Секутор
Шрифт:
– Эй, открывай!
– Кто такие? – выглянул в смотровое окошечко привратник, совсем еще молодой парень.
– Не твоего ума дело, – презрительно бросил разбойник. – Вилика позови, живо!
– Чего надо? – В оконце возникло пожилое морщинистое лицо, видимо, вилику давно уже доложили об обозе.
– Всадник Лонгин Аларг из Ингены приобрел эти кожи в Арегенусе и велел везти их на свою виллу. Ну и глушь тут у вас, со вчерашнего дня блуждаем.
Вилик недоверчиво осмотрел повозки и осведомился, не передал ли хозяин случайно какого-нибудь письма.
– Письма? – Атаман усмехнулся. – Конечно
Однако вилик был тот еще жук.
– А где же оттиск хозяйской печати? – прочитав письмо, тут же спросил он.
– А я откуда знаю? – раздраженно заорал разбойник. – Не хотите принимать кожи, не принимайте, увезем обратно, пускай потом хозяин сам с тобой разбирается. Заворачивай, ребята!
Возчики схватили волов за упряжь.
– Эй, постойте! – не на шутку испугался вилик. – Уж так и быть, заезжайте.
Заскрипев, отворились ворота, и повозки медленно вползли на просторный двор виллы.
– Да, ничего не скажешь, долгонько же мы проплутали, клянусь Везуцием! – взглянув на солнце, посетовал Гретоликс. – Может, прибавишь за труды пару сестерциев?
– А это ваши проблемы. – Вилик дребезжаще засмеялся. – Надо было получше дорогу спрашивать. Эй, чего там встали? – Он строго взглянул на возчиков. – Езжайте на задний двор, во-он…
Вилик протянул руку… Нож Гретоликса вошел ему прямо в сердце. И тут же один из возчиков, выхватив из повозки заранее приготовленный лук, метко поразил часового, маячившего на башне. Полетели в стороны кожи, прикрывавшие прятавшихся в повозках разбойников, засвистели стрелы, а у входа в дом немедленно завязалась драка. Повинуясь приказу Гретоликса, Рысь вместе со всеми побежал на задний двор – воины могли быть и там. Они там и были, правда, разбойников решили не дожидаться, а взяли с конюшни коней, умчались прочь и виднелись теперь далеко-далеко у леса. Впрочем, вот один как-то неловко дернулся в седле, завалился, схватившись за голову, видно, его настиг пущенный из пращи камень. Второго сбили дротиком, третий вроде бы прорвался в лес, и что там с ним сталось, знали теперь одни боги да люди Амнидикса, как раз и скрывавшиеся в лесу вокруг виллы. Между тем стычка у ворот уже заканчивалась. По сути, и сопротивления-то никакого не было, рисковать собственной шкурой ради хозяйского добра охотников находилось мало. Что же касается рабов, то те живо побросали работу и, собравшись в кучу у входа в дом, вполголоса переговаривались, искоса посматривая на нападавших.
– Мы не будем вас убивать и не причиним никакого горя, – с ухмылкой успокоил их Гретоликс. – И вообще скоро покинем вашу благословенную виллу.
– Убейте всех надсмотрщиков, – угрюмо оглянувшись по сторонам, посоветовал один из рабов – мрачного вида тип, полуголый, с бритой головой и следами плети на смуглой спине. – А как станете уходить, заприте нас в эргастуле, чтоб не подумали, что мы вам помогали.
– Хорошо. – Гретоликс кивнул и громко поинтересовался, не желает ли кто-нибудь из рабов примкнуть к его войску.
Многие невольники переминались с ноги на ногу, но в шайку никто так и не попросился.
– Зря надеешься, – подойдя ближе, пояснил Амнидикс, поправляя свои щегольские,
Гретоликс вздохнул:
– Что ж… Хотят оставаться рабами – пусть. Их дело, неволить не буду. Пойду потороплю своих. Кажется, настала пора загрузить телеги добром. Эй, гладиатор, давай-ка за мной.
Рысь усмехнулся и молча пошел вслед за предводителем шайки. Амнидикс проводил юношу подозрительным взглядом, но ничего не сказал.
Господский дом представлял собой роскошный двухэтажный особняк с атриумом, таблинием, библиотекой, баней, ларариями, кабинетом и спальнями для гостей и хозяев, комнатками слуг и служанок, еще каким-то узкими помещеньицами, средь которых вполне можно было бы заблудиться. Что, казалось, сейчас и происходило, судя по тому, как бестолково разбойники метались по всему дому. Кто-то из них тащил серебряное блюдо, кто-то – золотой светильник, кто – дорогую одежду, а кое-кто – целый сундук с драгоценностями, не особо, правда, большой, но тем не менее. Где-то совсем рядом послышался женский визг, тут же затихший.
– Эй, гладиатор! – Заплутавший Рысь обернулся и увидел Арбая. – Гретоликс велел тебе идти в библиотеку, помочь.
– Хорошо, – обрадовался юноша. – А где здесь библиотека?
– Во-он по той лестнице, а там по коридору направо. Да увидишь.
Кивнув, Рысь одним прыжком взлетел по узенькой лестнице и оказался в полутемном коридорчике, узком и длинном. Где-то впереди маячили смутные тени. Библиотека? Нет, кажется, это здесь, ведь Арбай сказал: направо… Или – налево? Да нет, направо, значит, сюда.
Юноша нырнул под арку. В небольшой комнате вдоль стен стояли полки с амфорами и небольшими изящными кувшинчиками – серебряными и бронзовыми. Перед входом, у стены с узким оконцем, находилось большое зеркало из полированной меди, рядом с которым на столике были разложены щипчики для выщипывания бровей, палочки для завивки, жаровня и благовония. На библиотеку это помещение уж никак не походило, скорее являлось альковом супруги или дочери хозяина виллы.
Рысь хотел было прихватить с собой пару безделушек, да раздумал – уж лучше потом отправить сюда остальных, все равно вся добыча будет разделена по справедливости. А вот в библиотеке порыться хотелось. Юноша полюбил книги еще в прошлом году, на вилле Галлия Флора. Гретоликс тоже был человеком грамотным, даже ученым, уж куда более ученым, нежели Рысь. Было бы интересно поговорить с ним в тиши библиотеки, среди застывшей мудрости книг. А может быть, ко всему прочему, вожак разбойников пояснил бы, почему это он считает мятеж странным? Рыси тоже хотелось это узнать.
Позади вдруг раздался шорох. Мелькнула быстрая тень. Резко пригнувшись, Рысь крутанулся на пятке, ладонью выбивая из вражьей руки направленный в его спину кинжал, и тот покатился по полу с жалобным звяканьем. Гладиатор с усмешкой вытащил меч… и застыл, удивленно моргая. Его соперником оказалась женщина, вернее, юная девушка, вряд ли старше самого Рыси. Рыжая, с распущенными волосами, она была одета в простую тунику с короткими рукавами, подпоясанную узеньким, безо всяких украшений поясом. В глазах девчонки – серых или светло-зеленых – явственно читалась смесь вызова и ужаса.