я с ужасом захрипел в присоединённую ко рту кислородную маску. Потом закашлял и натужно вдохнул, проветривая лёгкие.
Химически очищенный воздух проник в трахею, и я немного успокоился, понимая, что всё-таки не задыхаюсь.
Тело по-прежнему отказывалось слушаться. Глаза бегали из стороны в сторону в поисках хоть какой-нибудь зацепки, а в голове одна за одной проносились мысли:
Где я?
Где фон Диккер?
Где сектанты?!
Где Пашка?!
Капсула была небольшой. Гроб метр на два. Округлые стенки обтянуты мягкой резиной — удариться невозможно. Внутри, до самого потолка, — синеватая жидкость большой плотности. На голове — изолированный шлем с панелькой, съезжающей к глазам. Сейчас панелька была прозрачной, однако изредка мелькавшие помехи выдавали в ней экран, способный показывать вполне сносную картинку.
VR-шлем? Если да, то какой-то совсем уж навороченный. Ничего подобного я раньше не видел.
Сверху на уровне глаз располагался небольшой блок жизнеобеспечения, из него выходили два шланга: красный с питания, оканчивающийся изжёванной резиновой трубкой у меня во рту, и синий с кислородом — оба вели к маске, надёжно пристёгнутой к VR-шлему. Ценой невероятных усилий мне удалось чуть приподнять голову и скосить глаза: тело было облачено в бледно-жёлтый синтетический костюм. Механизм для приёма испражнений в виде обтекаемых прорезиненных «шорт» с многочисленными стальными вставками чуть заметно тянул его вниз. Замечательное зрелище.
К пальцам пристёгнуты несколько датчиков, голые ступни чуть дёргаются в вязкой жидкости. За единственной прозрачной стенкой виднеется часть белоснежного пола и стеллаж с точно такими же полупрозрачными стенками капсул. Капсулы стоят штабелями, внутри каждой из них можно различить чьи-то голые пятки.
Много голых пяток…
Нет, ну это точно не московский госпиталь!
ДА ГДЕ, МАТЬ ВАШУ, Я НАХОЖУСЬ?!
***
В наушниках раздался протяжный писк. Через мгновение механический женский голос произнёс:
— Капсула X-39-28-BA: иллюзия прекращена. Причина: насильственная смерть иллюзорного персонажа. Ожидайте
Когда начало казаться, что этот ад никогда уже не кончиться, и я сойду с ума, слушая бесконечное «Ожидайте помощи, заключённый» и жмурясь под ярким светом аварийной лампы, перед глазами (именно перед глазами, а не на дисплее VR-шлема, который, кажется, совсем выдохся) появился текст:
С пробуждением, Корт!
Вы спали…
…просчитывание данных…
20 лет.
Напоминаем, что у вас остались три жизни (3/3)
Непрочитанные уведомления:
Вы подверглись Стиранию и теперь ваши ранги равны нулю, вы автоматически исключены из культа Гремучей змеи
Бафф (эффект от Стирания): ускоренное развитие — x4
…
Недавние уведомления:
Внимание! Вы вновь были посвящены в культ Гремучей змеи
Ваш Мастер — [имя скрыто]
Текущий ранг: 1 (Послушник)
…
За прозрачной стенкой показались неясные силуэты. Похоже, та самая помощь, которую так настойчиво просил дождаться женский голос.
Механизм крепления шлема щёлкнул, снова раздался протяжный сигнал — и капсула открылась. Поток синеватой жидкости шумно хлынул наружу. Но я не упал: выдвинувшаяся из стеллажа панель надёжно зафиксировала парализованное тело. Вскоре четверо дюжих охранников переложили его на носилки и понесли в неизвестном мне направлении…
Глава 1. Смерть
Приветствую, незнакомец. Меня зовут Вячеслав Кортов, мне двадцать, и эта история начинается с моей смерти.
Вернее, с пробуждения… Но обо всём по порядку.
***
За полчаса до того, как лезвие ритуального кинжала пронзило моё сердце, я проснулся в холодном поту. Как просыпался каждое утро последние несколько недель, мучаясь одним и тем же кошмаром, вспомнить который, увы, никак не мог.
Обычно после страшной ночи я оказывался в мягкой уютной постели, после чего тянулся за телефоном, чтобы проверить сообщения и перенести будильник ещё на несколько минут. Но на этот раз что-то явно было не так…
Холодный камень обжигал голую озябшую спину. Правое плечо горело так, будто его в течение нескольких часов царапали лезвием перочинного ножа. Острой болью отзывалось колено, но с этой болью я жил последние три года и почти научился её не замечать. Почти. Сквозь сомкнутые веки пробивался яркий свет, в воздухе отчётливо пахло медициной, а откуда-то издалека слышался едва уловимый шум оживлённой улицы: автомобильные сигналы, крики, приглушённый гул толпы.